Пропущенное искусство

Людмила Петрушевская отметила свой юбилей выставкой

Последние майские дни чрезвычайно плотно заполнены достойными вернисажами. Вчера, например, в выставочном зале Литературного музея в Трубниковском переулке открылась выставка Людмилы Петрушевской «В садах других возможностей». Афиши,...

Последние майские дни чрезвычайно плотно заполнены достойными вернисажами. Вчера, например, в выставочном зале Литературного музея в Трубниковском переулке открылась выставка Людмилы Петрушевской «В садах других возможностей». Афиши, книги, мультфильмы, графические серии «Мания розы», «Танго» и «Песнь натурщицы». Этой экспозицией автор «Трех девушек в голубом», «Своего круга» и множества других произведений отмечает свой недавний юбилей (с которым «Новая» еще раз поздравляет любимого писателя. — С.С.).

Лет семь назад мне довелось посетить одну из первых выставок Людмилы Стефановны в галерее на Неглинной. Уже тогда показалось, что писательские акварельные опыты заслуживают пристального внимания. И сейчас мне по-прежнему кажется, что камерное акварельное творчество Петрушевской, ее владение акварелью в передаче нежных розовых лепестков или фарфоровых личиков кукол из какой-то неведомой, прежней, давно прошедшей жизни достойно зрительского интереса.

Акварель в конце мая вообще популярна. В залах графики старого здания Третьяковки днем раньше открылась выставка с незамысловатым названием «Магия акварели», она подготовлена на основе богатейшей музейной коллекции. И на новой выставке в стенах «Галереи Зураба Церетели» (в прежней жизни — музея Российской академии художеств) встречаются прелюбопытные акварельные листы. Впрочем, более фундаментально здесь представлена все-таки живопись.

Историко-архитектурный и художественный музей «Новый Иерусалим» из подмосковного города Истры привез в столицу дайджест своего уникального собрания. Тоже, кстати, к юбилею. Искусствовед Людмила Денисова вспоминает, как тридцать лет назад все начиналось. В конце брежневских 1970-х в истринский музей пришла на работу группа выпускников столичного университета. Тогда же было принято решение: собирать в первую очередь «пропущенное» искусство. Картины подзабытых художников 1920 — 1940-х годов, а также их последователей (первым был куплен холст малоизвестной Натальи Нестеровой) стоили недорого. А все, что было дешевле пятисот советских рублей, музей приобретал самостоятельно, не спрашивая разрешения у областного минкульта.

Результат — нынешняя превосходная экспозиция, где Александр Шевченко соседствует с Михаилом Соколовым, Александр Волков — с Робертом Фальком, Владимир Вейсберг — с Андреем Гросицким. Денег на покупки у музея давно нет, да и цены на отечественный модернизм, как теперь классифицируют это искусство, подросли. Однако современные авторы и наследники художников помогают дарами: сказывается музейная репутация.