Внимание на старт

Ступив на американскую землю, вы сразу оказываетесь посреди какой-то суматохи: со всех сторон раздаются неясные возгласы, вы слышите сразу множество голосов, каждый из которых говорит о какой-либо общественной проблеме. Все движется вокруг вас: здесь жители квартала собрались для того, чтобы решить, надо ли строить церковь, там идут выборы представителя в органы власти, дальше депутаты какого-то округа спешат в город для того, чтобы принять решение по поводу некоторых улучшений местного значения, где-то еще земледельцы оставляют свою работу и идут обсуждать план строительства дороги или школы. Группа граждан собирается с единственной целью: заявить о своем неодобрении деятельности правительства, в то время как другая группа, собравшись, провозглашает всех должностных лиц отцами отчизны.

Так 180 лет назад описывал поразившую его американскую демократию французский политический мыслитель Алексис де Токвиль.

США были тогда второстепенным государством, почти не влияющим на судьбы мира, но умный визитер сумел понять и оценить значение их политической системы, подобной которой тогда не было нигде. Употребленное им слово, tumulte по-французски, tumult по-английски, - суматоха, переполох, смятение чувств или просто галдеж - очень нравится американцам. Вот он и наступил, регулярный всеамериканский галдеж, президентская кампания, главное шоу страны, хитроумная придумка отцов-основателей, создавших устройство власти, функционирующее с малыми починками по сей день.

Это уже пятая президентская кампания, которую я освещаю из США. И каждая из них была по-своему уникальна и непредсказуема. Великий американский эксперимент продолжается. Но хорошо ли это - непредсказуемость? Создатели этой страны были невысокого мнения о человеческой природе. "Будь люди ангелами, - писал Джеймс Мэдисон, - ни в каком правлении не было бы нужды".

Коль скоро идеального правителя не существует, а люди склонны голосовать под влиянием преходящих обстоятельств, следует обеспечить сменяемость власти. "Огромное преимущество американцев состоит в том, что они могут себе позволить совершать поправимые ошибки", - говорит Токвиль.

Я не идеализирую Америку. В ней есть что улучшать. Но американская пословица гласит: "Не сломано - не чини". Когда избирательную систему США начинают обвинять в архаичности и недемократичности, я вспоминаю профессора Преображенского: кабацкий балалаечник Шариков, "слабое в умственном отношении существо", в присутствии людей с университетским образованием осмеливается давать советы "космического масштаба и космической же глупости". В истории американских выборов бывало всякое. Но ни разу избиратели не пошли с дрекольем штурмовать Белый Дом - всегда находился законный выход из положения, процедуры срабатывали.

Президентская кампания - это и шоу, и спорт, и азартная игра, и высокая драма, и низкий фарс, и тонкий расчет, и грубые пинки ногами под столом с лучезарной улыбкой на лице. Все как в жизни. Когда пост президента становится вакантным, борьба за него носит особенно упорный характер, кандидатов бывает много, уравнение со множеством переменных усложняется. Именно таковы нынешние выборы.

В 2008 году ни Барак Обама, ни Хиллари Клинтон не набирали на праймериз числа голосов, необходимого для того, чтобы стать единственным кандидатом партии. Но партийные боссы хотели, чтобы им стал Обама, и Клинтон стали обвинять в расколе партии. Она уступила, сняла свою кандидатуру, заключив при этом "нечестивую сделку". Так современники назвали в 1824 году сговор двух кандидатов, Джона Квинси Адамса и Генри Клея, против третьего, Эндрю Джексона: Клей поддержал Адамса в обмен на должность госсекретаря. Частью договоренности было обещание руководства партии через восемь лет зачистить для нее поле, не выставлять других сильных кандидатов. Начиная кампанию, Хиллари была уверена, что номинация у нее в кармане. Но в борьбу вступил "беззаконной кометой" сенатор Берни Сандерс, и шансы Хиллари сразу упали.

Он немолод, старше Клинтон, но посмотрите на него и на нее. От Сандерса исходит могучая энергия, у него есть драйв, он заражает своей убежденностью и целеустремленностью огромные аудитории, состоящие из молодежи. А у его соперницы будто садятся батарейки, она не готова к поединку всерьез. Огромное преимущество Сандерса заключается в том, что он не связан с партийным истеблишментом, не замешан в вашингтонском политиканстве - он пришел в политику через движение за гражданские права, был мэром крупнейшего города Вермонта, Берлингтона, избирался на этот пост как независимый четырежды, всякий раз выигрывая у кандидатов обеих главных партий. При нем город расцвел, а Сандерс был назван одним из лучших мэров США. В обеих палатах Конгресса он был независимым депутатом и только в прошлом году вступил в Демократическую партию.

На Сандерса навесили ярлык социалиста, которым республиканцы пугают маленьких детей, но вряд ли здесь уместно узколобое понимание термина. В своих страстных речах Сандерс напоминает, что социалистами называли и Франклина Рузвельта, и Линдона Джонсона: оба стали величайшими социальными реформаторами Америки. Сандерс выступает против несправедливого распределения национального богатства, власти денег, оппортунизма вашингтонской бюрократии. Убедительно выиграв праймериз в Нью-Хэмпшире, он объявил, что "политическая революция" началась. Ему еще очень далеко до победы, но этот запал не пропадет даром. Едва ли партийной верхушке удастся заставить его сойти с дистанции. Если итоги праймериз будут неоднозначны, он дойдет до национального съезда, как это сделал в 1976 году Рональд Рейган, а в 1980 Эдвард Кеннеди, бросившие вызов действующему президенту-однопартийцу. Оба проиграли, но вернули своим партиям достоинство - съезд действительно избирал, а не утверждал партийного номинанта.

А за Хиллари тянется длинный хвост ошибок и сомнительных в моральном отношении поступков, совершенных на посту госсекретаря, - вплоть до обвинений в коррупции в пользу иностранных государств. Не раз еще ей аукнется "перезагрузка" с Россией, завершившаяся полным крахом. Из всех ее шкафов повылезали скелеты. Она вынуждена оправдываться, держать круговую оборону, вместо того чтобы продвигать свою позитивную программу, - позиция, заведомо проигрышная для кандидата. Да и есть ли у нее позитивная программа, кроме желания стать главой государства? Когда она заявляет, что не принадлежит к вашингтонскому истеблишменту и ничем не обязана воротилам Уолл-стрит, не знаешь, плакать или смеяться.

На стороне Клинтон административный ресурс, за нее будут голосовать афроамериканцы и матери семейств, но с голосами латино- и азиатоамериканцев, а главное, молодых избирателей у нее большие проблемы. Нью-Хэмпшир продемонстрировал рекордную явку, и это тоже угроза для Хиллари - помимо традиционного демократического электората на участки приходят те, кто обычно не голосует, но их разбудила не она, а Сандерс.

У республиканцев своя забота - они не знают, как окоротить Дональда Трампа. Бесстыжий демагог и нарушитель конвенций, он развлекает публику своим хамским апломбом, откровенно расистскими и сексистскими заявлениями. Публика, видите ли, "устала" от политкорректности, ей захотелось обратно в 50-е годы прошлого века, когда ку-клукс-клан был уважаемой организацией, а женщина на руководящем посту - таким же распространенным явлением, как инопланетянин. Я давно уже понял, что у "непоротого поколения" Америки есть свой огромный минус: оно не участвовало в великой либеральной революции 1960-х, получило свои гражданские права и свободы даром, от рождения, и потому часто не дорожит ими. Многие американцы так привыкли 15 лет видеть Трампа на телеэкране, что, боюсь, воспринимают его нынешнюю кампанию как продолжение реалити-шоу. Когда Трамп проиграл Айову, было ощущение, что избиратели наконец-то одумались. Трамп, с которого сбили спесь, выглядел обескураженным. Он слишком любит себя и всерьез считает светочем ума (избирателям он сообщает, что Путин назвал его "гением"). Он искренне не ожидал такого афронта, обвинил ближайшего конкурента в жульничестве и потребовал повторных кокусов. Но в Нью-Хэмпшире он выиграл, а остальную колоду кандидатов-республиканцев избиратель причудливо перетасовал: первые стали последними, а последние первыми.

Эти другие кандидаты делают вид, что ничего особенного не происходит, ведут кампанию так, как если бы никакого Трампа с преимуществом в 10 процентных пунктов не существовало, и, вероятно, надеются, что он каким-то чудом исчезнет. Кое-кто с надеждой смотрит на Майкла Блумберга, который взвешивает свои шансы и размышляет, не вступить ли ему в гонку в качестве независимого кандидата. По последним сведениям, бывший мэр Нью-Йорка "изнывает" от искушения. Но спойлер Блумберг, как показывает недавний опрос, отберет голоса прежде всего у кандидата демократов и обеспечит победу Трампу.

Так выглядит батальное полотно президентских выборов сегодня. Сражение только начинается.