АПАТИЧНЫЙ ПРОЦЕСС

СУД ДА ДЕЛО

На очередном процессе прокурор снова читал. На этот раз, чтобы доказать виновность подозреваемых, в ход пустили даже статьи из зарубежной прессы. И вот что удивительно: ранее Генпрокуратура никогда не отличалась особой внимательностью к...

На очередном процессе прокурор снова читал. На этот раз, чтобы доказать виновность подозреваемых, в ход пустили даже статьи из зарубежной прессы. И вот что удивительно: ранее Генпрокуратура никогда не отличалась особой внимательностью к своим, а тем более зарубежным газетам. Когда речь в них шла об отмывании российских миллиардов, прокуроры всегда делали вид, что публикации несерьезны, а тут в деле «ЮКОСа» их словно подменили.

В понедельник подсудимый Лебедев заявил: прокурор «злоупотребляет доверием суда», читая документы, не имеющие отношения к делу, или бумаги, которые вовсе документами не являются, что «ведет к неоправданному затягиванию» процесса.

Прокурор Дмитрий Шохин улыбался. Потом судья Ирина Колесникова кивнула ему: продолжайте. И Шохин, поблагодарив суд, принялся читать статью, опубликованную в 1997 году в Le Temps. Ходорковский заявил, что в статье допущены неточности: например, речь идет о выпуске «ЮКОСом» акций в 1997 году, а на самом деле компания осуществляла эмиссию в 1996-м и 2003 годах.

Покончив с прессой, прокурор переключился на «темное налоговое прошлое» и предъявил суду распечатку закона «Об упрощенной системе налогообложения, учета и отчетности для субъектов малого предпринимательства», выписки из Гражданского кодекса и бланк заявления на выдачу патента индивидуального предпринимателя. Генпрокуратура утверждает, что Ходорковский с целью уклонения от налогов зарегистрировался как частный предприниматель.

Далее Дмитрий Шохин огласил договоры о предоставлении руководителями «ЮКОСа» консультационной помощи иностранным фирмам. Очевидно, прокурор имел в виду, что предосудительно «обладать познаниями в области банковского регулирования и экономическо-финансовой ситуации». Генрих Падва отметил, что эти договоры никем не подписаны.

Лебедев, улыбаясь, рассматривал фотоальбом. Ходорковский сосредоточенно писал что-то в синей ученической тетради. Один из журналистов рисовал в блокноте текучий циферблат наподобие тех, что изображал Сальвадор Дали (в Мещанском суде время и впрямь напоминает желе). Защита периодически поднимала голос: «Этот документ не датирован», «Эта подпись не принадлежит Ходорковскому», «Этот документ уже был оглашен стороной обвинения».

Дмитрий Шохин извлек документ о предполагаемой покупке «ЮКОСом» самолета. В письме содержалась инструкция о том, как его выгоднее использовать с точки зрения таможенного законодательства. Рассуждения гособвинителя об отличиях международного авиарейса от внутреннего вызвали смех в зале. Даже судьи не могли сдержаться, но прокурор был неумолим. Остаток дня он посвятил разбору ежедневника, изъятого у Лебедева.

Вторник, 3 августа: прокурор Шохин продолжил читать вслух ежедневник Лебедева, чем развлекал присутствующих до обеда. Гособвинитель описывал «квадратик, в котором написано «ЮКОС», от квадратика идет стрелка к слову «партнер», а от него стрелочка идет…». Еще в ежедневнике нашлось обилие записей наподобие: «Фонды и трасты», «Договориться о встрече». Всем, в том числе судьям, было интересно, но прокурор не утруждал себя пояснениями.

Потом Дмитрий Шохин вернулся к «Апатиту» и огласил экспертное заключение, изготовленное по заказу Генпрокуратуры. Согласно выводам «Русской оценки», «не представляется возможным» сказать, сколько стоил «Апатит» десять лет назад, а на сегодняшний день комбинат оценивается примерно в 62 миллиона долларов. Адвокаты пообещали скоро представить данные, сильно отличающиеся от прокурорских. Далее гособвинитель рассказал о технологическом цикле при производстве апатитового концентрата и о количестве апатитовой руды, добытой в нашей стране в последнее десятилетие…

С этим тяжелым знанием собравшиеся, чуть не впавшие в апатию от прокурорской речи, разошлись по домам.