Оригинал материала
Не стоит страна без праведника
Алик Кох открыл геофизическую причину нашего локального всемирного потопа: умер великий праведник, Александр Солженицын, Богу незачем стало сохранять наш Содом (и Гоморру). Где-то праведник Ной (если у нас еще остался Ной - ведь нет ни Солженицына, ни Анатолия Приставкина, ни Александра Ткаченко) тихо строит ковчег (где-нибудь в районе Сахаровского центра или Хельсинкской группы). Было бы только справедливо, если бы на этот раз в ковчег попали "чистые", то есть правозащитники, западники, демократы.
Бог возложил на Солженицына миссию: сорвать все покровы с коммунизма, со сталинизма, оборвать все фиговые листочки с СССР. Советский Союз был уничтожен задолго до Беловежской пущи. Он пал перед правдой. "Не в силе Бог, а в правде", - любил говорить Александр Исаевич. В "Архипелаге", в "Круге первом", в "Одном дне Ивана Денисовича", в театральной трилогии "Пир победителей", "Пленники" и "Республика труда" ("Олень и шалашовка"), в оставшемся на бумаге блестящем сценарии (как раз для Алексей Германа) "Знают истину танки" заложена такая концентрация правды и ненависти, что СССР был пробит этим тараном, "взвешен на весах и найден слишком легким", и дни его до Беловежья были сочтены.
Не отсутствие еды, а отсутствие правды и совести, человечности и ума погубило империю зла. Солженицын стал Вергилием и Данте в одном лице. Он запечатлел Ад и провел по этому Аду Маргарет Тэтчер, Рональда Рейгана, часть советской интеллигенции (вроде Александра Твардовского, Виктора Некрасова, Алексея Германа, Александра Сокурова, Александра Яковлева) и шестидесятников вроде генерала Петра Григоренко и Владимира Буковского, будущих антисоветчиков и диссидентов.
Мы вышли не из гоголевской шинели, а из солженицынского застиранного ватника с номерами. Солженицынское творчество стало нашими евангелиями (и я уверена, что Христос согласился бы стать соавтором). Мне было 17 лет, когда я прочитала "Один день", увидела красное солнце над ослепительным снегом и колонну зэков, овчарок и конвоиров, бараки и "бур". Именно тогда я решила, что этому строю и этому Союзу не жить и что я положу на эту задачу свою жизнь.
Владимир Путин и Дмитрий Медведев зря потратились на свои розы. Попытка примазаться к гению и пророку не удастся фарисеям. Солженицын "к праведникам причтен", он в селениях блаженных, и забудется то, что он сделал или сказал против западной демократии или ельцинской веселой свободы (это когда он орден не взял); забудутся и жуткий антисемитский труд "Двести лет вместе", и поддержка чеченской бойни, и предложение приписать к России Восточную Украину и Северный Казахстан, и то крылечко, на которое он вышел встречать человека из органов в голубых погонах: Владимира Путина. А книги останутся и будут бить по недобитым чекистам из ФСБ прямой наводкой. Все ошибки, все недостатки Солженицына исчезнут в свете сверхновой: "Архипелага".
Мертвым Солженицыным не попользуешься: его крылечко станет недоступным для Путина, ибо между раем, где будет обретаться праведник Солженицын, и адом, уготованным тирану Путину, нет ни ступенек, ни лестниц, ни воздушного сообщения, которое В.В. опять отменил между Грузией и Россией. Большое усилие пришлось сделать над собой гэбэшникам, чтобы воздать почести зэку с 58-й статьей. Впрочем, нынешних зэков, своих узников совести, они все равно из зубов не выпустили. А то уже слышишь по ТВ, что Солженицыну Путин понравился. Сватовство гусара.
Но больше всего осрамился над гробом политзэка Эдуард Лимонов. Он – мелкий писатель, большевик и большой поклонник Октября и СССР, заявил, что скончался последний пророк и что ему, Лимонову, придется занять его место. По-моему, г-н Лимонов по взглядам своим ближе к бен Ладену, или к Че Геваре, или к Троцкому. Последнее ноу-хау Лимонова – это бесплатный закусон в "Елках-палках" ( 
Словом, читайте Солженицына. "Блаженны алчущие и жаждущие правды, ибо они насытятся".