Оригинал материала
Дверь Гиренко
Марш против ненависти в Санкт-Петербурге в память об убитом учёном напомнил о том, как и откуда приходит ненависть
Марш против ненависти в Санкт-Петербурге в память об убитом учёном напомнил о том, как и откуда приходит ненависть
Атрибутами минувшего странноватого государственного праздника 4 ноября в Петербурге уже не в первый раз стали два события: «Марш против ненависти» (накануне, 2 ноября) и «Русский марш». И та, и другая акция собирают небольшое число народа. На Марш против ненависти в этом году пришло свыше пяти сотен человек, а о мероприятии под названием «Русский марш» и говорить серьезно не приходится – хотя бы потому, что в среде «русскомаршистов» до сих пор толком не выяснено, что и кого понимать под словом «русский».
| | | --- | | 
19 июня 2004 года в своей квартире был убит ученый и правозащитник Николай Гиренко. Он был известен как этнограф, как депутат последнего Ленсовета, как признанный эксперт по вопросам межнациональных отношений.
Застрелен он был через хлипкую дверь квартиры (потом долго удивлялись – почему он не поставил себе металлическую – многим сложно было себе представить, что ученый жил на весьма скромные средства и просто не видел надобности в защите от каких-либо грабителей).
Летом 2006 года сотрудниками уголовного розыска была задержана группа, получившая впоследствии название «группа Боровикова», которой было инкриминировано убийство ученого, совершенное из националистических соображений. В память о Гиренко, в дату его рождения, и стали проводить «Марши против ненависти».
Кабинетный ученый до мозга костей, волею судьбы он оказался на переднем крае страшной войны, которая то ужесточается, то тлеет вяловатым огнем, но ни на день не прекращается в России. Он занимался экспертизами текстов националистических изданий, что помогало доказывать на следствии и в суде факт разжигания национальной розни издателями и авторами.
Участники Марша собрались на площадке у станции метро «Спортивная» и прошли маршем по проспекту Добролюбова, Биржевому мосту, стрелке Васильевского острова, Университетской набережной и Менделеевской линии, а на площади Академика Сахарова провели часовой митинг.
О непрерывности националистической войны в очередной раз напомнили в том числе появившиеся в ночь перед маршем надписи на стене одного из домов по проспекту Добролюбова – по маршруту следования сопровождавшейся ОМОНом колонны: «Гиренко - 1», «Анти-антифа», «Толерантность – удел рабов» и другие.
Схватки между «фа» и «антифа» в Петербурге давно стали бытовым явлением, многие уже рассматривают их в качестве некой игры в «казаки-разбойники», однако и среди “казаков», и среди «разбойников» уже были кровь и увечья. Раздаются и голоса, увещевающие молодежь и предостерегающие с другой стороны: «Это разводка, власти выгодно, чтобы вы били друг друга, не там врагов ищете, главные враги сидят в Кремле».
Идея Марша – уважение к каждой единственной и неповторимой человеческой жизни, какого бы цвета кожи, политических взглядов, социального статуса, сексуальной ориентации, с регистрацией в какой стране и в каком городе ни был бы человек. Ненасилие, противодействие злу мирными средствами.
Однако радикальные антифа присутствуют на Маршах. Как объясняет тот же Винников, есть надежда убедить эти горячие головы в необходимости и силе именно ненасильственных методов. «Молодой гвардии «Единой России» уже в прошлом году было отказано в участии – это связано с тем, что они поддержали дикую акцию своих владивостокских коллег, которые поставили к стенке портреты Егора Гайдара, премьер-министра Эстонии Андрюса Ансипа и Ксюши Собчак и расстреляли их из пейнтбольных ружей. Люди, осуществляющие такие, пусть и символические действия, не могут участвовать в мероприятии, которое направлено именно ПРОТИВ НЕНАВИСТИ, считают организаторы акции.
| | | --- | | 
Рядом со сценой «Молодёжное Яблоко» установило транспарант с изображением известных людей: Светланы Хоркиной, Барака Обамы, Виктора Цоя, Вахтанга Кикабидзе, Элтона Джона, Марата Башарова и Анатолия Тимощука. Рядом с фотографиями были зачёркнутые подписи, к которым в современном российском обществе часто проявляется ненависть: Под ними были сделаны подписи: Тимощук — украинец, Башаров — мусульманин, Джон — гей, Кикабидзе — грузин, Цой — кореец, Обама — чернокожий, Хоркина — единоросска. Под зачёркнутыми подписями были даны другие определения, именно по которым любят и уважают этих людей: Тимощук — футболист, Башаров — актёр, Джон — музыкант, Кикабидзе — актёр, Цой — певец, Обама — будущий президент, Хоркина — спортсменка.
Участники Марша распространили обращение, в котором сказано: «За годы, прошедшие со дня смерти Гиренко, число жертв неонацистов стало исчисляться сотнями, но оправдательные и мягкие приговоры убийцам часто вызывали не удовлетворение торжеством правосудия, а тягостное недоумение. Отсутствие решительных мер по разгрому фашистских организаций провоцирует самостоятельные попытки молодежи дать отпор громилам и убийцам, но зачастую такая инициатива преследуется суровее, чем преступления нацистов.
Показная толерантность властей не помешала антигрузинской и антимигрантской истерии, каждая из которых сопровождалась не только шовинистической пропагандой со стороны государственных СМИ, но и депортациями и дискриминацией при приеме на работу».
Авторы обращения заявляют, что «дрейф России в сторону авторитаризма проявляется в попытках внести в школьный учебник истории оправдание массовых репрессий как эффективного «государственного менеджмента», в призывах к депортации из страны всех «либералов–западников».
Прогосударственные СМИ постарались приуменьшить число участников Марша. Да, конечно, он не стал многотысячной демонстрацией, но это все-таки было не 100 и не 200 человек. И со свойственной определенной публике нелогичностью тут же стали рисовать в самых черных красках и организаторов, и участников, и того человека, в память о котором акция проходит уже в пятый раз.
Но самое печальное – другое.
Сейчас в общественную жизнь активно входят люди, для которых политические фигуры конца 1980-х - начала 1990-х есть нечто полузнакомое и уже из далекого прошлого. Информационный разрыв между поколениями при этом чудовищен – тут постарались и пропагандисты Кремля, и того же Смольного, да и, что греха таить, демократы первой волны тоже не работали с людьми по принципу «от двери к двери». А к тому же подоспели новые жесткие реалии политической жизни…
Те, кому до тридцати, самостоятельно выстраивают свое видение того, «что же будет с Родиной и нами». И часто в вину покойному Гиренко и его сподвижникам вменяют то, что они стояли у истоков того, что в нынешней государственной терминологии именуется «борьбой с экстремизмом», а мы знаем, что под это понятие - «экстремизм» - у правоохранителей нынче попадают и неугодные властям высказывания - с трибуны или в личных блогах, и Марши несогласных (скоро как раз годовщина разгона манифестантов на Дворцовой с сотнями задержанных и десятками избитых).
…Николай Михайлович Гиренко был не просто кабинетным ученым. Он провел годы в экспедициях. В том числе и среди полудиких племен в глубине Африки. Он умел прекрасно разбираться в их фантастических представлениях о мироздании, в устройстве их общественной жизни, в обрядах и заклинаниях, в табу, в магических формулах. Он умел жить среди этих людей, понимая формальные и нравственные законы, по которым они живут.
Но его опыта этнографа оказалось, видимо, недостаточно, чтобы постичь мысли и действия странного племени, непостижимым образом оказавшегося у руля в России. У которого просто НЕТ нравственных законов. Которое умеет вкладывать в слова те значения, которые позволяют ему затем расправляться с инакомыслящими. Когда «борьба с экстремизмом» оборачивается несправедливыми судебными преследованиями, когда высокооплаченные «концепции по развитию толерантности» соседствуют с неприкрытой пропагандой ненависти ко всему чужому, будь то Америка, Грузия, Израиль или даже те из «дорогих россиян», которые в своих регионах не желают сверять каждый свой вдох и выдох с указаниями из Кремля.
Слишком изощренным и хитрым оказалось это племя. И эскалация любой ненависти – ему только на пользу. Ненависть – это его оружие и провиант, которые берутся у нас же в качестве трофеев. Нельзя поставлять оружие и провиант тем, кто уничтожает нас.
Светлана ГАВРИЛИНА,
Санкт-Петербург, специально для «Псковской губернии»