The Washington Post: Джина Хаспел — кандидат на пост директора ЦРУ, который понимает Россию

Перед сенатским комитетом по разведке, который должен утвердить кандидатуру Джины Хаспел на пост директора ЦРУ, стоит сложный выбор: она скомпрометирована причастностью к пыткам боевиков «Аль-Каиды» в секретной тюрьме ЦРУ в Таиланде, которой руководила несколько месяцев в 2002 году, но при этом является лучшим в американской разведке специалистом по России, что особенно важно в ситуации, когда идет расследование российского вмешательства в американские выборы, считает колумнист The Washington Post Дэвид Игнатиус. The Insider предлагает полный перевод статьи.

Аргумент против кандидатуры Джины Хаспел на пост директора ЦРУ прост и в некотором смысле неотразим: Сенат не одобрит кандидата, который хотя бы по касательной причастен к пыткам подозреваемых в связях с «Аль-Каидой» при администрации Джорджа Буша-младшего.

Но есть серьезный контраргумент, и его нужно взвесить сейчас, когда Хаспел готовится к слушаниям в сенатском комитете по разведке, где должна быть утверждена ее кандидатура. В дни, когда США ошеломлены расследованием российских тайных операций влияния на президентскую кампанию 2016 года, Хаспел, возможно, лучше, чем любой другой высокопоставленный разведчик, понимает сущность российской угрозы.

ЦРУ провело свою собственную кампанию влияния в поддержку кандидатуры Хаспел, обнародовав факты, даты и некоторую информацию о ситуациях, в которых ей приходилось действовать, — такие данные агентство обычно придерживает. Из хвалебных заявлений бывших сотрудников агентства ясно, что старики из ЦРУ действительно хотят утверждения Хаспел и боятся возможных альтернативных кандидатур, если ее отвергнут.

Хаспел не похожа на яркого персонажа, сошедшего со страниц шпионского романа. Несколько ее бывших коллег, когда их попросили поделиться какими-то живыми воспоминаниями, историями о ней как о человеке, ничего не смогли ответить. Похоже, с ней не связаны никакие примечательные случаи. Это в некотором роде обнадеживает: сила Хаспел в ее несомненной компетентности, в спокойном, без драматических эффектов подходе к управлению сложными разведывательными операциями. Это не тот человек, который станет кричать, колотить кулаком по столу и грязно ругаться.

Солдаты не выбирают себе офицеров, разведчики тоже. И тот факт, что Хаспел популярна среди сотрудников ЦРУ, интересен, но ничего не определяет. Настоящая проблема в том, как она будет управлять ЦРУ в то время, когда из-за расследования российского вмешательства агентство оказалось в опасной близости к Белому дому, сражающемуся за свое существование. В своих заявлениях о ЦРУ президент Трамп дал понять, что он, чтобы спасти свою шкуру, готов атаковать карьерных разведчиков-профессионалов. Сможет ли Хаспел отражать попытки Белого дома манипулировать ЦРУ?

Самая важная деталь в биографии Хаспел, не считая трех лет работы в Контртеррористическом центре (с 2001 по 2004 год), — это ее опыт, связанный с Россией. На протяжении первых пятнадцати лет своей карьеры она занималась в основном операциями, имевшими отношение к России, начиная с работы в ориентированной на СССР восточноафриканской стране <Эфиопии — The Insider> в 1987 году.

Хотя Хаспел никогда не работала в Москве, ее бывшие коллеги рассказывают, что на нескольких постах ей приходилось проводить операции против российских объектов. В качестве заместителя начальника группы российских операций в Центральноевропейском управлении в 1998–2000 годах она руководила самыми чувствительными операциями, касавшимися России. Они принадлежат к наиболее строго охраняемым секретам ЦРУ, и Хаспел — одна из немногих посвященных. «Она доктор наук, связанных с ФСБ, СВР и ГРУ, — пошутил бывший глава московской резидентуры Дэн Хоффман. — Поэтому у нее такой вес в Лэнгли и среди наших зарубежных партнеров».

Считается также, что Хаспел выстроила прекрасные отношения с британской разведслужбой MI6, когда возглавляла лондонскую резидентуру в 2014–2017 годах. Британия остается незаменимым партнером Америки в операциях против таких сложных объектов, как Россия и Китай.

События, испытавшие способность Хаспел руководить чувствительными операциями, связанными с Россией, в условиях взаимодействия с администрацией Трампа, произошли в марте, после отравления российского перебежчика Сергея Скрипаля в британском Солсбери. В качестве замдиректора ЦРУ Хаспел тесно сотрудничала с MI6, работая над скоординированным ответом, лично информировала Трампа о деле и порекомендовала в наказание выслать 60 российских шпионов. Трамп согласился с ней и пошел на самый жесткий шаг в отношении России за все время с момента его избрания.

Хаспел участвовала и в передаче крайне важных российских досье специальному прокурору Роберту Мюллеру и комитетам по разведке Сената и Палаты представителей. Коллеги рассказывают, что она и директор ЦРУ Майк Помпео, ныне госсекретарь, помогли расследованию, хотя и пытались (не всегда успешно) защитить, по выражению одного из разведчиков, «некоторые невероятно чувствительные материалы».

В среду, когда Хаспел предстанет перед сенатским комитетом по разведке, его членам надо будет ответить на два неотложных вопроса: настолько ли она скомпрометирована причастностью к пыткам, что это помешает ей руководить и повредит моральному авторитету Америки; и как ее опыт специалиста по России поможет ЦРУ справиться с самым деликатным и потенциально взрывоопасным вызовом для администрации Трампа.

Именно этот тяжелый выбор, в любом случае связанный с издержками, делает утверждение Хаспел моральной проблемой.