Сколько стоит российский суд?

О цене переезда в Питер

Петербург превращается в «судебную столицу России» — после объявленного Владимиром Путиным переезда на берега Невы Верховного и Высшего арбитражного судов и Судебного департамента ВС вслед за Конституционным судом. Однако представляется, что переезд судов доставит массу неприятностей.

Петербург превращается в «судебную столицу России» — после объявленного Владимиром Путиным переезда на берега Невы Верховного и Высшего арбитражного судов и Судебного департамента ВС вслед за Конституционным судом. Однако представляется, что переезд судов доставит массу неприятностей.

Он дезорганизует их работу как минимум на пару лет, заставит заново набирать часть аппарата, приведет к новым многочисленным путешествиям правительственных чиновников (присутствие которых необходимо при рассмотрении дел в ВС и ВАС) и сделает дефицитными билеты на поезд «Сапсан». При этом аргументы о «повышении статуса Петербурга» или «повышении независимости судов» (звучавшие и при переезде Конституционного суда) вызывают только усмешку. Статус Северной столицы никак не зависит от наличия федеральных ведомств, что же касается независимости — если бы она определялась географической отдаленностью от Москвы, было бы не жаль отправить высшие суды хоть на Камчатку.

Впрочем, проблема переезда имеет и другое важнейшее измерение — экономическое.

«Мы рассчитываем, что сможем уложиться в цифру 50 миллиардов рублей», — оценивает стоимость переезда управделами президента Владимир Кожин. Позволим себе не разделить этот оптимизм.

«Офисы и служебное жилье для судей высших судов, которых планируют перевести в Петербург, будут построены на месте комплекса «Набережная Европы», — заявляет Кожин. То есть напротив стрелки Васильевского острова, на участке между Биржевым и Тучковым мостами через Малую Неву, на месте, где ранее находился ГИПХ — Государственный институт прикладной химии. Именно здесь, в соответствии с условиями инвестиционного контракта ООО «Петербург Сити» (ныне принадлежащее компании «ВТБ-Девелопмент») собиралось строить «многофункциональный комплекс» — элитное жилье, офисы и прочее.

За право «освоить» одно из лучших мест в Петербурге инвестор обязывался за свой счет построить для ГИПХа новые здания и реконструировать существующие (расположенные в Ленинградской области), перевезти ГИПХ на новое место и обеспечить его нормальную работу. Далее — провести расчистку и рекультивацию загрязненной территории (на территории института хранились радиоактивные отходы). И, наконец, инвестор обязался построить в квартале «Набережная Европы» Дворец танца Бориса Эйфмана (площадью не менее 15 тысяч квадратных метров), а также приобрести за свой счет или построить «жилые помещения площадью не менее 10 тыс. кв. метров в Санкт-Петербурге для нужд ФСБ России».

Последнее условие (ставшее публично известным только в этом году — когда вопросами «Набережной Европы» занялись депутаты питерского Законодательного собрания), мягко говоря, сомнительно: сотрудники ФСБ вряд ли являются самыми социально незащищенными. Но оно уже выполнено: жилье куплено и передано чекистам.

Общую сумму своих расходов по контракту «ВТБ-Девелопмент» (возглавляемый Сергеем Матвиенко — сыном спикера Совета Федерации и экс-губернатора Петербурга) оценивает в 15 млрд рублей.

Эти расходы Владимир Кожин уже обещал компенсировать — и можно не сомневаться, что обещание выполнит.

Теперь — о том, что несет за собой собственно переезд.

Верховный суд РФ — это 125 судей и 1000 работников аппарата. Высший арбитражный суд — это 90 судей и 418 работников аппарата. Судебный департамент при ВС — это 492 работника центрального аппарата в Москве. Итого — 2125 человек, из которых 215 судей. У большинства есть семьи и дети. Всех их надо обеспечить жильем — и неплохим. Вот их и поселят в домах, которые построят на «Набережной Европы» (по самым скромным оценкам, только на жилье для всего этого «московского десанта» понадобится десяток миллиардов рублей).

Ну а напротив — на стрелке, в здании Биржи, построенной в 1802 году по проекту Тома де Томона, где находился Военно-морской музей, — появится Дворец правосудия, где высшие суды будут заседать (для текущей работы, как и для судебного департамента, построят здания на «Набережной Европы», потому что в Бирже места немного). Это историческое здание придется перестраивать для размещения судов — что тоже потребует огромных денег.

Понятно, что весь этот синклит надо будет обеспечивать надлежащим комфортом и обслуживанием — и Владимир Кожин заботливо отмечает, что «особое внимание будет уделено социальной составляющей» и что «будет сформирован медицинский комплекс для всех сотрудников судов в Петербурге на базе одной из больниц города». На что, само собой, денег не пожалеют. Как и на транспортное обслуживание, дачи, путевки и прочее, прилагающееся к высокой должности.

Итого: переезд обойдется как минимум в 65 миллиардов рублей. Или в два миллиарда долларов.

Жизнь высших судей страны с видом на стрелку и Ростральные колонны и с минимумом времени, затраченным в пути на работу, — это, спору нет, прекрасно. Но невольно возникает вопрос — зачем все это нужно?

Судам плохо работается в Москве? До сих пор никто не жаловался. У судей и работников аппарата не хватает помещений или жилья? Но куда дешевле решить эти проблемы прямо в столице. В бюджете есть лишние деньги? Сомнительно.

Тогда — зачем? Какая сверхзадача требует таких жертв?

Если исключить гипотезу властного самодурства — остается только одно объяснение. Проект, который стоит десятки миллиардов рублей, сулит фантастические прибыли для коммерческой структуры, которой де-факто является управление делами президента. Нажиться можно дважды: сперва при масштабном строительстве новой недвижимости, а потом при продаже старой (где сейчас работают ВС, ВАС и судебный департамент).