Осень 2008-го. Упитанный владелец прачечной Джонни (Куратола) предлагает двум гопникам (МакНэйри и Мендельсон) обчистить подпольное казино Марки (Лиотта). Пижонский расчет состоит в том, что все подумают на хозяина, пару лет назад ограбившего самого себя. Оскорбленная мафия нанимает киллера Джеки Когана (Питт), который без труда вычисляет налетчиков, но для порядка поручает поколотить Марки – чтобы не расслаблялся. В помощь из Нью-Йорка выписывают легендарного убийцу Мики (Гандольфини) – усталого непросыхающего увальня, совсем не спешащего выполнить заказ.
Прошлый фильм новозеландца Энрю Доминика шел два с половиной часа, примерно столько же могла длиться его новая картина, если бы ее режиссировал классик Скорсезе – фактура располагает. Как и «Как трусливый Роберт Форд убил Джесси Джеймса», «Ограбление казино» - экранизация романа об американском мировоззрении или, что точнее, о населении США как нации – с общей исторической памятью и понятиями о нравственности и справедливости. Удачно рифмуя книгу сорокалетней давности с финансовыми потрясениями конца нулевых, Доминик представляет себе бандитский мир как работающую модель национальной экономики, спасать которую поручено своеобразному «кризисному менеджеру» Джеки. Его кредо – убивать нежно (оригинально название ленты) – контрастирует с непосредственными действиями, исполненными в лучших традициях итальянских хорроров giallo(giallo– желтыми были обложки бульварных журналов с кошмарными историями).
Фильм, по большей части состоящий из затяжных разговоров о принципах ведения бизнеса в США, выглядит особенно полемично по отношению к квазисоциалистической риторике тогдашнего кандидата в президенты Обамы. Провозглашаемое Джеки общество элементарных частиц, где каждый сам по себе, антагонистично не только предвыборной программе будущего главы государства, но и ключевым идеям отцов-основателей о всеобщем равенстве. Завершает ленту брошенная, как купюра на барную стойку, фраза «Америка – это не страна, это бизнес» - индульгенция, выписанная героем Питта самому себе, а заодно и всем неразборчивым в средствах «санитарам леса». «Так победим», - добавил бы Митт Ромни.