Тьма с Запада

Постсоветская власть сделала все, чтобы опорочить и маргинализировать либеральную идею в России и тех немногочисленных либералов, которые были и остаются ее искренними приверженцами. Этому способствовало то, что либералы при власти в 1990-е стали соучастниками номенклатурной приватизации и последовавшего за ней массового обнищания народа. А в 2000-е, прикармливая либералов, власть разоблачала "лихие 1990-е" и укрепляла режим, о котором даже его апологеты сегодня позволяют себе говорить, что он "немногим отличается от диктатуры".

Однако особая ирония заключается в том, что своими действиями, направленными на укрепление авторитарного режима, российская власть приобрела немало союзников на Западе. Один из них - Анатоль Ливен, популярный в России британский политолог и журналист и одновременно сотрудник фонда "Новая Америка", член небезызвестного Валдайского клуба. На днях он разразился гневной отповедью по адресу российских либералов - критиков современной российской власти.

Поводом стала статья Льва Гудкова, Игоря Клямкина, Георгия Сатарова и Лилии Шевцовой, в которой высказано недовольство рекомендациями американских экспертов по России президенту Обаме о том, как следует "перезагрузить" отношения между двумя странами. В так называемом докладе Харта-Хейгела российские авторы увидели формулировки, по их мнению, "на удивление напоминающие риторику Кремля", а в целом - "серьезное недопонимание ситуации в России и направленности ее развития". Они выразили несогласие с основной идеей доклада о необходимости возврата к "политическому реализму" в американо-российских отношениях, который по сути сводится к тому, чтобы сотрудничать с российской властью, не обращая внимания на ее внутреннюю политику.

Анатоля Ливен является сторонником такого "реалистичного" подхода по отношению к России, и его взгляды во многом типичны для западных либералов в целом. В США именно либералы, иначе говоря, люди, разделяющие главные установки Демократической партии, доминируют в университетах, средствах массовой информации, экспертном сообществе, а сегодня и в законодательной и исполнительной власти. Президент Барак Обама - это их выбор.

Но вот российские либералы, связывающие себя с западными либералами и надеющиеся на их поддержку, совершают принципиальную ошибку, которая до сих пор не осознана.

Итак, сначала о позиции Ливена. Он не только не скрывает своего раздражения критическим отношением российских авторов к нынешней кремлевской администрации, но видит в нем угрозу долгосрочной либерализации и вестернизации России. А надежду на нее он связывает с... Игорем Юргенсом. Более того, по мнению Ливена, именно такие фигуры, как Юргенс, в условиях экономического кризиса играют крайне важную роль в противостоянии дальнейшему движению в сторону авторитаризма, централизации и национализации. O sancta simplicitas!

Повторяя аргументы апологетов российского режима, всю ответственность за политику 1990-х Ливен возлагает на либералов, упрекая их в том, что они "абсолютно ничему не научились". Он убежден, что они не имеют права претендовать на оппозицию современному российскому истеблишменту, что своими действиями они только усиливают враждебность общества к либерализму. Более того, считает он, если бы их не существовало, то Путину стоило бы их выдумать. Андрея Пионтковского, например, он обвиняет в своего рода маккартизме на том основании, что тот говорит об ангажированности и проплаченности прокремлевских авторов. Хотя сам Ливен поступает точно так же, утверждая, что его оппоненты находятся на содержании американских фондов и мозговых центров.

Однако главный довод Ливена, как и других западных "реалистов", в защиту российской власти, заключается в том, что народ поддерживает эту власть, а не либералов. Ливен возвращает им обвинение в незнании собственной страны, а в их обращении за помощью к Бараку Обаме видит корыстные интересы, обусловленные желанием самим прийти к власти. Путинская Россия для Ливена не так уж плоха; хуже будет, если произойдет крушение существующей политической системы и на смену придут крайне шовинистические неофашистские группы, в сотрудничестве с которыми он обвиняет Гарри Каспарова.

Точь-в-точь повторяя аргументы официальной российской власти и ее пропагандистов, Ливен обвиняет российских либералов в готовности поступиться суверенными интересами собственной страны. Иначе, по его мнению, они бы не говорили о необходимости интеграции России в мировое сообщество. Более того, он явно солидаризируется здесь с российскими патриотами типа Александра Дугина, прямо называющими либералов "врагами России" и призывающими к расправе с ними.

Так же, как и российское руководство, Ливен против принятия Украины и Грузии в НАТО, против поддержки Западом Михаила Саакашвили, против воссоединения Абхазии и Южной Осетии с Грузией и против размещения американской ПРО в Европе.

По своим взглядам Анатоль Ливен типичный современный западный либерал, воспитанный на идеалах идеологической революции, которая произошла на Западе в 1960-е годы и была направлена на ревизию идеалов подлинного либерализма. Эти люди продолжают называться либералами, хотя было бы точнее называть их социалистами. Он выступают против капитализма и за более справедливое общественно-политическое устройство, которое, по их представлениям, может обеспечить государство. Они сторонники более широкого вмешательства государства в бизнес и в общественную жизнь, наращивания разного рода государственных программ. Именно присутствие государства в экономике и социальной сфере, по их мнению, понимании, делает жизнь упорядоченной.

Кроме того, за прошедшие десятилетия у миллионов американцев и европейцев как представителей западной цивилизации воспитан комплекс вины перед другими народами. Результатом стало представление о равной ценности всех цивилизаций и об исторической оправданности любого государственного устройства. Таким видением мира обусловлен и вывод доклада Харта-Хейгела о том, что необходимо уважать "суверенитет России, ее историю и традиции и осознать тот факт, что российское общество будет развиваться в собственном ритме".

Парадокс, однако, в том, что с такими представлениями западные либералы, как правило, оказываются на стороне наиболее авторитарных правителей. Поэтому Колумбийский университет дает трибуну президенту Ирана для презентации своих антизападных взглядов, а журнал Time выбирает человеком года Владимира Путина. Поэтому западные политологи-реалисты не разделяют взглядов российских критиков режима на положение дел в России. Они больше доверяют Путину-Медведеву, лояльным Кремлю средствам массовой информации и комментариям прокремлевских мозговых центров.

Руководствуясь их интерпретацией, они фиксируют и описывают только видимые процессы и явления, но не могут рассмотреть и проанализировать то, что стоит за ними, деконструировать ложные и подставные феномены, которыми переполнена общественно-политическая жизнь современной России. Кроме того, излишнюю, с их точки зрения, критику российского режима они считают проявлением синдрома холодной войны, а стремление указывать другим странам на недостатки их внутренней политики - "пагубным наследством Джорджа Буша-младшего".

Острый дефицит здравого смысла в понимании происходящего приходится констатировать не только в России, но и в западных странах. Америке для преодоления этого дефицита предстоит возвращение к истокам - благо там есть к чему возвращаться. И это движение уже началось - все более популярными становятся идеи отцов-основателей Соединенных Штатов и книги авторов, в которых разъясняется актуальность этих идей в современных условиях. А это вечные идеи о свободе и нравственности, о праве на частную собственность и разделении власти и собственности, о правовом государстве и автономии ветвей власти.

Горькая правда исторического момента, переживаемого сегодня Россией, заключается в том, что возможность изменить вектор движения страны в сторону либерализма ничтожно мала. Но уж если российским либералам выбирать тех, к кому обращаться за помощью, у кого учиться быть свободными, то это не Анатоль Ливен и не сегодняшние западные либералы вообще.