Все мечтают подлечиться

Коллегия Верховного суда оставила без удовлетворения кассационную жалобу правозащитницы, журналистки, активистки движения ПОРТОС («Поэтизированное объединение разработки теории общественного счастья) Юлии Приведенной на решение Мособлсуда от 19 ноября о направлении ее на стационарную психиатрическую экспертизу в Институт Сербского. Приведенную обвиняют в создании вооруженного бандформирования. Ранее решение о направлении Приведенной в стационар уже выносилось тем же судьей Мособлсуда и отменялось Верховным судом.

Как сообщают очевидцы, заседание началось через пять часов после объявленного времени, посетителей сопровождали охранники, а пришедших позже объявленного времени не пускали в нарушение всех процедур. Несмотря на то, что в суде не был представлен ни один из сорока девяти свидетелей обвинения, нормальных оснований для заведения уголовного дела нет, все основано на копиях из чужих дел, нет данных каким формированием руководила Приведенная, а психиатр не смог объяснить, по каким критериям рекомендует направить обвиняемую в стационар, трое судей согласились с решением предыдущей инстанции. Один из судей открыто недоумевал, почему Приведенная не хочет «подлечить нервы» в Институте Сербского.

На предыдущих судебных заседаниях Приведенную обвиняли в том, что она увлекается Пифагором и пишет формулы справедливости, а ее адвоката Михаила Трепашкина — в том, что он опаздывает на заседания (если учитывать, что Трепашкин постоянно ездит из одних судов в другие, а заседания могут начаться на пять часов позже, этому не стоит удивляться). В отношении Трепашкина на этом основании было вынесено частное определение, и его коллегия Верховного суда тоже оставила в силе. Экспертное заключение по делу Приведенной строится на показаниях ее отца, данных в 2000 году по делу ПОРТОСа. По ксерокопии даже не ясно, откуда этот материал. Как рассказывала в своем блоге со слов Приведенной правозащитница Елена Санникова, Юлия пересказывала отцу по телефону содержание его показаний и он утверждал, что ничего подобного не говорил.