Неизбежный 2019-й

Год спустя, накануне наступающих традиционных праздников, независимому наблюдателю бывает полезно перечитывать собственные предсказания. Особенно если угадал. Это укрепляет авторитет политолога в глазах широкой читательской аудитории и повышает его самооценку.

За примерами далеко ходить не будем. Вот, допустим, год назад автор этих строк убедительно доказал, что обладает недюжинным даром предвидения. Прогнозы его сбылись с точностью необычайной.

Так, он пророчил, что год 2018-й будет скверным, - и накаркал. Он утверждал, что весной россияне, послушные голосу свыше, выберут себе Путина, - и как в воду глядел. Он предрекал акции протеста и ответные репрессии - все так и вышло. Практически ничего не зная ни про Мишкина, ни про Чепигу, ни про тех разведчиков, которые возили с собой за границу квитанции на оплату такси от общежития ГРУ до Шереметьево, он прорицал неизбежность внешнеполитических провалов. Правда, он еще предупреждал, что вообще-то близорук, и самокритично прибавлял, что будущее видит нечетко. Однако здесь он явно деликатничал и даже на себя наговаривал. Ибо скромность украшает проницательного автора этих строк.

Окрыленный предыдущим успехом, он теперь попробует заглянуть в год 2019-й.

Год будет скверным, да, и это даже не предсказание, но констатация неизбежного. В эпоху холодной войны политические зимы порой длятся десятилетиями, а тут всего-то четыре с половиной года прошло с того дня, как Россия вступила в конфликт с Западом, оккупировав Крым и Донбасс. И нет в среднесрочной перспективе ни одного пункта, по которому конфликтующие стороны могли бы прийти к соглашению. Включая Сирию, из которой Трамп вдруг решил вывести американские войска, объявив, что они там одержали победу. Но это же Трамп: вчера вывел, провозгласив викторию, сегодня ввел, завтра уже бомбит - в этих делах они с уважаемым партнером Владимиром Владимировичем до ужаса схожи меж собой.

Насчет Украины рискну предположить, что на выборах в этой стране победит Юлия Тимошенко, а больше ничего серьезного не произойдет. Разве что при помощи своей агентуры и местных полезных вспыльчивых идиотов Кремль после выборов - вне зависимости от их исхода - попытается спровоцировать Майдан, но сторонников у новой революции найдется немного. Не исключено, что впоследствии они встретятся пару раз - лукаво включенная в российские санкционные списки леди Ю и наш гарант. Но не договорятся ни о чем, поскольку вывозить своих трактористов с Донбасса Путин не пожелает ни при каких условиях, а средств прямого давления на него у Киева нет.

Эти средства имеются у Запада, но будут использоваться с осторожностью, как и прежде. Глобальная блокада РФ, с замораживанием дипломатических отношений, отключением СВИФТа и прочими предвоенными акциями возможна в случае нападения России на Украину и попытки захватить ее целиком, но эту черту Путин вряд ли захочет переходить. Привычный ядерный шантаж Америки и Европы в такой ситуации - штука обоюдоострая, и нет ясных гарантий, что при перерастании холодной войны в горячую он с соотечественниками непременно попадет в рай, а Владимир Владимирович - прагматик.

По той же причине Россия не станет оккупировать Беларусь при живом Лукашенко, но будет пытаться ее обанкротить посредством налогового маневра и медленного экономического удушения. Благо возможности такие есть: батькино экономическое чудо кормится из российской казны. Другой вопрос, куда пойдет Белоруссия после внезапного ухода Александра Григорьевича, он ведь немолод. Это вариант для Москвы соблазнительный - и в смысле мирного присоединения к РФ еще некоторого количества братьев, и в том еще смысле, что у Путина появится шанс избираться и быть избранным в новом Союзном государстве. На два срока как минимум. Так что драгоценное здоровье Лукашенко в новом году станет важнейшим фактором белорусской независимости, а также залогом относительной стабильности в его отношениях с моложавым старшим братом.

Наконец, что касается положения внутри России, то здесь мало что изменится: оно будет медленно и нежно меняться к худшему. Ожидаются бурные дискуссии вокруг очередных запретительных законов, связанных с блокировками сайтов, где граждане позволяют себе невосторженно отзываться о начальстве и социуме, в котором живут, и с отделением российской паутины от мировой. Есть надежда, что данные законопроекты отложат на время, и это будет расцениваться как победа гражданского общества в борьбе с мракобесами. Но потом о них вспомнят и примут в усеченном, вероятно, виде, что на фоне новых арестов, судов и посадок будет выглядеть, как бы сказать, гармонично. В общем, нет оснований опасаться, что в 2019 году Россия совсем уж погрузится на дно и у президента сами собой вырастут пышные грузинские усы или потешные австрийские усики. Однако еще меньше оснований предполагать, что грядущий год станет поворотным в судьбе нашей Родины. Поворотов не предсказываем, а в чудеса верим, но не в этом году.

Верим и в то, что год спустя перечитаем этот текст с чувством глубокого прорицательского удовлетворения. Дескать, все угадано, давайте теперь следующий год подтаскивайте. Хотя втайне уповаем на то, что ни одно из мрачных пророчеств не сбудется и автор этих строк предстанет перед читателями безнадежным и бестолковым пессимистом. Впрочем, читатели его простят, пораженные картинами привольной российской жизни, и поздравят с наступающим, и он, пристыженный, поздравит их тоже. С Новым годом, скажет, с новым счастьем!