Лучше иметь дружбу всегда

Любовь. Вот и президент заговорил о ней. И правильно, пора уже. В последнее время общественно-государственная мысль все время вертелась где-то рядом: то впечатлительные ветеранки в свойственной им манере взялись за окончательное решение вопроса однополой любви, то здравоохранительные инстанции проявили серьезную озабоченность в связи с любовью некоторых неразборчивых граждан к недружественным минеральным водам. Так или иначе, но любовь, как ей это и положено, продолжала править миром помимо регулирующих механизмов родного государства, что, согласитесь, есть непорядок. Теперь с легкой руки президента любовь становится категорией государственной, политической. Ну и хорошо. И хватит уже. А то все сами да сами. Пусть и государство попотеет на этой сладкой и мучительной ниве.

С любовью - можно сказать, с облегчением - разобрались. Но еще осталась дружба. С дружбой, впрочем, в свое время основательно поработало другое государство - советское. Была, была дружба в советские годы, цвела она пышным цветом и щедро подкармливалась родным государством. И называлась она "дружбой народов".

Эх, закадычная ты наша Дружба Народов, законная дочь сурового Пролетарского Интернационализма и Борьбы за Мир во всем Мире.

Когда-то "дружба народов" была не только одним из козырей в агитпроповской колоде, но и вполне непыльной профессией. Не забыты еще ни "дома дружбы", ни "общества дружбы", где за столами президиумов сидели тетки с космонавтским прошлым и все время что-то говорили, причем совершенно не бесплатно.

Про дружбу между народами сочинялось множество стихов и песен. "Дружба всего дороже, - пела нам всякий божий день неутомимая радиоточка, - дружба - это знамя молодежи". А мой товарищ, служивший в те годы в музыкальной редакции радио, собрал неплохую коллекцию всякой музыкально-поэтической продукции из того разряда, что принято называть "самотеком". В основном про любовь и дружбу. То есть про любовь к партии и про дружбу между народами. Какие-то особенно удачные места навсегда застревали в памяти. Вот, например, песня. Начало такое:

*Франция далекая на земле страна.

Хочет с нами вместе строить мир она.*

И припев:

*Лучше иметь дружбу всегда,

Чем не иметь ее никогда.*

Спорить не приходится. Впрочем, "Франция" - это уже некоторое фрондерство, а вообще-то "дружба народов" распространялась в основном на территорию СССР и на страны народной демократии, куда на защиту пошатнувшейся дружбы иногда приходилось отправлять ограниченные воинские контингенты. Но чего не пожалеешь ради дружбы. Дружба же всего дороже, как было сказано.

Вот еще хорошая история. В середине 70-х годов мой приятель-таллинец, работавший тогда научным сотрудником Эстонской академии наук, поехал по каким-то научным делам в командировку в Киев. Гуляя по городу, он заглянул в книжный магазин, и первое, что он там увидел, была серия разноцветных брошюрок на украинском языке под общим названием "Приказки та прислiв'я народiв СРСР" (то есть "Пословицы и поговорки народов СССР"). Книжек было - по числу союзных республик - пятнадцать. Без труда отыскав эстонские "приказки та прислiв'я", он купил их за 34 копейки и о покупке не пожалел, ибо весь свой обратный путь смущал своих попутчиков непрестанным радостным ржаньем.

Приехав в Таллин и придя в родную академию, он тут же встретил в коридоре своего бывшего однокурсника, а тогда хоть и молодого, но уже признанного специалиста по финно-угорскому фольклору. "О! Хорошо, что я тебя встретил! - вместо приветствия сказал мой приятель своему приятелю. - Предлагаю пари". "Какое?" - немедленнно оживился приятель приятеля. Он славился не только как знаток, но и как азартный спорщик.

• Давай спорить, что я знаю как минимум одну эстонскую пословицу, которую ты не знаешь.

• Ну, это вряд ли.

• Тем не менее.

• Давай. На сколько?

• На десятку.

• А у тебя есть?

• Есть, есть, не беспокойся.

• Ну ладно.

Тогда мой приятель достает из кармана киевскую брошюру, неторопливо открывает ее на первой странице и пускает по кругу, который уже успел собраться вокруг спорящих. Самая первая "приказка" выглядела так (передаю ее в русской транскрипции): "Наш народ туды иде, куды партия веде". Весело было всем кроме фольклориста, с достоинством, но явно безо всякого удовольствия расставшегося с последним червонцем.

Есть, есть что вспомнить про дружбу. А нынче, в наши суровые прагматичные времена, от "дружбы народов" сохранились только лишь шестнадцать золоченых теток, водящих неспешный хоровод под сенью фонтанных струй, да одноименный литературный журнал. Но не станем унывать. Все у нас впереди. Если уж в Кремле завели речь о любви, то и до дружбы рукой подать.