Накося прикуси

Строгие российские законы, смягчаемые, если повезет, необязательностью их исполнения, обычно проходят на современном этапе три стадии. Сперва это некий вброс, шокирующий публику, ибо в законопроекте прописываются жесточайшие кары ни за что. Чуть позже, когда встревоженная общественность, включая даже отдельных высокопоставленных чиновников, начинает протестовать, законодатели вдруг ненадолго затихают. Они как бы отползают назад со своими предложениями понапрасну прессовать соотечественников. А потом, когда все выговорятся, наступает финальная, третья стадия законотворчества. Окончательно согласованные на самом верху, где они, собственно, и зародились, свежие юридические нормы обретают силу подписанного президентом закона.

Бывает, окончательно согласованные поправки оказываются не так страшны, как их сперва малевали. Случается, на заключительной стадии консультаций предложенные формулировки признаются недостаточно жуткими и подвергаются ужесточению. Но чаще исправления носят гибридный характер, как почти все у нас. Частично законы ухудшаются под вредоносным воздействием гуманистических идей, частично улучшаются в сторону победоносного людоедства.

В этом смысле судьба знаменитых законопроектов сенатора Клишаса и примкнувших к нему депутатов - о "явном неуважении" к начальству в социальных сетях и о фейковых новостях - представляется образцовой.

Сначала о них, вполне стандартных по нынешним временам, но все-таки жутковатых, прошел слух, обозначились контуры грядущих запретов - и люди громко заговорили о Клишасе. Пока еще можно, ведь закон обратной силы вроде не имеет. Причем в ходе дискуссий протестные настроения обнаружились в таких ведомствах, где их давно уже или отродясь не наблюдалось: в правительстве, в Генпрокуратуре, в Роскомнадзоре, в Минкомсвязи.

А после того как на расширенном заседании думского профильного комитета по информационной политике сенатора и его подельников буквально унизили и растоптали, могло показаться, что беда миновала. Почудилось, что Клишаса в несуверенном покуда Рунете еще дозволено будет не уважать. Причем явно, и за распространение информации, которая сенатору не понравится, никто не будет оштрафован и не сядет в тюрьму.

Но прошло немного времени и выяснилось, что решение вообще-то уже принято. Первыми это осознали руководящие и второстепенные товарищи в тех ведомствах, куда несогласных по принципиальным вопросам на работу не берут, и прикусили язык. Скоро подоспели и важные поправки к законопроектам, разнообразного свойства, как водится.

С одной стороны, группа депутатов выступила с инициативой штрафовать за "неуважение" в 20 раз суровей, чем ранее предполагалось. Чтобы прикусившие язык утратили дар речи. С другой стороны, не обошлось и без послаблений. В первоначальной версии законопроекта предусматривалась автоматическая блокировка сайта, на котором была опубликована "общественно значимая" и недостоверная, по мнению контролирующих органов, информация. Теперь не предусматривается. У оступившихся зарегистрированных сетевых СМИ появляется шанс самостоятельно, но, конечно, по-быстрому удалить ложное сообщение. Обидевшие чиновников тоже смогут оперативненько смыть обиду - в течение суток. Кроме того, наказание за фейки не будет распространяться на "традиционные СМИ", что бы это ни значило. Впрочем, легко догадываемся: ни гостелеканалы, ни любимые таблоиды Кремля не пострадают.

В итоге с дискуссиями покончено, а также, хочется верить, с плохими новостями и резкими суждениями о власть имущих. Законопроекты наперегонки несутся к финишной черте, обрастая в пути классифицирующими признаками. Так, фейковые новости разделены на три категории, по мере нарастания преступлений и наказаний. За ложь, повлекшую угрозу причинения вреда жизни или здоровью граждан, а также массового нарушения общественного порядка, у граждан будут отбирать от 30 до 500 тысяч рублей. За создание помех в работе инфраструктуры - от 100 тысяч до миллиона. Новостников - убийц и разбойников - ожидают штрафы от 300 тысяч до полутора миллиона. Повторников, не уважающих государство, заключат в узилище.

А о том, как это все следует понимать, сегодня лучше даже и не спрашивать. Поскольку практика - критерий истины и мы только со временем узнаем, кого российские суды сочтут лжецами-вредителями, кто будет объявлен помехой для инфраструктуры, а кому велят раскошелиться на полтора лимона. Главное, чтобы наполнялась казна и как можно меньше оставалось в России блогеров и редакционных коллективов, способных поднять руку на святое - на тех, кто правит великой страной.

Правда, строгость российских законов, повторим еще раз вслед за классиком, смягчается необязательностью их исполнения, но это, говорю, если повезет. Опыт минувших пяти как минимум лет показывает, что везуха больше не прет и надо учиться сдерживаться, читая официальные фейковые новости, за которые никого не накажут, и наблюдая на телеэкранах и в сети известных ораторов, которым рекомендуется внимать молча. Чтобы невзначай не высказаться.