Уроки со дна не извлечены

В Учебном центре ВМФ им. Л.Г. Осипенко в Обнинске на вопрос, что изменилось после "Курска" в подготовке подводников, мне ответили: "Ничего". Действительно, что могло измениться, если даже преподаватели и инструкторы Учебного центра до сих не получили официальной информации о причинах катастрофы атомного подводного ракетного крейсера (АПРК) "Курск".

Они, опытнейшие подводники-атомщики, считают, что причиной аварии стала новая экспериментальная торпеда, которую загрузили в прочный корпус "Курска" накануне его выхода в море. Торпеду получили с завода "Дагдизель" в опечатанном виде, и никто из членов экипажа, в том числе специалистов минно-торпедной боевой части, не знал, что собой представляет это "изделие". Впрочем, это лишь одна из версий, которой придерживаются отнюдь не все офицеры. Расходятся они во мнениях и насчет времени начала аварии. Многие преподаватели предполагают, что авария началась гораздо раньше, чем прогремел первый взрыв. Беда в том, что спустя полгода после гибели "Курска" специалистам все еще приходится гадать на кофейной гуще.

Заговор молчания вокруг крупнейшей за последние 15 лет подводной катастрофы может иметь негативные последствия для всего атомного подводного флота России. Он уже сказывается на моральном состоянии экипажей. Так, например, приехавший в Обнинск экипаж АПРК "Воронеж" во главе со своим командиром капитаном 2 ранга Иваном Сидоровым, как отметили офицеры Учебного центра, с трудом осваивал учебную программу межпоходовой подготовки. Именно из этого экипажа большая часть специалистов была прикомандирована к "Курску" на период учений Северного флота в августе прошлого года. Оставшимся в живых членам экипажа "Воронежа" выпала нелегкая доля участвовать в опознании тел погибших товарищей и траурных мероприятиях на Северном флоте.

Прошло полгода, но ничего не меняется в системе обеспечения безопасности экипажей. После гибели "Комсомольца" в 1989 году главный вывод был таким: личный состав не умеет пользоваться спасательными плотами. И только-то. Ни слова упрека разработчикам техники, спасательных средств. Между тем до сих пор даже в бассейне, где нет качки и плот фиксируется четырьмя растяжками, наиболее подготовленный подводник в снаряжении с ИДА-59 (дыхательный аппарат) практически не в состоянии самостоятельно забраться на этот плот. Зачем нужны подводникам такие плоты, почему за 12 лет после "Комсомольца" моряки вынуждены надеяться только на этот ветхозаветный прибор? В инструкции к нему написано, что не надо им пользоваться во время борьбы за живучесть, так как аппарат к этому не пригоден (!).

А сбрасываемые с самолета лодки ЛА-5... Они должны раскрываться с приложением усилия в 5 кг, но в море их вообще невозможно раскрыть. А всплывающая спасательная камера.. За всю историю ВМФ она спасла только одного человека, и то случайно.

Лучше не стало - только хуже. Сейчас уже и экипажи АПЛ из-за отсутствия денег на флоте, не приезжают в Учебный центр для межпоходовой подготовки. Тот же экипаж "Воронежа", например, не проходил подготовку в Обнинске 6 лет, хотя по директиве главкома ВМФ он должен приезжать в Учебный центр не реже одного раза в два года.

Молчание комиссии Клебанова, считают моряки, преступно. И вдвойне преступлением будет извратить картину трагедии, лишить подводников возможности извлечь уроки из гибели своих товарищей.

Фото AP