Оригинал материала
Процесс со следами пыток
В Петербурге начинается суд по делу «русского Илона Маска» — инженера и предпринимателя Валерия Пшеничного
Он создал уникальную модель для дистанционного ремонта подлодки — и был обвинен в мошенничестве, а потом убит в СИЗО.
Валерий Пшеничный, напомним, погиб в камере следственного изолятора № 4 в Петербурге 5 февраля 2018 года. Его тело со следами пыток — десятками резаных ран, кровоподтеков и меток от электротравм, с признаками, как следует из экспертиз, изнасилования — нашли повешенным в камере. Как орудие убийства попало в камеру — неизвестно, самому Пшеничному оно не принадлежало. Начальство СИЗО, а потом и руководство ФСИН объявили, что это суицид: арестант впал в депрессию и улучил момент, когда вывели всех сокамерников, чтобы повеситься. Как следует из выводов экспертов, шнур-удавку «самоубийца» руками не трогал.
Дело о «доведении до самоубийства», как рассказал «Новой» сын погибшего Денис, расследуется до сих пор. Согласиться с версией о суициде вдова и дети Пшеничного отказываются.
Зато ускоренными темпами пришло к суду дело, из-за которого Валерий Пшеничный и оказался в камере. Следствие по нему было завершено 26 января, через две недели обвинительное заключение, уже утвержденное прокуратурой, поступило в суд. И еще через две недели, на 2 марта, было назначено первое заседание в Кировском суде. За три дня до начала процесса о нем известили семью Пшеничного.
«Прошу сообщить Ваше мнение относительно прекращения уголовного дела за смертью Пшеничного В.А. путем направления заявления на электронную почту суда», — такое письмо пришло вдове обвиняемого.
— Обвинительное заключение, 1400 страниц, мы получили за несколько дней до начала слушаний, — объяснил «Новой» Денис Пшеничный. — Никто из наших адвокатов не был с ним ознакомлен.
На прекращение дела мы не согласны, это было бы равносильно признанию вины за отцом.
Заседание пришлось перенести, начало суда над убитым Валерием Пшеничным и инженером Глебом Емельченковым, которого считают его подельником, назначили на 16 марта. Валерию Пшеничному и его предполагаемому подельнику, бывшему заместителю главного инженера завода «Адмиралтейские верфи» Глебу Емельченкову, вменяется мошенничество в особо крупном размере, а именно — хищение 368 миллионов рублей при выполнении гособоронзаказа на разработку трехмерной модели подводной лодки.
Компания Пшеничного «НовИТ ПРО» специализировалась на разработке конструкторской документации для Минобороны, в портфолио у фирмы было успешное исполнение нескольких гособоронзаказов. В частности, она создавала компьютерные 3D-модели отдельных узлов лодок «Ясень-М» и «Борей-А» по заказам заводов «Рубин» и «Малахит».
Но носился Пшеничный, как рассказывали «Новой» его коллеги, с куда более амбициозной идеей. Друзья, знавшие его авантюризм и одновременно удачливость, за такие проекты и называли его «русским Илоном Маском».
В 2011 году Пшеничный побывал на Военно-морском салоне — и загорелся разработкой информационного макета целого корабля, а не отдельных узлов, до мельчайших подробностей. Он задумал обеспечить связь модели с «живым» объектом, в каком бы море тот ни дислоцировался. Смысл был в том, чтобы завод-изготовитель мог ремонтировать корабль дистанционно. Позже, когда «НовИТ ПРО» воплотит идею, интерес к ней, по словам сотрудников компании, будут проявлять «Газпром» и «Роснефть» с их плавучими платформами и другими судами.
В то время петербургский завод «Адмиралтейские верфи» и его подрядчик 51-й Центральный конструкторско-технологический институт судоремонта (51 ЦКТИС) работали над подводной лодкой проекта 636.3 («Варшавянка»). Идея Пшеничного пришлась кстати, его компании и решили поручить создание 3D-модели лодки.
Разработка была уникальной. Это и стало для Пшеничного роковым обстоятельством. Следствие трактует это так: злоумышленники знали «об отсутствии нормативно-правовых актов, определяющих нормативы и стандарты работ по трехмерному моделированию вооружения и военной техники, их трудоемкость и ценообразование». Они были осведомлены об «отсутствии рыночного регулирования цен в сфере трехмерного моделирования вооружения и военной техники». Поэтому использовали возможность «произвольного определения затрат и трудоемкости работ, обуславливая их уникальностью и сложностью». На нормальном русском языке это означает: такого еще никто не делал, поэтому готовых стандартов не существует.
Согласование деталей будущего контракта продолжалось три года — с 2012 по 2015-й. В уголовном деле определено как время подготовки преступления: «в период с 23.05.2012 по 29.12.2015». В 2013 году Минобороны назначило цену в 300 миллионов рублей — в качестве отправной точки. Предполагалось, что дальше будут рассчитываться степень детализации узлов лодки в 3D-модели и другие параметры. Этот процесс продолжался еще два года, и в конце 2015-го с «НовИТ ПРО» был заключен контракт на сумму 967 миллионов рублей с учетом уже всех необходимых работ.
Следствие считает, что Пшеничный и подельники обманным путем искусственно завысили объемы работ и расценки. Никакой уникальной 3D-модели, по версии следствия, «НовИТ ПРО» не создавала, у «Адмиралтейских верфей» и без Пшеничного был компьютерный макет «Варшавянки». Главный инженер завода Глеб Емельченков потихоньку передал документацию директору «НовИТ ПРО», тому оставалось только заключить фиктивные контракты на произвольные суммы с субподрядчиками, чтобы аванс в 400 миллионов, полученный от Минобороны, присвоить. На какую-то сумму работы провести все-таки пришлось, поэтому вменили Пшеничному и подельникам хищение только 368 миллионов.
— Обвинение приходит к выводу, что созданная модель лодки не нужна, она недостаточно точна, не используется и не будет использоваться, — говорит Денис Пшеничный. — Мы с этим категорически не согласны. Минобороны заказало, оплатило, приняло в эксплуатацию и использует созданный компанией отца продукт. Заказ Минобороны был исполнен, а деньги за него компании недоплатили и спустя полгода после возбуждения уголовного дела.
Самое дикое в этой истории то, что Валерий Пшеничный сам невольно выступил инициатором уголовного дела, которое привело к его гибели.
В качестве одного из соучастников хищения в деле фигурирует директор «НовИТ ПРО» Андрей Петров. Они с Пшеничным были когда-то дружны, но летом 2016 года, когда уже шла работа над злополучной моделью подлодки, между ними произошел конфликт. Пшеничный уличил Петрова в выводе денег со счетов фирмы и написал заявление в полицию.
Началось следствие по делу, где обвиняемым был Петров. В какой-то момент тот вдруг признал вину, но объяснил хищения по-своему: указания он, директор, получал от владельца фирмы — Пшеничного. Третьим подельником он назвал еще одного человека, с которым был в конфликте: Глеба Емельченкова. Гражданская жена Петрова когда-то была замужем за Емельченковым, а теперь бывшие супруги делили имущество.
В январе 2018 года Пшеничный и Емельченков были арестованы. Пшеничный успел прислать из тюрьмы записку жене: «Никому ничего не плати». Через три недели его нашли повешенным в камере.
Петров вскоре после этого вышел на свободу. Дело в отношении него было выделено в отдельное производство и приостановлено. «Новая» писала о странных обстоятельствах этой приостановки, позже следствие все-таки вернулось к Петрову. В июле 2020 года суд приговорил его к трем годам колонии и штрафу в полмиллиона рублей.
Обвинительное заключение по «делу Пшеничного», которое только начинает рассматривать Кировский районный суд Петербурга, огромными кусками дословно повторяет приговор, вынесенный этим же судом полгода назад Петрову.