Оригинал материала
The Washington Post против Эдварда Сноудена
Газета создала уникальный прецедент, призвав судить собственного информатора
В 2013-2014 годах секретную информацию, полученную от бывшего сотрудника ЦРУ и АНБ Эдварда Сноудена, публиковали четыре издания — The New York Times, The Intercept, The Washington Post и The Guardian. The Washington Post получила за эти публикации Пулитцеровскую премию. В сентябре 2016-го три из четырех изданий призвали американское правительство разрешить Сноудену, находящемуся сейчас в России, вернуться в США — без риска быть посаженным. И только The Washington Post потребовала отдать его под суд. О том, какой прецедент создает газета, решившая засудить собственный источник, пишет журналист The Intercept Гленн Гринвальд (который первым начал публиковать в The Guardian «сливы» от Сноудена, за что тоже получил Пулитцеровскую премию) в колонке «WashPost делает историю».
Защищать свои источники — обычная практика для СМИ. Ведущие мировые газеты часто публикуют информацию, слитую им на условиях анонимности и защиты интересов источника.
Во время кампании за помилование Эдварда Сноудена, организованной правозащитными организациями American Civil Liberties Union и Amnesty International и приуроченной к выходу фильма «Сноуден» Оливера Стоуна, The Washington Post неожиданно выпустила редакционную колонку под заголовком «No pardon for Edward Snowden» («Нет помилованию Эдварда Сноудена»). В этом материале газета не просто не защищала собственный источник, но и явно призывала отдать его под суд.
Как пишет Гленн Гринвальд, один из редакторов-основателей The Intercept, The Washington Post создает невероятный прецедент. А именно — предает собственного информатора. И еще более удивительно, пишет The Intercept, — то, как The Washington Post аргументирует этот шаг.
The Washington Post считает, что только одна программа, о которой рассказал Сноуден, имела законное право на публичность — а именно программа слежения за обычными гражданами; никакого общественного интереса к другой информации и пользы от нее не было. Более того, редакторы The Washington Post полагают, что обществу даже был нанесен вред всеми этими публикациями, в том числе материалами о программе PRISM. Эта программа дает Агентству национальной безопасности прямой доступ к серверам коммуникационных компаний США.
Нюанс в том, пишет Гринвальд, что статьи о программе слежения за гражданами вышли в The Guardian, а The Washington Post спокойно публиковала другие «сливы». Например, о программе PRISM на первых полосах решила рассказать именно она — и получила за это Пулитцеровскую премию, что подтверждает, что общественный интерес у этой истории был. Гленн Гринвальд задает коллегам вопрос, не стоит ли им — раз они считают, что это было неправильно, — наказать своих редакторов и отказаться от премии.
Гринвальд выдвигает аргументы в защиту Сноудена и протестует против того, что не вся слитая информация, оставаясь тайной, угрожала обычным американцам. Кроме того, он напоминает, что ответственность за публикации разделяют все газеты, в которых выходили материалы. Редактор The Intercept уверен, что всю информацию, полученную от Сноудена, нужно было публиковать. Но главное, считает Гринвальд, The Washington Post нарушила основное право источника на защиту, а это выходит за пределы всех правил и норм.
После саморазоблачительных заявлений о программе PRISM редакторы [The Washington Post] говорят: «Хуже — гораздо хуже — то, что он слил информацию о важной международной разведывательной программе». Но они непростительно опускают в своем заявлении — то, что это не Сноуден принимал решения о публикации информации, а они — руководители The Washington Post.