О варягах и ворюгах

История «мужей, промышляющих морем»

Война, торговля и пиратство —Три вида сущности одной.Гете. «Фауст» Как только люди освоили мореплавание, они начали приспосабливать это свое умение к выгодным делам: перевезти товар или нанести урон вражьей силе. А кое-кто надумал грабить...

*Война, торговля и пиратство —Три вида сущности одной.*Гете. «Фауст»

Как только люди освоили мореплавание, они начали приспосабливать это свое умение к выгодным делам: перевезти товар или нанести урон вражьей силе. А кое-кто надумал грабить чужие корабли — таких назвали пиратами, что на греческом языке, распространенном в районах, где плавали, означало «разбойники» или «грабители». Красиво пиратов назвал Гомер: «Мужи, промышляющие морем».

Как любая военная операция, морской разбой — дело неверное: то ли с хабаром будешь, а то ли рыб пойдешь кормить. Да и без разбоя на море опасно: штормы, ураганы и т.д. Только пиратам все нипочем: есть такие люди, им рутина — нож острый. Грабить купцов и захватывать рабов собирались огромные орды пиратов. В цитадели европейской цивилизации — Средиземноморье это длилось до рубежа эр, то есть до расцвета Римской империи. А когда римлянам надоело посылать торговые корабли для обогащения пиратов и выкупать людей из рабства (в плен к пиратам попал даже юный Юлий Цезарь, но 50 талантов серебром сохранили Риму будущего героя), они пошли-таки на решительные меры. 500 кораблей, 120 тысяч бойцов и прославленный Гней Помпей во главе были брошены Римом на борьбу с пиратами. Помпей применил остроумный ход: разбил Средиземное море на 30 «участков» и в каждую зону послал по эскадре. Пираты рванули оттуда «на базу» — тогда они базировались в малоазиатской Киликии. За ними пришли все пятьсот кораблей с бесчисленными бойцами, и пираты, говоря их особенным, пиратским языком, «заплясали на реях». Да только спокойно плавалось недолго: заварушки около римской власти породили новых, теперь римских пиратов. Которых — насмешка истории — возглавил Сикст Помпей, сын победителя «прошлых» пиратов Гнея.

Пират Средневековья — это викинг. Не только, конечно, но главным образом. Варяги на самом деле были ворюгами: их набеги на прибрежные и «приречные» города и грабеж купцов есть не что иное, как пиратство. «Упаси нас, Господи, от меча норманна», — молилась вся средневековая Европа, называя норманном того же викинга. Бог не упас: викинги завоевали Неаполь и Сицилию, захватили Англию и отобрали у Франции Нормандию. И на Русь княжить явились, хотя тут дело решилось полюбовно.

Не одни викинги влияли на геополитику. История знает поразительный случай — пираты создали целое государство. Братья Арудж и Хайраддин Барбаросса — греки, которые приняли ислам, захватили территорию на Севере Африки и пошли в вассалы к турецкому султану. Нынешний Алжир — только часть владений беев Барбаросса. Через полвека после братьев алжирские пираты отличились еще раз — к ним в плен попал Мигель Сервантес. Кстати сказать, европейские страны вели борьбу с мусульманским пиратством, в том числе и экономическими способами: к примеру, ввели официальное эмбарго на поставку в Алжир корабельного леса.

Русь тоже не отставала от мировой моды. И запорожцы, и донские казаки совершали классические пиратские набеги на крупные города и на караваны. А персидский поход Стеньки Разина известен в песенном изложении — с трагическим для захваченной княжны финалом.

Мудрые и хитрые правители стран использовали пиратов в своих интересах. Так появились государственные пираты — корсары и каперы. Разница между ними простая: корсары грабили в интересах своей страны, а каперы — державы, которая выдала лицензию. Чтобы получить каперскую лицензию, англичанин должен был предоставить справки о своем совершеннолетии, о том, что он является добрым христианином, верит в Бога и регулярно посещает церковь, а также справку о добропорядочном поведении.

Пожалуй, самый известный капер истории — это сэр Фрэнсис Дрейк. Отправленный награбить испанского золота, он нечаянно ввязался в кругосветное путешествие. А по дороге открыл бухту Сан-Франциско, пролив своего имени и много чего еще. Стоимость награбленного в экспедиции добра зашкалила за миллион фунтов стерлингов, и королева Елизавета I посвятила Дрейка в рыцари прямо на борту отшвартовавшейся в Плимуте «Золотой лани». А еще сэр Фрэнсис привез из Нового Света картофель и способствовал его распространению в Европе, за что был отмечен памятником в Германии.

Чем ценнее перевозимые морем грузы, тем больше соблазна их захватить. «Золотой век» пиратства пришелся на эпоху освоения Америки — золото вывозили в метрополии караванами. Отсюда пираты Карибского моря, которым очень подфартило с географией — там множество островов с удобными бухтами. По бухтам вился по ветру «Веселый Роджер» и прятались все эти корсары, каперы, флибустьеры, буканьеры и прочие джентльмены удачи. Устройству их быта и правилам общежития впору завидовать и подражать: важные решения принимались большинством голосов, вышедший на покой (по ранению или болезни) получал помощь из общей кассы, расовая дискриминация напрочь отсутствовала. Во избежание кровавых разборок запрещались игры в кости и карты. Взамен пираты изобрели «бег в мешках» — отраду советских массовиков-затейников.

Не станем умиляться социальному прогрессу: пиратство — это не больше чем пиратство, то есть разбой, убийства, работорговля. «В флибустьерском дальнем синем море» романтика не плавала, туда подпустили ее писатели и поэты. Первооткрывателем пиратской темы стал «папа» Робинзона Даниэль Дефо. Кроме нон-фикшн — «Всеобщей истории пиратства», он писал пиратские романы. За ним последовали «золотые перья» — Вальтер Скотт, Фенимор Купер, Герман Мелвилл, Артур Конан Дойл, Джек Лондон. Вряд ли найдешь человека, не знакомого с «Островом сокровищ» Роберта Льюиса Стивенсона. Только в Советском Союзе роман экранизировали три раза и еще раз отсняли в мультяшном варианте. Тут даже неграмотный узнает про «пятнадцать человек на сундук мертвеца и бутылку рома»! Старая матросская (по Стивенсону) песня породила свою легенду: мол, высадил знаменитый пират (тоже герой многочисленных романов) Эдвард Тич — Черная Борода — взбунтовавшихся подельников на необитаемый остров и выделил им всего одну скромную бутылочку фирменного пиратского напитка. Остров тот назывался «Сундук мертвеца», потому что прятал там Тич свои сокровища, а землекопа убивал.

Литературные пираты типа капитана Блада смешиваются с реальными персонажами морской криминальной истории. О них тоже рассказывают байки. Вот, скажем, легенда о Робере Сюркуфе, французском корсаре и работорговце, пожалуй, самом удачливом пирате в истории. В ответ на вопрос «Куда дел награбленное?» он дерзко ответил: «С собой вожу». Недоверчивые дознаватели ярились напрасно: Сюркуф сказал чистую правду — он отлил из золота якоря.

К началу индустриального века пиратство начало сходить на нет. Белых пятен на картах не осталось, государства отрастили мощные флоты, да и народ цивилизовался понемногу. Под судоходство подвели правовой фундамент и по Женевской конвенции об открытом море 1958 года и Конвенции ООН по морскому праву 1982 года пиратство признали противозаконным деянием. Мир уже было вздохнул с облегчением и тихо посмеивался над консервативной Британией, где забыли отменить должность «блюстителя пиратов». Но рано радовались и зря иронизировали!