Операция закрытия

Компания Lobaye Invest, не чуждая Евгению Пригожину, получила в Центральноафриканской Республике лицензии на разведку и разработку месторождений алмазов, золота и других полезных ископаемых. Причем еще в июне, о чем, однако, стало известно совсем недавно. За месяц с небольшим, прошедший после гибели российских граждан в ЦАР, это, пожалуй, единственная содержательная новость из тех, что могли бы помочь в расследовании убийства Орхана Джемаля, Кирилла Радченко и Александра Расторгуева. Все прочие проходят по разряду косвенных улик.

В частности, нашумевшая публикация скриншотов из переписки убитых журналистов с координаторами их командировки. Слив, рассчитанный на дискредитацию Михаила Ходорковского и его сотрудников, в конечном итоге повредил самому кремлевскому повару, если ему может еще что-нибудь повредить. Поскольку вопрос о том, как "пригожинским" удалось добыть переписку в закрытом чате Телеграма, гораздо важнее прочих, связанных с организацией поездки в ЦАР.

Одно дело, если труженики РИА ФАН получили эту переписку от тех российских структур, которым по службе положено взламывать и читать чужие письма. Другое дело, ежели цепочка замыкается на убийцах, которые передали похищенные у журналистов вещи тем, кто позже провел громкую спецоперацию прикрытия. Спецоперация до некоторой степени удалась: главный редактор ЦУРа уволился, а Ходорковский прекратил финансирование проекта. Но последствия ее для ЧВК "Вагнер" в широком смысле будут, вероятно, куда более неприятными, чем даже для МБХ.

Что же касается версий общего характера, не основанных на безусловных фактах, то вполне правдоподобной представляется такая. По меньшей мере с того момента, как журналисты, готовясь к поездке, намеренно вышли на Кирилла Романовского, корреспондента РИА ФАН, российские спецслужбы знали о ней - и этот ход ни Джемалю, ни Расторгуеву, ни Радченко не казался ошибочным. Напротив, возможность заранее установить контакт с людьми, о которых они намеревались снимать фильм, сулила шансы на успех. В рамках затеянной игры предполагалось, что российская сторона в ЦАР покажет им то, что захочет показать, но последнее слово останется за репортерами. За теми, кто собирает материал задолго до того, как отправляется в путь, и пишет закадровый текст. Да и на камеру они, профессионалы, способны ведь фиксировать не только то, что им позволяют увидеть.

В этом смысле корреспондент Романовский, в качестве смотрящего от Пригожина, был весьма полезен. Благодаря ему объект расследования, то есть господа наемники и их начальство, должен был сохранять уверенность в том, что "команда Ходорковского" у него под контролем. Заодно, как это наверное виделось журналистам, уменьшался риск столкновения с местными властями или их оппонентами на территориях, управляемых боевиками, с которыми у Кремля тоже сложились неплохие отношения. И если на минуту забыть, чем все кончилось, план следует признать довольно разумным. В конце концов утаить от всеслышащих ушей то, что задумывалось в Москве и в Лондоне, было вряд ли возможно, а так - имелась надежда на благоприятный исход.

О том, когда и почему все пошло вкось, пока остается лишь гадать.

Не исключено, что с самого начала, потому как желание раз и навсегда отбить у журналистов охоту заниматься подразделениями невидимых войск Минобороны РФ могло возобладать над более сложными схемами противодействия расследованиям. Заодно и с Ходорковским поквитались. Тогда получается, что и "фиксера" Мартина, чью фамилию Кирилл Романовский до сих пор не в состоянии вспомнить, никакого никогда не было, и ребят просто заманили в ловушку, чтобы хладнокровно убить.

Однако допустимо и другое объяснение. Окончательное решение в Москве принималось не сразу, но в ходе консультаций - с посольскими, с вагнеровцами и с официальными лицами в ЦАР, которые уже подписали, но еще не обнародовали взаимовыгодное соглашение с компанией Lobaye Invest. Когда же договоренности, покуда секретные, насчет алмазов и золота были достигнуты и возникли опасения, что любой несогласованный документальный фильм, посвященный нерушимой дружбе российского и центральноафриканского народов, пользы этим народам не принесет, - тогда и пропал таинственный Мартин, и водитель по имени Бьенвеню повез своих пассажиров туда, где ему одному гарантировали жизнь.

Остается лишь гадать и о том, будет ли когда-либо расследовано дело об убийстве Орхана Джемаля, Кирилла Радченко и Александра Расторгуева. Ясно, впрочем, что еще одна недавняя новость - о возвращении из ЦАР сотрудников российского СК, которые там изучали телефоны и ноутбуки погибших, - это из той же оперы, что и "разоблачительная" публикация РИА ФАН. Это тихая имитация расследования с целью избежать долгого и обстоятельного разговора о том, что мы забыли на Украине, в Сирии, в ЦАР и некоторых других странах, где легендарный повар ведет свои необъявленные войны. До того засекреченные, что о них знает целый свет, и настолько беззаконные, что людей, наших соотечественников, пожелавших более или менее подробно рассказать нам об этих войнах, расстреляли на месте.