"Тапочки" и сапог

Этот клип невозможно смотреть без содрогания, и дело тут совсем не в эстетстве. Мало ли плохих стихов и ужасающих клипов, которые выключаешь на второй секунде. Авторская песня "Тапочки" в исполнении репрессированной поэтессы и художницы Евгении Васильевой заставляет задуматься о другом. О пределах человеческой глупости, которую можно сравнить с нашей Вселенной. Поистине ни конца, ни края.

Вот украл человек, если верить прокурорам, миллиарды - в нашей, правда, валюте. Обвиняется по 12 эпизодам уголовного дела. Сидит под домашним арестом, в ожидании суда и тюрьмы. Казалось бы, надо вести себя тихо, тем более когда живешь и сидишь в стране, где подавляющее большинство граждан ненавидит богачей и коррупционеров лютой ненавистью. И ладно бы узница только рисовала и писала стихи, которые тоже читаешь с тяжелым чувством. Она еще веселится в компании таких же, как она, блондинок, запечатленных в клипе, и распевает куплеты типа Тапочки желанные на ноге сидят.// Красненькие, алые, вот такой наряд.

А это уж совсем никуда не годится, потому что не могут тапочки уместиться на одной ноге, и на свой лад прав придирчивый ценитель Владимир Вольфович, который, прослушав песню, пожелал запереть поэтессу в однокомнатной квартире в Капотне, а потом упечь. Ибо Жириновский всегда чутко улавливает подспудные и явные желания своего избирателя и понимает, что подсудимая кровно обидела российский народ. Васильева пробудила в нем зверя, и бессменный вождь ЛДПР правильно решил, что эта тема сегодня является самой животрепещущей. Умение говорить о главном - сильная черта Владимира Вольфовича.

Но если с Жириновским все ясно, то Антона Цветкова, подобно поэтессе Васильевой, понять практически невозможно. Все-таки он не политик, но глава организации "Офицеры России". Хуже того, Антон Владимирович - "правозащитник", как сам себя аттестует. И не без оснований. В ноябре прошлого года в обстановке непрекращающегося скандала он был избран председателем столичной Общественной наблюдательной комиссии, и уже тогда говорилось, что Цветков сам по себе, в силу личных убеждений и брутальных высказываний, будет позорить эту организацию, осуществляющую общественный контроль над тюрьмами. Что в итоге "заключенные перестанут доверять правозащитникам", как утверждала Зоя Светова, член московской ОНК.

Действительно, на посту шефа "Офицеров России" Цветков смотрится органично. И если бы он по-жириновски оценивал песню "Тапочки" в исполнении подозреваемой только в этом качестве, то никто бы ему, наверное, и слова худого не сказал. Профессиональный хранитель российской офицерской чести в наши времена только так и должен высказываться. Четко, злобно, по-военному. Мол, тот факт, что сидящая под домашним арестом дама "может совершать прогулки, посещать магазины и салоны красоты, снимать клипы и устраивать их презентации, дискредитирует принцип справедливости судебно-правоохранительной системы".

Ну и доносик направлять прямо в руки Бастрыкину. Пора, дескать, посадить Васильеву, изменив ей меру пресечения. Чтобы, значит, не пела.

Однако в качестве председателя ОНК подобные тексты выдавать как-то нехорошо. Это, пожалуй, поступок неосторожный. Все-таки есть некие правила игры в правозащиту, и если тебя назначили страдальцем за униженных и продавили в Кремле, чтобы досадить настоящим правозащитникам и помешать им в исполнении профессионального долга, то эти правила надо соблюдать. По меньшей мере не следует строчить доносы и требовать ужесточения наказания, пусть даже и для Васильевой, которая тоскует по Сердюкову и поет дикую песню про тапки.

Так иногда неосторожным словом или поступком выдает себя камерная "наседка". На этой должности положено во всем соглашаться с зеком и только потом, встречаясь со следователем, по-тихому стучать. А он вдруг начинает уговаривать сокамерника во всем сознаться и покаяться: тогда, мол, снизят срок. Или давить на него. Зачем же так палиться?

Вообще они в чем-то неуловимо схожи между собой - "правозащитник" Цветков и "певица" Васильева. Вот этим своим выпадением из образа, а также какой-то фантастической, почти неправдоподобной глупостью. Она делает все возможное для того, чтобы ее посадили. Он докладывает начальству при большом скоплении свидетелей, то есть в интервью центральной газете, что его внедрение в правозащитную среду прошло успешно.

При этом нельзя поручиться, что скромное поведение под домашним арестом могло бы гарантировать Евгении Васильевой условный срок или там оправдание. Слишком громкое это дело - о хищениях в "Оборонсервисе", и одного уже амнистировали, что вызвало в обществе неоднозначную реакцию. Ну и репутация г-на Цветкова после его вчерашних заявлений, мягко говоря, не пострадала. Ничего нового мы про Цветкова не узнали. Однако лишний шум и ей вреден, и ему. Но, видимо, такие уж это люди - инициативные, деятельные, бескомпромиссные, громогласные. Не могут молчать. Поют и разговаривают.

Познакомить бы их, что ли, - таких разных, но в чем-то главном близких людей. Может быть, вот в чем. Оба, и дама, и офицер, умеют с безоглядной увлеченностью заниматься не своим делом. В конце концов Васильева такая же певица, как Цветков - правозащитник, и если бы свести их вместе, то мог бы получиться недурной сюжет о героях нашего времени. Вполне себе клиповый.