Гулаговский резерв

Заключенные ИК-6 "Обухово" на церковной службе. Из этой колонии под Петербургом уже отправили добровольцев в Донбасс. Фото: obuhovo-spb.ru

Российское командование, сталкиваясь с острым дефицитом "пушечного мяса", начало вербовать в армию уголовников. Представители ЧВК "Вагнер" вербуют добровольцев для участия в войне против Украины среди заключенных петербургских колоний. Им обещают 200 тысяч рублей за полгода службы и освобождение от отбытия наказания. А в случае гибели - 5 миллионов рублей семье. Неясно, выплатят ли какое-то пособие в случае тяжелого ранения. Зато предупреждают: "Вы будете идти в авангарде, помогать обнаруживать нацистов, поэтому вернутся далеко не все". И даже - что "почти никто не вернется". На такие кабальные условия в петербургских колониях согласилось около 200 добровольцев. Вербовщики ЧВК появились и в колониях Нижегородской области, Мордовии и Краснодарского края.

Российское руководство с некоторыми вариациями применяет рецепты 80-летней давности. Обратимся к мемуарам маршала Константина Рокоссовского - он вспоминает, как в августе 1942 года, в бытность его командующим Брянским фронтом, "на пополнение прибыла стрелковая бригада, сформированная из людей, осужденных за различные уголовные преступления". "Вчерашние заключенные добровольно вызвались идти на фронт, чтобы ратными делами искупить свою вину, - пишет Рокоссовский. - Правительство поверило чистосердечности их порыва. Так и появилась эта бригада у нас на фронте. Бойцы ее быстро освоились с боевой обстановкой; мы убедились, что им можно доверять серьезные задания. Чаще всего бригаду использовали для разведки боем. Дралась она напористо и заставляла противника раскрывать всю его огневую систему. В бригаде появились отличные снайперы. Как заправские охотники, они часами подкарауливали гитлеровцев и редко выпускали их живыми. "Беспокойная" бригада воевала неплохо. За доблесть в боях с большинства ее бойцов судимость была снята, а у многих появились на груди ордена и медали". Характерно, что и тогда бывших заключенных использовали для выполнения миссий, вроде разведки боем, шансы выжить в которых были минимальны.

Летом и осенью 1941 года Президиум Верховного Совета СССР издал указы о досрочном освобождении некоторых категорий заключенных, осужденных за прогулы, бытовые и незначительные преступления, с передачей лиц призывных возрастов в Красную Армию. Этими указами было освобождено 420 000 человек. Всего же за три года Отечественной войны было передано на укомплектование Красной Армии 975 000 зэков. Они нередко попадали в штрафные батальоны или роты, где могли "смыть свои преступления кровью". Однако освобождению с направлением на фронт не подлежали те, кто был осужден по политическим статьям. Наоборот, с 22 июня 1941 года и вплоть до 1945 года политических заключенных вообще перестали освобождать из лагерей, даже если у них истек срок заключения.

Кроме заключенных исправительно-трудовых лагерей, в армию направляли спецпоселенцев. Постановлением Государственного комитета обороны СССР от 11 апреля 1942 года № 1575 НКВД предписывалось "призвать в армию 500 тысяч человек, годных к строевой службе, из трудпоселенцев". Постановлением № 2100 от 26 июля 1942 года "объявлялся еще один особый призыв" общей численностью также до 500 тысяч человек. Таким образом, на фронте воевало порядка 1 миллиона спецпоселенцев. В отличие от узников ГУЛАГа, их формально не мобилизовывали, а вынуждали идти на фронт в добровольно-принудительном порядке. Делалось это для того, чтобы формально не снимать с них статуса спецпоселенцев и при необходимости иметь возможность вернуть их в места спецпоселений после окончания войны.

Многие из этих людей действительно хотели идти на фронт, видя в этом единственную возможность вырваться со спецпоселения и не имея еще представления о том, что шансы уцелеть на фронте не слишком велики. Спецпоселенцев, как правило, направляли в стрелковые бригады, которые считались добровольческими. Часто таким бригадам присваивали имя Сталина. Несколько бригад, сформированных преимущественно из спецпоселенцев, были объединены в 6-й Сибирский добровольческий стрелковый корпус имени Сталина. В рядах этого корпуса воевал легендарный Александр Матросов, до прихода в армию служивший воспитателем в колонии для малолетних преступников. Эти добровольческие бригады особенно активно использовались на направлениях главных ударов и несли большие потери. Следует отметить, что в составе этих бригад были не только спецпоселенцы, но и мобилизованные и добровольцы из числа вольного населения.

В штрафные части Красной Армии, помимо военнослужащих, совершивших те или иные преступления или проступки (например, банальную "самоволку"), также попадали гражданские лица, находившиеся в заключении или провинившиеся уже в ходе войны, в том числе: лица, отказывавшиеся, в силу своих верований, брать в руки оружие; лица, пособничавшие "вражеской пропаганде"; воры, бандиты, рецидивисты, мошенники, а также работники оборонных предприятий, допустившие халатность. Оценить, сколько именно гражданских лиц из числа заключенных оказалось в штрафных частях, не представляется возможным. Вероятно, их было несколько сотен тысяч. Все они входят в число тех 975 тысяч человек, которые были призваны из ГУЛАГа на фронт.

Таким образом, всего в годы Великой Отечественной войны в рядах Красной Армии воевали около 2 миллионов человек, досрочно освобожденных из лагерей и спецпоселений. Нет данных о том, сколько из них пережили войну. Всего же в Красную Армию, включая армию мирного времени, в годы Великой Отечественной войны было мобилизовано примерно 42-43 миллиона человек, из которых погибло и умерло более 60 процентов. От этого числа заключенные ГУЛАГа и спецпоселенцы составляли около 5 процентов. Наибольшее значение призыв этой категории бойцов имел во второй половине 1942 года, когда из-за огромных потерь пленными и убитыми и утраты значительных территорий за первый год войны Красная Армия столкнулась с острой нехваткой пополнений.