Пыточные инструменты

Некоторые сюжеты довольно неожиданно закругляются.

Скажем, на стене в первом акте висит ружье, а в третьем акте оно - ба-бах! - стреляет. Получается, неспроста на стене висело ружье. Или там бродит по подмосткам некий гад и преподает собравшимся основы гибридной праведности, жутко раздражая зрителей и большинство действующих лиц, а в конце выясняется, что он не только лицемер, но и доносчик, и враль, и мошенник. В таких случаях принято говорить о мастерстве драматурга, умеющего лихо закручивать интригу. Хотя искушенному театралу сразу ясно было, что ружье непременно выстрелит, а Тартюфа накажут.

В жизни тоже так бывает, и вот вам свежий пример.

Публикация документов из так называемого Панамского архива стала заметным событием в жизни многих клиентов юридической фирмы Mossack Fonseca. Начиная с политиков первого ряда и кончая нищими музыкантами. Так, два миллиарда долларов обнаружились на счетах Сергея Ролдугина, которому, как вскоре было установлено, приходилось годами выклянчивать деньги у сильных мира сего на мало-мальски пристойные струнные инструменты работы старых мастеров.

Последствия были многообразны.

Один политик сгоряча подал в отставку, потом одумался. Другой стал оправдываться и вроде оправдался. Третий, не скрывая веселья, сообщил, что все правда, но он тут абсолютно ни при чем. К слову, нищий музыкант оказался старым, надежным и близким другом самого веселого из разоблаченных, и это многое объясняло. В частности, щедрость сильных мира сего, а также мудрость самого из них не только веселого, но и умелого. Спрятавшего часть уведенных денег в футляр от виолончели.

Кроме того, на телеканале "Россия-1" вышел фильм про англо-американского агента Фридома, и это только на первый взгляд не имело ни малейшего отношения к этой нечеловеческой музыке. Во-первых, публике предлагалось попристальней вглядеться в Навального, позабыв и о Путине, и о Ролдугине. Во-вторых, напомнили ей, публике, и о погибшем Сергее Магнитском, к убийству которого, оказывается, были причастны вражеские агенты. Среди них и агент Соломон, в миру Уильям Браудер, который вместе с погибшим обвинял российскую власть и силовиков в казнокрадстве.

Одним из самых ярких героев фильма под названием "Эффект Браудера" стал Павел Карпов, бывший следователь по делу Магнитского и фигурант известного cписка. Обличая подлых шпионов, он против них свидетельствовал, а потом еще призывал СКР и его главу Бастрыкина начать следствие по делу об убийстве.

Теперь, после публикации очередных новостей от OCCRP, вся эта история заиграла свежими красками. Вдруг все они сошлись вместе - и Путин, и убитый Магнитский, и собирательный Карпов, и музицирующий Ролдугин, и заключительным аккордом - госкорпорация "Роснефть". Ружье, про которое никто и не вспоминал, внезапно грохнуло на весь зал, и пьеска обрела завершенность.

Там приводится довольно сложная схема, суть которой, однако, проста. Сперва похищенные фигурантами списка Магнитского деньги осели в помоечных молдавских фирмах. Оттуда перекочевали под британскую юрисдикцию, далее в Литву, после в Цюрих, и не прошло полугода, как уже фирма Ролдугина наварила на этом два миллиона долларов. Капля в море, если сравнивать с доходами International Media Overseas, единоличным владельцем которой являлся тогда сильно поднявшийся виолончелист. Но тот факт, что прокручивались в офшорах деньги, украденные из казны и пахнущие смертью, придает всей истории особый колорит.

В начале 2008 года, когда бабки только ушли в Молдавию, Сергей Магнитский еще был жив и даже на воле. И в мае того же года, когда финансовая спецоперация успешно закончилась, следствие против Hermitage Capital Management давно уже велось, но аудитор Firestone Duncan еще не был арестован. Хотя уже, наверное, сильно досаждал следователям и другим фигурантам, рангом повыше. Задержат его только в ноябре и год продержат в тюрьме, пока не умрет. И пройдет еще шесть с половиной лет, прежде чем всплывут подробности того преступления, в котором он уличал своих мучителей. За что и расплатился жизнью.

Некоторые сюжеты довольно неожиданно закругляются, и можно даже говорить о своеобразной их красоте, если забыть о том, что речь идет о трагедии, причем строго документальной. О мошенниках, лжецах и лицемерах, которые не только воруют и врут, но и убивают. И снимают после свою документалку, чтобы выгородить воров и отмазать убийц.

Однако жизнь - она сама себе режиссер и автор, и в рамках, допустим, журналистского расследования способна довести любую историю до самого непредсказуемого финала. Впрочем, непредсказуемого лишь в том смысле, что зрители, в особенности русскоязычная публика, слишком уж привыкли к безнаказанности зла и к тому, что правду никто никогда не узнает. Надо бы отвыкать, запасаясь терпением и верой в конечное торжество правды и справедливости в противоборстве с подлостью и ложью. Сказано же в одной старинной книге, что все тайное однажды станет явным, и в ней, насколько помнится, не сделано исключения для офшорных счетов.