И учить их вилять хвостом

Продолжается обсуждение проблемы "системного либерализма" в России. Чем было сотрудничество "системных либералов" с формирующимся нацистским режимом - подвигом или преступлением? Обличители сислибов говорят, что те строили нам всем тюрьму вместе с надзирателями. Защитники сислибов отвечают, что не будучи в силах помешать строительству тюрьмы, они старались сделать так, чтобы в ней хотя бы был режим помягче.

Вы еще вспомните сислибов, при которых хотя бы платили зарплаты врачам и учителям, платили пенсии старикам. Вы еще вспомните сислибов, при которых в учебных заведениях давали настоящие знания, а местами даже и гуманистические ценности. И ставшие администраторами выпускники этих заведений когда-нибудь эти ценности проявят.

Так пишут люди, благородно повесившие на себя значок "Мы тоже - системные либералы". Мол, стреляйте и в нас тоже. Хотя называть их системными либералами не вполне верно. Они действительно встраивались в систему, приспосабливались к ее правилам, но в рамках этих правил старались сохранить возможность публичной критики этой системы, хотя бы и урезанной критики.

Однако в России так уж исторически сложилось, что под "системными либералами" понимают людей, давно от какой бы то ни было публичной критики системы отказавшихся и просто обслуживающих режим, работая в его административных структурах в качестве "технократов" или "буржуазных спецов". Граница между теми и другими, конечно, нечеткая, часто переходимая в сторону "сислибов" (в обратную сторону гораздо реже), но эта граница есть.

Вот, к примеру, Ялмар Шахт в юбке. Героически обеспечивает финансовым топливом машину массовых убийств. Разумеется, исключительно ради того, чтобы "интеллигенции в стоптанных ботинках" платили зарплаты и пенсии. А вы хотели бы, чтобы немецким старикам перестали регулярно платить пенсии году эдак в 1942-м? Если хотели бы, то вы так и не поняли, насколько гуманнее с тех пор стала наша цивилизация. Вы - из прошлого.

Наша либерально-гуманистическая цивилизация провозгласили благо человека высшей ценностью. Она долго изживала вражду и ненависть. Училась толерантности. Училась всех понимать. И не осуждать тех, кто ради сохранения благополучия идет на компромиссы с совестью. Никто не вправе ни от кого требовать быть героем и альтруистом.

Вся жизнь состоит из компромиссов, и это нормально. Разумеется, существует понятие "последней черты", за которой компромисс становится невозможен. И если бы сислибы массово отказались от сотрудничества с путинским режимом, когда он еще не заматерел, они вполне могли помешать строительству тюрьмы. Но требования, предъявляемые режимом в качестве условия сотрудничества, казались совсем необременительными, а "последняя черта" - бесконечно далекой.

Требования повышались, но очень медленно. Режим завинчивал гайки очень осторожно и постепенно. И мы привыкали к тому, что хоть права урезаются постоянно, это тоже не страшно. Еще достаточно много остается. И перестали замечать, что "последняя черта" становится все менее различима. В этом принципиальная уязвимость стратегии "системных либералов" и даже "системных оппозиционеров". Она размывает "последнюю черту".

Но пришел момент, когда не заметить "последнюю черту" не мог уже даже самый системный либерал. Пришли люди, не обремененные нашими рефлексиями, и просто грубо вернули нас в 1942 год. Ни один самый системный либерал не мог не заметить, что началась Третья мировая война. Настоящая, а не риторическая. Сгребаемые на свалки обломки зданий вперемешку с трупами людей, погибших под этими обломками, - это не фигура речи. Это Мариуполь.

А это значит, что вступают в действие законы военного времени. И другие требования к людям. По законам военного времени каждый вправе судить других за то, за что он не может их судить в мирное время. Нет, нельзя требовать от каждого уйти в партизаны. Но идти служить в расстрельную команду оккупантов тоже нельзя. Совсем нельзя.

По законам военного времени людей делят на своих и врагов. Любой, кто публично поддержал врага, - тоже враг. А если он еще и из своих, тогда он еще предатель и подлец. Подлец, потому что поддерживает врага отнюдь не по убеждениям. И публично назвать его таковым - это тоже форма борьбы с врагом. Не можешь сам держать в руках оружие - хотя бы назови подлецом поддержавшего врага.

И если ректор учебного заведения подписывает поганое письмо в поддержку нападения нацистской России на Украину и развязывания Третьей мировой войны, одна эта подпись обнуляет все то полезное и доброе, что он сделал раньше. Вред от этой подписи перевешивает все прежние заслуги в деле развития науки и распространения знаний. И не будет больше никакой пользы от сохраненной такой ценой "институции". Чему может научить студентов такой ректор? Только цинизму, приспособленчеству и подлости. Это как у Галича:

И ты будешь волков на земле плодить

И учить их вилять хвостом.