Все меняются

Война России с Украиной - одна из самых странных за всю историю человечества.

В том, что это война, сомнений нет ни малейших. Тысячи погибших, миллионы беженцев, аннексированный Крым, оккупированный Донбасс. Кто агрессор и кто жертва - тоже не вопрос, ни с точки зрения международного права, ни с позиции здравого смысла. Самый несгибаемый поборник русского мира, с телевизором вместо головы, не скажет, что Украина напала на Россию. Скажет, что толпы озверелых хохлов рвались в Севастополь и в Донецк, чтобы перерезать всех наших, но не доехали, мы их опередили. Ну вот примерно с тех пор Россия и Украина находятся в состоянии войны.

Тем не менее дипломатические отношения не разорваны. Так называемые минские соглашения подписаны и не то чтобы соблюдаются, не для того их заключали, но хранятся в каких-то сейфах, покрываясь теплой миротворческой пылью. Случается даже, что президенты Украины и РФ проводят тайные встречи, то ли в Киеве, то ли Москве, то ли где еще, о чем сообщил в январе пресс-секретарь Песков. И хотя чуть позже он заявил, что его неправильно поняли, удивление скорее вызвала неспособность пресс-секретаря четко формулировать свои мысли, нежели упоминание о секретных терках. Почему бы им, собственно, не встречаться, законным представителям двух братских, пусть и воюющих друг с другом народов? Странная, немыслимая, гибридная война предполагает странные, немыслимые, гибридные рауты и беседы.

Это все следует помнить, когда пытаешься разобраться в хитросплетениях внезапно вспыхивающих конфликтов между двумя странами. Уже привычных, вербального типа, когда ведущие и гости в студии российских гостелеканалов предлагают немедленно покончить с прогнившим фашистским режимом на Украине. Или при получении известий с юго-восточного фронта, где по-прежнему чуть ли не каждый день убивают людей. Или еще не вполне привычных новостей, связанных с поисками шпионов и предателей в журналистской среде.

Во вторник в Киеве задержали директора РИА "Новости" - Украина" Кирилла Вышинского. Потом его вывезли в Херсон, где судья местного горсуда арестовал директора, обвиненного в госизмене, и это событие кажется загадочным, если не учитывать привходящих обстоятельств. В конце концов российские журналисты, пропагандисты и простые репортеры, защищенные своим статусом, до последнего времени довольно спокойно работали в соседней стране. В худшем случае кого-нибудь из них высылали, и все. В конце концов Вышинский четыре года безнаказанно трудился на Украине, и сайт его был далеко не самым оголтелым в киселевском агентстве. В конце концов американские журналисты без особых проблем работали в Ираке во время войны, рассказывая и показывая картинки про Багдад, который горел, как рождественская елка. С прессой даже Саддам предпочитал не ссориться.

Однако привходящие обстоятельства учитывать надо. В частности, указанную исключительную странность российско-украинской войны, в ходе которой стороны давно уже уклоняются от слишком радикальных действий. Путин не готов пока развивать наступление, поскольку ему хватает санкций, непрерывно обновляющихся с 2014 года. Украинская армия объективно слабее российской, что не позволяет ей эффективно противостоять агрессору. Оттого такое распространение, особенно в РФ, получила тактика взятия и удержания заложников, обвиняемых по разным уголовным статьям, если их не прячут на подвалах в Донецке и Луганске.

Изредка заложников, иначе говоря, военнопленных, обменивают - в массовом порядке или в индивидуальном. В рамках тайных договоренностей Путина с Порошенко, если верить проболтавшемуся Пескову. Как это было с приговоренными в России украинцами Геннадием Афанасьевым и Юрием Солошенко, которых поменяли на осужденных за сепаратизм деятелей "Народного совета Бессарабии". Или с Надеждой Савченко, помилованной одновременно с российскими воинами, имен которых так сразу и не вспомнишь. Впрочем, герой Украины теперь сидит в украинской тюрьме по какому-то дурацкому обвинению, но это отдельный печальный сюжет.

Ждет своего часа спецназовец Агеев, плененный около года назад. А в ИК-8 в городе Лабытнанги объявил бессрочную голодовку Олег Сенцов, требующий "освобождения всех украинских политзаключенных, находящихся на территории РФ" - числом 64. Он ведет свой персональный отчаянный бой на этой небывалой войне, России с Украиной, и мы едва ли ошибемся, если соединим два эпизода из новейшей военной истории: голодовку Сенцова и арест Вышинского.

Имеются, вероятно, и другие причины, по которым сотрудники СБУ и прокуроры в Херсоне сочли человека с двумя паспортами, российским и украинским, изменником родины. В марте будущего года Порошенко предстоит переизбираться, шансы на успех невелики, но рейтинг его повысится, если удастся вытащить из плена Сенцова, Кольченко и других заложников, в порядке обмена на тех же Вышинского и Агеева. В июне нынешнего года в России начинается чемпионат мира по футболу, и замечено, что накануне подобных спортивных зрелищ Владимир Владимирович смягчается душой и в приступе гуманизма может помиловать кого угодно - даже Ходорковского. Вчера ему дали пас, который киевские мастера кожаного мяча, плаща и кинжала оценили как удачный. Так ли это - бог весть.

А меньше всего сегодня думается о реальной вине арестованного без права выйти под залог. Может, он и непричастен к тем преступлениям, которые ему вменяют. Виновата война - одна из самых странных за всю историю человечества. Повинен тот, кто ее начал. Но расплачиваются за его грехи совсем другие люди, вольно или невольно вовлеченные в безумный спор славян между собой. Дискуссиям не видно конца, и это значит, что Кирилл Вышинский не станет последней жертвой.