ОДИНОЧКИ

СУД ДА ДЕЛО

В объявленной войне государства против НПО уже есть первые жертвы. Правозащитники-одиночки — самая уязвимая группа в этой борьбе. Пока власти усердствуют, пытаясь «сформулировать правила игры для представителей гражданского сектора»,...

В объявленной войне государства против НПО уже есть первые жертвы. Правозащитники-одиночки — самая уязвимая группа в этой борьбе. Пока власти усердствуют, пытаясь «сформулировать правила игры для представителей гражданского сектора», гонения начались. Региональные государственные чиновники сигнал сверху восприняли буквально. Они давно были наготове. Слаженная работа по дезактивации докучливых правозащитников идет с негласного разрешения государства и сопровождается молчанием плохо информированного большинства. Государственная власть отрабатывает механизмы давления с борцов-одиночек.

ДЕЛО НИКОЛАЯ ГУСАКА

гражданского активиста из Башкирии, который много лет писал жалобы на разных чиновников и довел их до суда

Девять лет назад Николая Гусака уволили с «Туймазыхиммаша», затем с Серафимовского завода нефтеавтоматики. Он счел увольнения необоснованными и подал на предприятия в суд. За это время Гусак сумел отсудить более 270 тысяч рублей. По одному из последних судебных решений Гусаку было присуждено 750 тысяч рублей. Занимаясь своим делом, житель Башкирии поднаторел в правовых вопросах и решил стать правозащитником. С 2001 года Николай Гусак безвозмездно помогает жителям города готовить различные заявления в суд. За пять лет Гусак лично успел подать жалобы на действия сотрудников ГАИ, милиции, прокуратуры, на администрацию города Туймазы и Туймазинского района… Он обжаловал различные судебные решения в вышестоящие инстанции. Направил восемь жалоб в Европейский суд по правам человека.

Правозащитник Николай Гусак настолько надоел местным властям своей активностью, что председатель местного суда Кальметьев пригрозил ему расправой. Николай воспринял угрозу буквально и написал заявление в УФСБ.

Из заявления Николая Гусака:

«Кальметьев сказал мне (24.03.05 г.), что милиция только и ждет, чтоб я с кем-нибудь подрался или что-нибудь нарушил, тогда уж точно они засадят меня в подвал (то есть изолятор временного содержания). Также следует побеспокоиться о судьбе моего сына, так как кражей детей никого не удивишь. Потом последовали рассуждения о личности генерального директора ОАО «Туймазыхиммаш» (ответчика по искам Гусака. — Ред.) Шарипова А.А. как о личности, способной на все, и что химмашевцы со мною могут сделать все что угодно… в г. Туймазы очень много нелегального оружия, и в случае надобности в город могут приехать киллеры…».

УФСБ отправило его заявление в прокуратуру, а оттуда бумагу «спустили по инстанции». Кальметьев жалобу Гусака в спецслужбу воспринял как начало войны и пошел в контратаку. За два месяца на Николая Гусака было заведено более 20 уголовных дел. Его несколько раз привлекали к административной ответственности, арестовывали на 15 суток. Председатель районного суда обвинил Гусака в подготовке взрывов зданий судов, прокуратуры и милиции.

31 января 2006 года в мировом суде города Туймазы Республики Башкортостан начался очередной судебный процесс над Николаем Гусаком. Его обвиняли в оскорблении членов территориальной избирательной комиссии города.

2 февраля 2006 года мировой суд г. Туймазы вынес приговор по делу правозащитника Николая Гусака. Суд признал Гусака виновным в оскорблении членов территориальной избирательной комиссии и приговорил его к наказанию в виде 6 месяцев исправительных работ с удержанием 10 процентов в доход государству и взысканием морального вреда в размере 24 тыс. рублей троим обвинителям.

Дело Николая Гусака находится в совместном производстве регионального координатора Комитета против пыток в Республике Башкортостан Владислава Садыкова и фонда «Общественный вердикт».

КОММЕНТАРИЙ АДВОКАТА

Константин ГОРОБЕЦ представляет интересы Николая ГУСАКА:

— Дело против Гусака было хорошо организовано и спланировано. Началось оно в августе 2005 года. Поводом для заявления стали события 26 июня, в день выборов, когда Николай Гусак оскорбил членов избирательной комиссии. В заявлении потерпевших было написано, что он ворвался в территориально-избирательную комиссию, угрожал и ругался. Хотя Гусак вообще не приходил в избирком в означенное время. Потерпевшие — Фирсова, Хузятова и Ибрагимова. Неизвестно откуда появились новые свидетели — милиционер, который сидел на охране, видел Гусака один раз, когда тот выходил из здания, и работница отдела кадров, которая якобы столкнулась с ним, когда он выбегал из зала в очень взбешенном виде. Показания свидетелей противоречат показаниям потерпевших. Налицо наговор на Гусака. Это дело явно заказное…

ДЕЛО СТАНИСЛАВА ДМИТРИЕВСКОГО

журналиста и правозащитника, который в июле 2004 года опубликовал в своей газете «Правозащита» обращения Аслана Масхадова и Ахмеда Закаева к российскому народу и Европарламенту и был осужден Советским судом Нижнего Новгорода

С января прошлого года «Новая» следит за судебным процессом вокруг исполнительного директора НПО «Общество российско-чеченской дружбы» (ОРЧД – известная правозащитная организация, распространяющая ежедневные новостные сообщения о ситуации с правами человека в Чечне. — Ред.). и редактора газеты «Правозащита» Станислава Дмитриевского (см. № 5, № 7, № 66, № 69 и № 87 «Новой» за 2005 год).

Напомним, что в январе 2005 года сотрудники ФСБ усмотрели в публикации «Правозащиты» призывы к насильственному изменению конституционного строя и возбудили уголовное дело по статье 280 УК РФ против редактора газеты.

Обстоятельства дела. Перед президентскими выборами в марте 2004 года на чеченском сайте появилось обращение Ахмеда Закаева и Аслана Масхадова к гражданам России, в котором жесткой критике подвергалась политика президента Путина. В июле «Обращение…» опубликовал Дмитриевский.

В течение 2005 года вокруг ОРЧД было возбуждено четыре уголовных дела. Дважды его сотрудникам угрожали расправой, неизвестные напали на Дмитриевского и проникли в его квартиру.

15 августа инспекция ФНС по Нижегородскому району Нижнего Новгорода вынесла решение о привлечении ОРЧД к ответственности за совершение налогового правонарушения.

2 сентября прокуратура Нижегородской области предъявила Станиславу Дмитриевскому обвинение в совершении преступления, предусмотренного п. «б» ч. 2 ст. 282 УК РФ — разжигание национальной ненависти и вражды. Прокуратура области требовала Дмитриевскому наказания в виде 4 лет лишения свободы с отбыванием в колонии общего режима.

3 февраля суд Советского района Нижнего Новгорода приговорил главного редактора к 2 годам лишения свободы условно с испытательным сроком 4 года (см. статью «Новой» «Стол политических заказов» в № 8 за 2006 год).

Следствию удалось доказать его вину единственным аргументом: лингвистической экспертизой опубликованных текстов, выполненной филологом Ларисой Тесленко.

Из синтезирующей части экспертизы:

«Проведенное исследование позволило сделать следующие выводы:

Коммуникативное намерение Закаева заключается в требовании, обращенном к россиянам, проголосовать против Путина.

Имеются высказывания в утвердительной форме: трагедия на Дубровке и война в Чечне выгодны Владимиру Путину; прекращение войны и заключение соглашения о мире с руководством ЧРИ означает для В. Путина потерю власти; до тех пор пока В. Путин руководит государством, в Чечне и в России будет литься кровь.

В тексте «Обращения…» имеется высказывание, направленное на возбуждение расовой, национальной и социальной розни, связанной с насилием <…>».

В деле Дмитриевского все поставлено с ног на голову. Человек, призывавший к миру и взаимопониманию, осужден за разжигание межнациональной розни. Правозащитник Станислав Дмитриевский слишком широко трактовал понятие демократии. Такие взгляды на политику не совпадают с мнением заинтересованной в войне стороны. Власть дает это понять.

Анна ШАМБУРОВА

ДОСЛОВНО

Выдержки из речи Станислава Дмитриевского, произнесенной им в зале суда 3 февраля 2006 года

Ваша честь! Когда, знакомясь с материалами дела в стенах прокуратуры, я читал всю эту, мягко говоря, белиберду, мне хотелось ущипнуть себя за ухо. Мне показалось, что за окном у нас не 2005-й, а 1937 год, за столом напротив сидит не тихий следователь Кирюков, а Берия в паре с Вышинским, и на стене висит портрет гениального вождя всех времен и народов. <…> Какие только не известные мне ранее подробности собственной биографии я не узнал за это время! Утверждения о том, что меня финансируют боевики, сменялись уверениями, что, напротив, я финансирую боевиков, а телекомпания «Волга» демонстрировала мою фотографию то на фоне кружащихся, как осенние листья, долларов, то на фоне отрезаемых бандитами солдатских голов. Одно агентство дописалось даже до предположения о том, что я, возможно, финансировал захват Ингушетии боевиками в ночь с 21-го на 22 февраля 2004 года! Вся эта чушь приводилась с неизменными ссылками на «информированные источники в правоохранительных органах», иногда на экране мелькали затемненные профили людей, представленных «сотрудниками ФСБ». <…> И вот я все задаю себе вопрос: с каких же заоблачных высот поступило указание, чтобы, задрав штаны, на борьбу с нами бросилась вся эта королевская рать — областная прокуратура со своим отделом по особо важным делам, УФСБ по Нижегородской области также с аналогичным отделом, собственным оперативным сопровождением и своими чеченскими коллегами, налоговая инспекция с инкассовыми ордерами, Министерство юстиции с регистрационным управлением, наконец, неуловимая шпана с ведрами клея и пачками листовок? И еще — вот эта массовка из представителей «возмущенной советской общественности». Ну и шлейф подтявкивающих всем им телекомпаний и газет. Кто обладает таким могуществом, что может двигать, как пешками, всеми этими министерствами, ведомствами, спецслужбами, группами и группировками с одной лишь целью — заткнуть нам рот? Кому мы помешали? <…> Тем, кто, поощряя военные преступления, взращивает терроризм, а потом необходимостью борьбы с этим терроризмом оправдывает сворачивание демократических реформ и возвращение нашей страны в стойло холопства и несвободы.