"Моникагейт" по-сербски

Молодое правительство Сербии с самого начала демонстрировало горячее стремление во всем походить на зрелые западные демократии. Но если коренные преобразования - это еще дело отдаленного будущего, то некоторые внешние признаки того, что у сербов теперь все "как у больших", уже налицо.

Еще весной Елена Миленкович, член Социал-демократической партии и сотрудница аппарата вице-премьера Сербии Вука Обрадовича, который также принадлежит к этой партии, обвинила своего шефа в разнузданных сексуальных домогательствах. Высказанные в кулуарах штаб-квартиры социал-демократов претензии быстро стали достоянием гласности: г-жа Миленкович рассказала о своей беде в телепередаче. Премьер сербского правительства Зоран Джинджич принял решение отправить своего зама в отставку, объяснив свое намерение тем, что подробности скандала ежедневно смакуют в прессе: "Я считаю, что входящая в коалицию партия, которая не сумела решить свои проблемы, не вынося сор из избы, потеряла право на пост вице-премьера, потому что эта безобразная история выставила всю Демократическую оппозицию Сербии (так парадоксально именуется правящий блок. - Ред.) в дурном свете".

По закону такое решение должен утвердить республиканский парламент. А поскольку недавно было принято решение о прямых трансляциях его заседаний, то широкой публике представили весьма пикантный сюжет. Правда, депутаты от Радикальной партии пытались свернуть обсуждение, заявив, что Обрадовича хотят отправить в отставку из-за того, что он, отвечая в правительстве за борьбу с коррупцией, нашел множество доказательств коррумпированности своих нынешних коллег, их участия в аферах минувших лет, когда у власти были социалисты, и готов был сделать эти сведения достоянием гласности. Лидер радикалов Воислав Шешель заявил даже, что на его прямой вопрос, были ли приставания, Миленкович ответила, что лишь озвучила то, на что жаловались ей другие сотрудницы. "Мы смотрели по телевизору, как она плачет, и думали - бедное дитя, - добавил Шешель. - Сейчас мне абсолютно ясно, что она старается пропихнуть таким образом своего возлюбленного Слободана Орлича на место председателя их партии".

"Обрадович грубейшим образом использовал свое служебное положение, - настаивала на своем Миленкович. - Просто представьте себе на моем месте собственную жену или дочь, и вы все поймете. Вообразите, что это ее господин Обрадович хватает за голову и пытается пригнуть ее к свои гениталиям, причем с такой силой, что когда она вырывается, у нее остаются синяки на шее. Что это ее во время служебной поездки, перегнувшись с переднего сиденья, шеф начинает лапать и рвет ей чулки. Что это ее прижимают к стене и суют ей палец в рот. Ну, и кое-что посерьезнее, о чем мне просто стыдно говорить".

Это эмоциональное выступление безусловно сыграло свою роль - большинство депутатов поддержало предложение правительства, и Обрадович был отправлен в отставку. В своем последнем выступлении он отметил, что покоряется воле большинства, но виновным себя ни в чем не считает. Экс-вице-премьер даже обратился в суд с иском о защите чести и достоинства. Сербия с интересом ждала этого процесса, но Обрадович сначала не явился в суд, а потом и вовсе отозвал иск, заявив, что он-де выше этого и что разумным людям и так все ясно. Прозвучало это не слишком убедительно.

"Моникагейт" сербского образца расколол и социал-демократов: большинство считает, что Обрадович по-прежнему может оставаться лидером партии и что навязанная ему репутация разнузданного ловеласа - результат враждебных происков; но некоторые не согласились с таким решением и сформировала собственный аппарат управления партией. Интересно отметить, что раскольников возглавляет Слободан Орлич, тот самый, кого Шешель назвал любимым человеком Елены Миленкович. Смесь мелодрамы с водевилем продолжается.

Югославия после Милошевича (досье Граней.Ру)