1905-й как стартап

Об исторических шансах России быть частью развитого мира

9 января 2016 года исполнилось 111 лет со дня расстрела граждан, что шли вручать Николаю II «Петицию рабочих и жителей Санкт-Петербурга». Как известно, шествие устроили «Собрание русских фабрично-заводских рабочих» и его глава — священник Георгий Гапон. Оно завершало стачку протеста против тяжких условий труда и бесправия. Отец Георгий составил петицию, адресованную царю, и призвал вручить ее лично.

«Я думал, — писал Гапон, — он… выслушает свой народ и сделает его счастливым». А рабочие верили, что царь им — отец и все устроит. «Не откажи в помощи твоему народу, — взывал Гапон к монарху, — выведи его из могилы бесправия… Пусть он правит страной вместе с тобой!»

Еще чего: «...вместе с тобой»? — изумилась власть. Немыслимо!

Народ просил милостей: неприкосновенности личности, свободы слова, печати, собраний, равенства пред законом, восьмичасового рабочего дня. «Мы должны требовать уничтожения политического строя, при котором на нашу долю выпадает только бесправие».

Расстрел людей, что шли к государю, пошатнул миф о царе-батюшке. Но не убил протест — напротив, показал: время петиций прошло. А пришло то, что назовут «Первой русской революцией». Ее события — описаны в сотнях текстов. Здесь пометим: 1905-й — стартовый для проекта российских технократов-капиталистов, имевшего целью либерализацию и модернизацию страны, сулящую несметные прибыли. Штык самодержавной вертикали, произвол чиновников и привилегии аристократов мешали дельцам зарабатывать новые миллионы.

Поэтому часть уже доступных капиталов шла на борьбу с системой. Дельцы инвестировали в смену власти как в рискованный, но перспективный бизнес. Савва Морозов, Рябушинский, Мамонтов, Шмит и другие «тузы» вложили в него миллионы, финансируя оппозицию.

Страна бунтовала. Бурлили армия и флот. Проект достиг такого размаха, что царь издал манифест о свободе собраний, слова и союзов. Прошли выборы в Думу — прообраз парламента. В них видели шаг к демонтажу самодержавия. Партия Конституционных демократов (кадетов) взяла на выборах большинство. Но Думу распустили, а народ поутих. В новой Думе кадеты заняли 2-е место. Летом 1907 г. распустили и ее. Историки считают это концом революции. Но за два ее года русский бизнес добился многого — расшатал твердыни старой системы отношений и народного мировидения. И продолжил свой буржуазно-революционный проект.

Весной 1917 года тот проект победил: царизм пал, Россия стала самой свободной страной мира. Думалось: путь к демократии и развитию открыт. Но шанс был упущен. Большевики, взращенные когда-то на деньги дельцов, освоив проектирование, одолели конкурентов и ввергли страну в свой эксперимент.

Его крах вновь дал России шанс на успешное внедрение в стране модели классической демократии и развития — на претворение в жизнь идей русских дельцов начала века. Утрачен ли он сегодня?

Страна причастна к политическому, хозяйственному и культурному контексту развитого мира, живущего в том жепространстве и времени, что русские капиталы и весомый слой работающих с ними специалистов. Воссоединение с этим миром — в интересах миллионов ответственных и самостоятельных граждан. Да, «дело ЮКОСа», принятие ограничительных законов, а также ряд судебных процессов создали в стране тяжелую атмосферу. Но в ней действуют партии, у которых есть цель — реформа системы. А у их актива — романтический порыв.

Но есть ли проект?

Бизнес-проект — условие возможного успеха на рынке? Четкий план при умении гибко и эффективно управлять ресурсами и изменениями, в условиях определенности, заданной элитами и центрами управления выбором?

Подход к политике, как к набору инвестиций человеческого и других капиталов в конкурентоспособное предприятие, рентабельность которого может быть высока, в прибыль — выражена в ряде измерений, включая социальное и хозяйственное? Такой мощный социально-политический стартап, имеющий в числе средств и целей ценности и идеалы, изложенные еще в воззвании 9 января 1905 года, дал бы надежду.