«Таня» Алексея Арбузова. Режиссер Александр Пономарев. Российский академический молодежный театр (РАМТ). В роли Тани — Дарья Семенова В сегодняшней Москве есть спрос на советское искусство тридцатых—сороковых годов. Из близких примеров —...

«Таня» Алексея Арбузова. Режиссер Александр Пономарев. Российский академический молодежный театр (РАМТ). В роли Тани — Дарья Семенова

В

сегодняшней Москве есть спрос на советское искусство тридцатых—сороковых годов. Из близких примеров — под боком у РАМТа, в Большом театре, возрождают балет Дмитрия Шостаковича «Светлый ручей» 1935 года; антикварный салон рапортует о невиданном спросе на искусство времен бабушкиной молодости.

В мейнстрим режиссер Александр Пономарев попадает впервые, так как до последнего времени числился авангардистом, театральным экспериментатором и специалистом по обэриутам. Имея соответствующий нюх, материал для абстрактного искусства он нашел и в советской драматургии 30-х годов. Пьеса «Таня» Алексея Арбузова была написана в двух редакциях: в 1938-м и переписана в 1947-м, когда светлый романтизм великих строек несколько поутих. Пономареву больше пришлась по душе версия 1938 года.

Нежная избалованная девочка с Арбата (Дарья Семенова) полюбила геолога-строителя Германа (Илья Исаев), бросила ради него медицинский институт, вышла замуж, села дома за мужнины чертежи, забыла себя — муж нос и отвернул: мол, своей мечты у тебя нет. Полюбил героиню-золотодобытчицу Шаманову из правдинской передовицы (Наталья Чернявская), не сумел этого скрыть. Нежная девочка обнаружила в себе запасы стойкости, ушла из дому в одном платье, с ребенком под сердцем, никому ни о чем не сказав. Ребенок умер от дифтерита, потому что студентка Таня соответствующую лекцию не записывала, рассматривала лекторские усы.

Помыкавшись без дела в Москве, она проявляет требуемую временем героическую сущность и уезжает на Дальний Восток строить сказочный город Стальград. Там, на краю света, Таня в снежную бурю на лыжах преодолевает сорок километров и свой страх темноты и вылечивает больного ребенка Германа и Шамановой, которых драматург отправил в те же места. Как признается героиня, когда уже все позади и ребенок, в котором она видит своего погибшего Юрика, совершенно здоров, — идти по темному лесу она смогла, услышав сообщение по радио: в Москве на Красной площади в это время проходит торжественный парад.

Пьесы Арбузова и в советские времена умудрялись рассказывать о простых людях и о любви как главном критерии счастья, а исторический контекст в виде великих строек коммунизма все-таки оставался в них фоном и по мере надобности используемым драматургическим механизмом. Но поставить исторический фон себе на службу Пономареву не удалось. Кое-где он удачно прибегает к стилизации. Но стилизация дружбы народов в сумбурном и ура-патриотичном втором действии «На Дальнем Востоке» практически провалилась и превращена в дурной лубок. Идея всепрощения (а Таня прощает Германа и уходит с якутским охотником Игнатом) обретает и вовсе устрашающе общие черты: на огромной сцене маленькая, хрупкая Таня качает колыбель под гигантским белым балдахином, увенчанным картонной розой.

Но, право слово, стоило затевать спектакль хотя бы ради того, чтобы в нем могла сыграть выпускница РАТИ Дарья Семенова — новая блистательная инженю молодежного театра. Можно без натяжки сказать, что она встала в один ряд с такими легендарными исполнительницами роли Тани, как Мария Бабанова, которой Арбузов и посвятил пьесу, Алиса Фрейндлих и Ольга Яковлева.

Таня, по сложившейся традиции, единственный живой персонаж пьесы, действительно живет любовью и чувствует ее на запах, как влюбленный в Таню охотник Игнат чувствует зверя, а режиссер Пономарев — материал для актуальных стилизаций.