Ближе и дороже

Административная реформа РПЦ укрепила власть митрополита Евсевия, но изменения продолжаются

Митрополит Евсевий поднял налог для храмов в два раза. Другие архиереи – значительно выше. Фото: Павел Дмитриев / ПГ

Стартовавшая в 2011 году административная реформа РПЦ, разделившая большинство епархий в России, формально приблизила церковных иерархов к народу. Но при этом усиливается и риск бюрократизации – Церковь окончательно превращается в РПЦ.

Реформаторский зуд

О том, что с приходом на патриарший престол митрополита Смоленского и Калининградского Кирилла Гундяева спокойная жизнь для Церкви закончится, говорил тогда ещё не опальный дьякон Андрей Кураев: «Выборы (патриарха. – П.Д.) станут проверкой выборщиков, - заявлял он порталу «Мир религий». - Голосование будет либо за право на спокойную жизнь, то есть «бояре» могут избрать такого мягкого «царя», либо всё-таки наши «церковные бояре» совершат жертвенный поступок, откажутся от возможности спокойной жизни и поймут, что настало время чрезвычайных усилий». Сам митрополит Кирилл при этом перемен не обещал: «Думаю, что ни один из 145 архиереев, которые могут быть кандидатами на патриарший престол, не имеет никакого реформаторского зуда».

Спустя два года – в марте 2011 года – стартовала реформа епархиального устройства РПЦ. Она, по заявлению Священного Синода, «направлена на то, чтобы правящие архиереи были ближе к приходской жизни, к духовенству и народу, лучше видели и понимали проблемы приходской жизни».

«Сама идея разделения епархий – вообще церковная. Так и должно быть, в Греческой церкви так было всегда. Это у нас в Русской православной церкви в связи с безбожием епархии были сначала огромные, - уверен Андрей Таскаев, бывший священник и пресс-секретарь Псковской епархии, а сейчас методист духовно-нравственного направления Псковского городского молодежного центра. - В Архангельской области под владыкой Тихоном почти вся Коми была. Он один на тысячи-тысячи километров. Говорю: владыка, вас в храмах, наверно, годами не видят. Он ответил, что ему даже вертолёт предоставляют, но и с ним невозможно всё объять. У нас в области старые священники на приходах, когда мы туда приезжали, радовались: «Владыка, у нас здесь епископа не было 20 лет». Это разве нормальное явление? Поэтому хорошо, что у нас епархий стало больше, а сейчас и ещё больше становятся. Управление становится ближе к народу и священникам, это важно, огромный плюс».

Разукрупнение епархий могло бы естественным образом децентрализовать церковный аппарат Московского Патриархата (МП): за всеми уследить трудно. Но ошибку «наверху» поняли быстро. 6 октября 2011 года на первой зимней сессии члены Священного Синода РПЦ по синодальному поручению Межсоборного присутствия, созданного при патриархе Кирилле, изучили и утвердили проект «Положения о митрополиях Русской Православной Церкви». На основании принятого документа были образованы митрополии в Мордовии, Приморье, Свердловской, Ростовской, Оренбургской, Рязанской, Саратовской и Иркутской областях, Хабаровском и Красноярском краях. Над новыми епископами теперь стоял «старший собрат», который подчинялся напрямую патриархату. В РПЦ окончательно утвердилась новая формула организации епархиального управления: патриархат – митрополия – епархия.

«Создание митрополий как нового уровня взаимодействия епархий связано с тем, что с мая этого года создаются новые епархии, границы которых не совпадают с границами субъектов РФ. Возникла новая ситуация: на территории одного субъекта Федерации возникает несколько епархий. По понятным причинам сразу же возник вопрос о взаимодействии этих епархий как между собой, так и со светской властью, - объяснял в 2011 году игумен Савва Тутунов, на тот момент секретарь Управления делами Московской патриархии. - Простой пример: как строить отношения с департаментом образования области по вопросам ОПК? Очевидно, что департаменту со стороны Церкви нужен один координатор».

«Цель реформы церковной администрации - укрепление власти на местах, - пояснял «Коммерсанту» президент Гильдии экспертов по религии и праву Роман Лункин. - В большой епархии приходы зачастую живут сами по себе, потому что правящий архиерей не может физически за всем уследить. Образование новых епархий, безусловно, повысит управляемость Церковью, при этом патриарх укрепляет собственную власть, ведь новые иерархи – преданные ему люди».

В Тмутаракань не хочется

Каждой новой епархии нужен свой епископ, большинство из которых тогда уже имели вотчины: Церкви понадобилось около двухсот новых. Количество рукоположений увеличилось на порядок: 11 – в 2010, уже 37 в 2011, 51 в 2012. Всего за семь лет патриаршества Кирилла появилось 183 новых епископа. За 18 лет Алексия II – 150.

«Реформа нужна была и раньше, но, наверно, не дозволялась. Да и кадров не было, чтобы в епископы произвести. Очень надеюсь, что сейчас их не просто для реформы рукополагают, а достойных людей, - говорит Андрей Таскаев. - Мы оцениваем человека по его виду, по поступкам. Но что у него в душе? Туда мы не заглянем. А церковные деятели его исповедуют и знают лучше. Чем руководствуется патриарх, никто не знает. Но мы, конечно, надеемся, что духовными вопросами, а не просто реформой».

Андрей Таскаев, методист духовно-нравственного направления Псковского городского молодежного центра. Фото: личный аккаунт Facebook

«Реформа сразу коснулась тех, кто служит в храмах. По России ситуация, которую я вижу, только ухудшается. Ведь епископы хотят сразу создать для себя новую «администрацию», - утверждает источник «Псковской губернии», работающий в сфере церковных продаж. – Епископ пришёл, священники часто собирают ему деньги на новую машину, здание епархиального управления. Отчисления от храмов, которые платят простые священники, растут. Новая метла по-новому метёт. В Татарстане, Волгоградской области храмы платили по 10 тысяч в месяц епископу, теперь по 50. Налог в среднем по России увеличился в пять раз. Священники почувствовали это на себе. Впрочем, они живут не за чертой бедности: почувствовали, но не критично».

«Да, в новые епархии приезжают молодые архиереи, им хочется властвовать, иметь машину, свиту содержать нужно. Но если они силовыми методами действуют, угрозами деньги забирают у священников, возникает ропот, - рассказывает источник «ПГ» в Великолукской епархии. – Но он быстро прекращается: архиерею «дают по носу» из патриархии, чтобы тот успокоился».

«Патриархия отслеживала финансовые потоки. Священники сейчас много отчётов пишут, если кто-то не согласен, всегда есть епархиальный суд, патриархийный суд, - согласен Андрей Таскаев. - Можно и коллективную жалобу написать, если совсем нехорошие вещи творятся. А налоги и раньше собирались».

Несмотря на уверенность наших собеседников, псковские священники под разными предлогами отказываются говорить о реформе. Показательно, что даже одни из самых авторитетных батюшек Пскова – протоиерей Владимир Попов из храма Николая Чудотворца в Любятово и протоиерей Олег Тэор из воинского храма Александра Невского – не хотят обсуждать тему. Отец Владимир по телефону пояснил, что он «некомпетентен в этом вопросе». Отец Олег сначала повторил известный положительный тезис реформы: «Владыка стал ближе к священникам и людям», - и обещал позвонить митрополиту Евсевию за благословением на интервью. Но позже попросил самостоятельно обратиться в епархию.

Принятый в 2009 году новый устав приходов РПЦ надежно защитил региональных владык от критических стрел в свой адрес. Убитый в 2013 году протоиерей Павел Адельгейм в декабре 2009-го писал, что новый типовой Устав прихода завершил «процесс абсолютизации архиерейской власти в Церкви».

«Прежний Устав называет Приходское собрание «высшим органом управления Прихода». Новый Устав постановил: «Епархиальный архиерей является высшим органом управления Прихода». Архиерей вправе по собственному усмотрению без объяснения мотивов назначать и освобождать: настоятеля храма и членов причта, церковного старосту, председателя Приходского совета. Принимать и исключать членов из состава Приходского собрания», - отмечал священник.

«Владыка в любой момент мог переставить священника и раньше. Если приход возмущался и просил владыку оставить, тот оставлял. Тут нет деспотизма: росчерком пера – и куда-нибудь в Тмутаракань, а священник не согласен – такого нет», - считает Андрей Таскаев. Впрочем, священнослужителей, позволяющих себе любую критику высшей церковной власти, всё же «прессуют» без объяснений. К примеру, лишили должности диакона Андрея Кураева или протоиерея Всеволода Чаплина.

«Священник не должен иметь свое мнение. Он обязан думать, как прикажет архиерей. Однажды благочинный мне сказал: «Вы не согласны с архиереем! Это же безумие! Безумие! Как можно возражать архиерею?» Что им делать? Чтобы не лишиться куска хлеба, они где-то работать должны. А раз они кончали семинарию, академию, куда же им деваться-то? У священника нет другой профессии, куда он пойдет?» - объяснял в апреле 2013 года журналу «Большой город» о. Павел Адельгейм.

«Аппарат новых епископов сейчас хочет сразу аккумулировать все финансовые потоки епархий, - рассуждает собеседник «ПГ», знакомый с общероссийской ситуацией. – Может, это сверху идёт? Но, насколько мне известно, поборов из патриархии нет. Я бы ещё понял, если бы владыки эти средства отправляли в Москву, но этого нет».

«Пока держат»

Патриархия налогами новообразованные епархии действительно не давит. Источник в Великолукской епархии подсчитывает, что раньше Псковская епархия в год отправляла в Москву 600 тысяч рублей. Теперь две новые епархии делят этот налог ровно надвое: по 300 тысяч. Причём эти деньги можно выплачивать в рассрочку на 12 месяцев.

На содержание здания епархиального управления в Великих Луках в 2015 году потрачено 600 тысяч рублей. Фото: Павел Дмитриев / ПГ

В Псковской митрополии общероссийские процессы вообще замедлились. Епархия была разделена одной из последних, причём поначалу речь шла о трёх новых церковных образованиях на территории региона. Но создавать ещё и Гдовскую епархию не стали: слишком уж бедна область. Разделение епархии сопровождалось вопросом: останется ли на кафедре действующий архиерей? 15 мая 2014 года митрополиту Евсевию исполнилось 75 лет. Возраст для глав епархий непростой – 26 пункт 10 главы Устава РПЦ обязывает их известить о его достижении Священный Синод, который на специальном заседании решает их дальнейшую судьбу: оставить в епархии или отправить на покой.

Источники «Псковской губернии» подтверждают, что два года назад за митрополита Евсевия просил лично губернатор региона Андрей Турчак. С точки зрения имиджа православной церкви, митрополит серьёзно рисковал. Война с протоиереем Павлом Адельгеймом негативно сказывалась на репутации всего церковного института. А решение общецерковного суда МП, подписанное в 2010 году лично патриархом Кириллом, «рекомендовать митрополиту Псковскому и Великолукскому Евсевию и протоиерею П. А. Адельгейму, следуя духу Евангельской любви, лично встретиться для взаимного прощения и примирения» выполнено, очевидно, не было. Кроме того, митрополит известен как последовательный противник контактов с католической церковью. С отцом Кшиштофом из псковского католического прихода он ни разу не встречался. Более того, в епархии долгое время действует негласный запрет на общение с ним для всех местных священников.

Для псковских православных это только в радость: католикам в России не доверяли никогда. Но недавняя встреча патриарха и папы римского готовилась долгие годы – вряд ли глава РПЦ в течение двух лет до исторического события благосклонно смотрел на подобные «вольности» северо-западного митрополита. С другой стороны, владыка не допускает публичных комментариев, а тем более критики в адрес патриарха, и о наличии либо отсутствии трений между ними можно только догадываться. Митрополит Евсевий с 2014 года ежегодно сообщает Синоду, что он стал чуть старше. Соответственно, и на покой его могут отправить в любой момент.

«Митрополита Евсевия пока у нас держат, и это хорошо, - считает собеседник «Псковской губернии». – Владыка не назначает больших налогов: поднял всего раза в два. Новый епископ захотел бы здесь всё поменять, отчисления бы ушли на общероссийский уровень. Епархиальный склад у нас пока остаётся. Новый епископ открыл бы магазин и заставил священников покупать всё – даже недешёвую утварь – по своим ценам. В других епархиях это есть».

Способы сбора средств с храмов в Псковской епархии давно отработаны и известны священникам. Кроме обычных отчислений-налогов это обязанность покупать, например, определённое количество свечей на епархиальном складе и специальные ящики для сбора денег «на епархию», которые установлены в храмах. Отличить их от обычных ящиков для пожертвований нельзя – они не подписаны. Источник в епархиальном управлении утверждает, что они приносят от полутора до трёх миллионов рублей в год. Впрочем, расслабляться местным священникам рано: собеседник «ПГ» уверен, что власть в епархии так или иначе поменяется скоро, а новый владыка вряд ли избежит искушения ещё чуть «приподнять» налог и построить церковный магазин.

Монахи в тренде

Несмотря на кризис в Пскове и области продолжают строить храмы. Причём финансовых выгод для епархии (дескать, больше храмов – больше отчислений) здесь искать не стоит. Новые приходы прибыль своим настоятелям не приносят долгие годы.

«У нас есть священник в Пскове, который тянет три храма: один в районе, второй в городе в руинах и третий, который приносит доход – там он и служит. Если от него заберут те два – он только выдохнет. Они же существуют, у них юридический адрес есть, и отчисления должны быть. Но владыка понимает, что они дохода не приносят. И налога, естественно, не ждёт. Батюшка платит только от храма, который реально существует и приносит доход, - рассказывает Андрей Таскаев. - Владыка не может поставить заоблачную цену, батюшка не заплатит. С чего? Храм заложить? Суммой отчислений должны заниматься благочинные (священник-помощник архиерея в части надзора за порядком в определенном округе в составе епархии. – П. Д.), владыка не может знать обо всех храмах. Есть благочинный района, который смотрит и докладывает: «Владыка, этот храм может десять тысяч в месяц принести, этот – двадцать. А этот – две тысячи».

По всей России складывается новый православный тренд: курируют строительство храмов известные и популярные священники, которые и бизнес-знакомства имеют, и доходы со своих приходов могут пустить в дело. Но как только храм построен, его отдают другому батюшке, зачастую монаху. Так проще: они всегда могут воспользоваться послушниками из своих монастырей, чтобы те пели в хоре или выполняли другие работы бесплатно, «за послушание». Да и запрет на продукты животного происхождения и общая привычка к скромному образу жизни поможет священнику-монаху скорее поставить приход на ноги.

Везучие Луки

Великолукской епархии с архиереем откровенно повезло. Епископа Сергия Булатникова перевод на южную кафедру Псковской митрополии застал врасплох: «Скажу прямо, я растерян. Решение о моём переводе в Великолукскую епархию было неожиданным. Переезжать всегда трудно, но всё же я прибыл сюда с большой радостью», - говорил он в Спасо-Казанском Симанском женском монастыре под Островом, где два архиерея впервые отслужили вместе литургию в январе 2015 года. Епископ Сергий всего полтора года провёл в своей первой – Клинцовской и Трубчевской – епархии, расположенной в Брянской области. До этого он с 1995 года возглавлял местный монастырь. Епископ с нуля построил несколько храмов и монастырей, а в предыдущей епархии начал программу «Клинцы-20», в рамках которой при нём успели возвести почти десять новых храмов. В Великих Луках всего четыре церкви, одна из которых находится на третьем этаже здания епархиального управления. Епископ-строитель Москве здесь не помешает. Кроме того, он уже не молод, да и человек не столичный, из-за чего избежал скандалов и проблем с повышением отчислений.

«Наш епископ поступил мудрее многих. Суммы отчислений он обсудил со священниками, вошёл в их положение. Не думаю, что 30 тысяч рублей за 2-3 месяца – большая сумма. Поездите по епархии, сами увидите, что священники хорошо живут», - уверен собеседник «ПГ» в Великолукской епархии.

«Епископ Сергий на юге области развернул бурную деятельность. Раньше владыке туда было не добраться. Он до Великих Лук в год доезжал дважды. А невельские, себежские его раз в два года видели. А теперь владыку чуть ли не каждый месяц в Опочке, Невеле встречают. Люди могут рассказать о священнике, попросить начать строительство храма», - уверен Андрей Таскаев.

«Церковь, вопреки расхожему мнению, бедна», - утверждал епископ Сергий в декабрьском интервью газете «Псковская провинция». И вряд ли лукавил: в здании епархиального управления свет тогда горел лишь в паре комнат: «Экономим», - разводили руками работницы. Всего в 2015 году доход епархии составил 2 миллиона 100 тысяч рублей. 600 тысяч из них, например, потратили на содержание здания епархиального управления, требующего серьёзного ремонта.

«Каждая реформа сначала вызывает негатив, минусы хорошо видны. Но пройдёт время – увидите плюсы, - уверен церковнослужитель Великолукской епархии. - В некоторые храмы архиереи приезжают впервые за 20 лет, в другие – вообще впервые. В них начинают приходить люди, приезд епископа становится катализатором жизни: и молодёжь, и люди среднего возраста подтягиваются в храмы. Для священников это в том числе и финансовая выгода. Но не только: они начинают работать – участвуют в конференциях, читают проповеди».

«Но Церковь из объединяющего института превращается в обычную организацию, где у каждого своя роль, - беспокоится другой наш источник. - Обычных россиян объединяет, например, «Бессмертный полк», а православных даже епископ и родной приход не могут. Может, организовать всероссийский крестный ход? Митрополит Евсевий поставил перед собой цель строить храмы и выполнил её. А новому епископу, который рано или поздно придёт в епархию, что теперь делать?»