Левый отворот

Верховный суд РФ не впечатлился коммунистической массовкой под окнами, требующей отмены результатов выборов в Госдуму

Не сегодня-завтра Верховный суд РФ под председательством федерального судьи Николая Толчеева (на счету которого, в частности, ликвидация Республиканской партии Владимира Рыжкова) откажет КПРФ в удовлетворении иска к ЦИКу об отмене...

Не сегодня-завтра Верховный суд РФ под председательством федерального судьи Николая Толчеева (на счету которого, в частности, ликвидация Республиканской партии Владимира Рыжкова) откажет КПРФ в удовлетворении иска к ЦИКу об отмене результатов выборов в Государственную думу 2 декабря 2007 года.

Как и неделей раньше, на процессе по аналогичному иску «Союза правых сил», в первый день политики активно пиарились перед телекамерами. На вторые сутки стулья в зале пустели. А на третьи принимающая сторона вольна была делать уже все, что ей заблагорассудится. Коммунистам и прессе, например, в среду перекрыли доступ в столовую на Поварской — и даже в бар журналистов в перерыве вела лично секретарь председательствующего. Но на ход рассмотрения дела это, разумеется, никоим образом не могло повлиять: уже второй раз подряд наш депутатский созыв будет оспариваться не в Москве, а в Страсбурге.

«Правый суд», как окрестили коллеги процесс «СПС против ЦИКа», пожалуй, многому научил и «левых», и чиновников Центризбиркома: были усилены обе команды. Вместо одинокого лидера Никиты Белых и единственного златоуста СПС Вадима Прохорова, произнесшего как адвокат многочасовую речь в стилистике Фиделя Кастро, у коммунистов на открытие пришли оба записных вождя — Геннадий Зюганов и Иван Мельников. Юристы ж КПРФ играли даже не в четыре, а в восемь рук под управлением лаконичного и острого на язык депутата Вадима Соловьева, прессингуя по всему фронту. Юрист ЦИКа Ирина Гришина, чья сухая манера отвечать на вопросы не сработала, на прошлом суде оказалась не на высоте. Особенно, когда ей пришлось отвечать за свою однофамилицу Майю Гришину, неоднократно упоминавшуюся на «правом суде». Когда же СПС публично вскрыл подлог документа, ушедшего в Страсбург за подписью той, другой Гришиной, и его «копии», представленной Верховному суду, Чуров пошел на замену. В бой была брошена тяжелая артиллерия: саркастический Дмитрий Воронин, экс-сотрудница Генпрокуратуры Марина Гермашева и способный оппонировать с листа и.о. начальника правового управления Алексей Кисин. Ловкость рук тем не менее не могла заменить собой отсутствие прямых ответов на прямые вопросы — и на третьи сутки процесса юрист КПРФ Елена Лукьянова потребовала явки лично председателя Центральной избирательной комиссии. Наутро в зал пришли те же трое, но… со справкой о командировании Чурова В.Е. в город Санкт-Петербург.

Расчет «красных», похоже, строится на простом приеме: либо они заставят власть говорить с собой на равных, либо, если этого не получится, выставят противную сторону публично юлящей и оправдывающейся. Не случайно главный упрек КПРФ к ЦИКу — отсутствие оперативного реагирования на жалобы в неравном освещении перед выборами их мероприятий и аналогичных у «Единой России». Для этого сгодился даже мониторинг Центра экстремальной журналистики Олега Панфилова, который трудно заподозрить в симпатиях к бывшей «ведущей и направляющей». Коммунистов особенно напрягло молчание телевидения о КПРФ 4 ноября — в День национального единства — а ведь Геннадий Зюганов в Минске праздновал там с товарищами из 80 братских партий годовщину I съезда РСДРП. Ну и, конечно проигрыш «медведям» по очкам 7 ноября, когда «красная часть» страны отмечала 90-летие Великого Октября. Циковцы долго искали и не находили свои отписки на многочисленные «телеги», пока не обнаружили их на столе у… судьи, в экземпляре подборки, сделанной специально для Николая Толчеева. Выяснилось, что по пять жалоб коммунистов удовлетворялось одним ни к чему не обязывающим росчерком пера (чаще всего рядового члена ЦИК Геннадия Райкова).

Еще нагляднее об амбициях подателей иска свидетельствовал «красный» пикет под окнами Верховного суда в день выступления там Геннадия Зюганова — несколько сот столичных и подмосковных членов компартии кричали: «Нет фальсификациям!» и «Требуем честных выборов!». В новейшей истории есть прецедент, когда в Орле под окнами облизбиркома всю ночь подсчета голосов напролет митинговали экс-товарищи по партии губернатора Егора Строева, и наутро результат КПРФ был близок к реальному в избирательных урнах. Но в зал ВС РФ не вызвали даже тех 405 очевидцев с мест, которых КПРФ специально готовила к выступлению с судебной кафедры. На такой долгий пиар обычно склонный удовлетвоворять любые прихоти обреченной проиграть стороны судья Толчеев пойти уже не мог. И не захотел.

Как не захотел и приглашать на процесс в качестве свидетеля Владимира Путина, чьи заявления о согласии баллотироваться от «Единой России» и отказе от депутатского мандата в письменном виде никто-де в глаза не видел. Раз не заявил, мол, он публично о сложении президентских полномочий после 2 декабря, значит, и не вошел в Думу. Подыграв таким образом стороне ответчика, «Ваша честь» тут же начал говорить цветистые комплименты адвокатам КПРФ как блестящим юристам, словно хотел подсластить неизбежно горькую пилюлю. И — разрешил вызвать в качестве свидетеля директора Независимого института выборов, руководителя Центра обучения избирательным технологиям (ЦОИТ) при ЦИК РФ Александра Иванченко, когда-то помогавшего коммунистам оспорить в том же суде итоги выборов… 2003 года.

Допрос экс-председателя ЦИК Иванченко стал нервным эпицентром процесса. Его «размен» на отказ в вызове на Верховный суд свидетеля Путина не был подарком для КПРФ, ибо за минуту до появления «рояля в кустах» коммунисты протестовали против приглашения эксперта, сменившего ориентацию с переходом на службу к Центризбиркому. Договорились с ЦИК и судьей, что будут говорить с ним лишь о цифрах и фактах, но никак не о теориях и построениях. Ученый признал в числе предъявленных коммунистами данные своего мониторинга СМИ за сентябрь и октябрь, а отсутствие аналогичных цифр за последний — и решающий месяц кампании — ноябрь объяснил… отказом ВСЕХ партий сотрудничать с его центром. «Видимо, были слишком заняты выборами», как публично предположил Иванченко, но тут же принялся указывать на кардинальное отличие кампании-2007 от той же кампании-2003 в сторону общего большего профессионализма. «Были ли перекосы в сторону одной партии?» — спросил Вадим Соловьев из КПРФ у Александра Владимировича и получил ответ: «Считаю, таких перекосов не было!». Возможности же доступа к СМИ якобы были равными, однако только думская четверка, по мнению эксперта, умело создавала информационные поводы, и именно поэтому только она и попала в парламент.

Своими данными люди Иванченко рабочую группу ЦИК не снабжали, поскольку те были «экспериментальными» и «методически не отработанными», но юристы Центральной избирательной комиссии изложили-таки суть особенности их замера. Если не считать аналитические и авторские телепрограммы, а многие новости объявлять просто «информированием» о текущей деятельности, никаких перекосов в агитации за ту или иную партию в стране действительно не было.

«Новая» продолжит мониторить тот «красный» угол, в который загнали процесс «КПРФ против ЦИК» одновременно и истцы, и ответчики.