ХОЖДЕНИЕ В СЕНАТ

НОВОСТИ КРУПНЫХ КОМПАНИЙ

На прошлой неделе Совет Федерации завершил затянувшуюся весеннюю сессию. Председатель СФ Сергей Миронов и его замы были вызваны в Кремль, где их работа получила высокую оценку. Однако, как выясняется, не все остались довольны работой...

На прошлой неделе Совет Федерации завершил затянувшуюся весеннюю сессию. Председатель СФ Сергей Миронов и его замы были вызваны в Кремль, где их работа получила высокую оценку. Однако, как выясняется, не все остались довольны работой сенаторов.

По имеющейся у нас информации, основатель одной из самых крупных финансовых групп современной России Михаил Фридман намерен «убрать» из СФ своего человека — сенатора от Воронежской области Глеба Фетисова. Причем кандидатуру на вакантное место искать не придется: Фридман сам хочет стать сенатором.

Формула «хочешь, чтобы работа была сделана хорошо, — сделай ее сам» в России пользуется неизменным успехом. Наверное, ею руководствовался глава «Альфа-групп», когда решил сменить костюм олигарха на кресло сенатора. И хотя пресс-служба «Альфа-групп» называет разговоры об амбициях своего шефа на место в верхней палате Федерального собрания слухами, сути дела это не меняет. Если такие слухи поползли, рано или поздно г-н Фридман займет желанную должность.

Сегодня интересы «Альфа-групп» в Совете Федерации представляет президент альфовской «дочки» компании «Альфа-Эко» Глеб Фетисов. Де-факто, конечно. Де-юре г-н Фетисов является — официальная формулировка — членом СФ от Законодательного собрания Воронежской области. А главой Заксобрания Воронежской области, которое и делегирует своего представителя в Совет Федерации, работает Евгений Лямцев, бывший подчиненный г-на Фетисова. Г-н Лямцев занимал в «Альфа-Эко» пост исполнительного директора.

Чем же не угодил Глеб Фетисов, три года заседающий в верхней палате российского парламента, своему боссу? Почему Михаил Фридман решил уйти из большого бизнеса и стать одним из 188 сенаторов, сменив на этом посту своего наемного работника? Ответ, лежащий на поверхности, — Фридман боится, что кампания против олигархов может перекинуться и на него. Тем более что такие разговоры иногда слышны в кулуарах власти.

Не без этого. Но — как мы все помним на примере топ-менеджеров и совладельцев «ЮКОСа» — сенатором можно и не успеть стать, а став — перестать им быть. На дворе 2004 год, а не 1996-й, и мандат верхней палаты уже не является той самой заветной броней, которая защитит от преследования правоохранительных и фискальных органов. Финансовые аналитики и политологи сходятся во мнении, что дело не только в желании Михаила Фридмана укрыться от возможных претензий за стенами Совета Федерации, есть и другая причина.

По мнению наблюдателей, Глеб Фетисов не выполнил поставленные перед ним задачи и провалил ряд стратегических проектов «Альфа-групп», которые, пользуясь должностью сенатора, должен был лоббировать в самых высоких кабинетах.

Главное поражение Фетисова-лоббиста — схватка за аэропорт «Шереметьево-2». «Альфа-групп», не скрывая, заявляла, что собирается получить «Ш-2» в доверительное управление. Единолично и надолго. Понятно, что такой сложный вопрос не мог решаться путем обычных переговоров. Для вынесения нужного решения надо было задействовать все рычаги. Тут-то и мог пригодиться сенатор Фетисов. Однако не пригодился. А точнее, не смог пригодиться. В результате долгой борьбы «Альфа» получила лишь часть аэропорта, вторая досталась консорциуму, организованному Национальным резервным банком (НРБ) и компанией «Аэрофлот». Довольствоваться частью альфовцы не захотели и попытались инициировать скандал, призванный изменить положение вещей. И вновь требовалась «профильная» помощь Фетисова. Скандал не удался. Все остались при своих.

Еще одна масштабная неудача Фетисова случилась уже на ниве законотворческой деятельности. Во время рассмотрения верхней палатой принятого Госдумой закона «О связи» перед Фетисовым была поставлена задача не допустить ратификации закона, многие положения которого категорически не устраивали Михаила Фридмана, имеющего довольно значительные активы в телекоммуникационном бизнесе. Несмотря на то что президенту «Альфа-Эко» удалось тогда сплотить вокруг себя группу профессиональных лоббистов (названных журналистами «антипрезидентской»), согласившихся поддержать интересы, отстаиваемые Фетисовым, закон все же был одобрен и отправлен на подпись президенту.

Перед самым закрытием весенне-летней сессии Фетисов вновь допускает непростительную промашку. Перед ним ставится задача не допустить ратификации принятого Госдумой закона «О рекламе», серьезно ограничивающего рекламу пива. Дело в том, что «Альфа-Эко» недавно купила 15% акций одного из крупнейших производителей пива компании SUN Interbrew, и принятие «антипивного» закона не только вводило ее в серьезные убытки, но и ставило крест на дальнейших планах: «Альфа-Эко» планировала приобрести как минимум контрольный пакет акций пивного гиганта. И на этот раз действия Фетисова не увенчались успехом — закон был ратифицирован и отправлен на подпись президенту.

Как говорят в самой «Альфа-групп», Глеб Фетисов не понял двух важных вещей. Во-первых, агрессивный стиль ведения дел хорош в бизнесе, но совершенно неприемлем в политике. Ведь главное качество любого успешного политика — гибкость. Фетисов же привык идти напролом. И история «Альфа-Эко» — лучшее тому подтверждение. Здесь и взятие штурмом (в прямом смысле) Ачинского глиноземного комбината в 1996 году, и захват торгового дома «Смирнов» в 2000-м, и подковерная скупка 25-процентного пакета акций ОАО «Мегафон» в 2003-м, и многое другое. Фетисов попытался действовать в Совете Федерации так же, как действовал, будучи главой «Альфа-Эко». Не получилось. Это во-первых.

Во-вторых, в политике важно правильно выбрать союзников. Фетисов же во многом положился на аутсайдеров — например, на Леонида Маевского. Справедливости ради стоит заметить, что отставной депутат Маевский активно выполняет поручения Фетисова. Активно, но плохо. Так же плохо, как и некоторые другие «общественные деятели», нашедшие себя на ниве «журналистского расследования».

И — что самое страшное для лоббиста — о неудачах становилось известно широкой общественности. Грубо говоря, Фетисов «засветился». Лоббисты — они ведь как разведчики: успешны только тогда, когда о них и о их работе никто не догадывается. Когда же вся страна (не говоря уж об элите) знает, что такой-то господин — лоббист такой-то группы, эффективность его работы резко снижается. А зачем большому капиталу неэффективные «активы»? От них принято избавляться…

Всего вышеперечисленного с лихвой хватило, чтобы Михаил Фридман усомнился в компетенции своего протеже и задумался о том, чтобы самому отстаивать свои интересы в Совете Федерации. Ведь как было сказано вначале, «хочешь, чтобы работа была сделана хорошо, — сделай ее сам».