В КРЕМЛЕ ПОПРОСТУ РАСПИЛИЛИ АЛЖИРСКИЙ ДОЛГ

МЫ И МИР

Президент Владимир Путин специально отправился на прошлой неделе с визитом в Алжир, чтобы подписать удивительное соглашение о полном списании алжирского госдолга в 4,74 млрд долл. Богатые страны нередко списывают долги бедным, фактически...

Президент Владимир Путин специально отправился на прошлой неделе с визитом в Алжир, чтобы подписать удивительное соглашение о полном списании алжирского госдолга в 4,74 млрд долл. Богатые страны нередко списывают долги бедным, фактически неплатежеспособным заемщикам. Но Россия, по правде, не так уж богата, а Алжир — совсем не нищий. Страна традиционно продает в Европу нефть, а в последнее время стала основным поставщиком сжиженного природного газа. Еще не вскрытые алжирские газовые месторождения значительны, и в Брюсселе эту страну рассматривают на ближайшие десятилетия в качестве основного, наряду с Россией, поставщика в Европу, причем Алжир, возможно, будет экспортировать даже больше «Газпрома».

При нынешних ценах на газ и нефть Алжир получает значительную валютную выручку и имеет твердые перспективы на будущее. Списывать на сто процентов такой стране госдолг — практически то же, что Кувейту или Саудовской Аравии. В прошлом году Москва урегулировала проблему советского долга Сирии, который, как и в случае с Алжиром, накопился в основном за счет оружейных сделок. Дамаск согласился выплатить 1,5 млрд в рассрочку на десять лет долларами, а 2,118 млрд долл. конвертировать в местные лиры для закупок сирийских товаров. А ведь у Сирии нет ни нефти, ни газа. Другие страны третьего мира, например Индия, полностью в рассрочку выплачивают советские оружейные долги с процентами, при этом продолжая закупать у нас крупные партии современного вооружения за наличные.

Совершенно очевидно, что Алжир — платежеспособная страна. Долг можно было получить в госбюджет в рассрочку если не весь, то значительную часть. А его полностью списали в обмен на обязательство Алжира на ту же сумму закупить у нас технику и оружие. Алжир получит почти на 5 млрд долл. вооружения фактически бесплатно, в том числе новейшую модернизированную версию истребителя МиГ-29. Кроме того, при оружейных сделках в странах третьего мира принято выплачивать «посредникам» из местных комиссионные — это фактически взятки политикам, госчиновникам и высшему военному руководству. Традиционным считается вознаграждение в 10 процентов от суммы сделки, но в некоторых случаях доходит до 20—25 процентов, причем бывало, что деньги выплачивались (и потом списывались) непосредственно из нашего госбюджета, при том, что закладывался солидный откат для наших чиновников и руководителей. Конкретно по объявленной алжирской сделке речь может идти о сумме от 0,5 до более одного млрд долл.

Понятно, что алжирские генералы и начальники останутся всяко довольны, а в чем наш основной интерес? В 2001 году Счетная палата исследовала финансовые результаты нашего оружейного экспорта, и ее глава Сергей Степашин официально напечатал результат: из проданного в 2000-м оружия и техники на сумму 3,7 млрд долл. непосредственно в федеральный бюджет поступило 7 тыс. долл. За следующие годы официальных сведений о прямых доходах госбюджета от торговли оружием что-то не слышно, но вряд ли что-либо принципиально изменилось. В отличие от нефтегазового и прочего сырьевого экспорта НДС при экспорте оружия не платится, экспортных пошлин нет, а есть только налог на прибыль, в большинстве случаев совершенно незначительный, поскольку точно вычислить себестоимость производства истребителя или подводной лодки в принципе очень сложно, а в России, если начальники в доле, совершенно невозможно.

Можно ожидать, что от алжирской сделки из почти 5 млрд долл. наш общий госбюджет получит несколько тысяч, а остальное как бы рассосется. А ведь фактическая прибыль от экспорта оружия нередко выше, чем от нефти и газа. При производстве на экспорт оружия используются советские научно-технические наработки, советское оборудование и квалифицированный, но низкооплачиваемый труд обученных в советское время специалистов. Используются советские материалы и комплектующие, сделанные при советской власти корпуса подводных лодок, эсминцев и самолетов. Под видом новой часто экспортируют перекрашенную или слегка модернизированную советскую технику. Фактическая себестоимость бывает меньше 10 процентов контрактной цены.

Львиная доля денежного потока от экспорта оседает у госмонополиста — «Рособоронэкспорта». Сегодня эта вроде бы специализированная посредническая госкомпания вдруг взяла под контроль АвтоВАЗ и явно претендует на то, чтобы стать одной из основных опор госкапитализма: «Газпром» — для газа, «Роснефть» — для нефти, «Рособоронэкспорт» — для промышленности… Понятно, что для «переваривания» проглоченного ВАЗа и прочих непрофильных, отягощенных проблемами и долгами активов нужны значительные дополнительные наличные средства. Выпустить в продажу на мировые биржи акции или получить многомиллиардный синдицированный заем от западных банков «Рособоронэкспорт» в отличие от «Газпрома» и «Роснефти» не может. Остается любыми средствами резко увеличить массу и фактическую рентабельность оружейного экспорта и/или получить негласную многомиллиардную субсидию из госбюджета.

Полное списание алжирского долга — это, по сути, грандиозная операция по обналичиванию миллиардов долларов в определенные карманы. Общая сумма, кстати, схожа с той, что была выделена из того же госбюджета на все вкупе так называемые национальные проекты.