Так-с, БРИКС

Дмитрий Медведев прибывает на саммит быстроразвивающихся экономик, считающихся будущими хозяевами мира и объединенных под брендом BRICS (Бразилия, Россия, Индия, Китай, Южная Африка). Но кажется, что потенциал стран, собравшихся в Нью-Дели, несколько переоценен.

Дмитрий Медведев прибывает на саммит быстроразвивающихся экономик, считающихся будущими хозяевами мира и объединенных под брендом BRICS (Бразилия, Россия, Индия, Китай, Южная Африка). Но кажется, что потенциал стран, собравшихся в Нью-Дели, несколько переоценен.

Джим О’Нил, аналитик, а ныне один из топ-менеджеров Goldman Sachs, придумавший в 2001 году акроним BRIC (S появилась несколько позже), в одном из недавних интервью высказал пожелание, чтобы Россия пригласила его, страстного болельщика команды «Манчестер Юнайтед», на чемпионат мира по футболу 2018 года. В конце концов, он это заслужил, поставив нашу многострадальную державу в один ряд с латиноамериканскими и азиатскими «тиграми» и прочими «драконами». Правда, О’Нил оговаривается, что, кроме физического объема, в российской экономике за более чем 10 лет не изменилось ничего, — и прежде всего ее зависимость от сырья.

Саммит, который пройдет в Нью-Дели, призван подкрепить образ единства быстроразвивающихся экономик, хотя, конечно, между ними, во-первых, мало общего и, во-вторых, не все могут стать лидерами будущего, обойдя на глобальном повороте США и ЕС.

Мало того что это, вообще говоря, не самые богатые страны с не самым высоким уровнем и качеством жизни. В росших семимильными темпами, правда, с очень низкой базы, Китае и Индии обнаруживаются и замедление роста, и множество самых разнообразных проблем, в том числе и политических. В последнем квартале экономический рост Индии снизился до 6,1%, притом что в среднем страна в последнее время росла темпами по 10% в год. В Китае рост в среднем восьмипроцентный, что, мягко говоря, немало, но гораздо меньше тех двузначных показателей, которых страна достигала в 2006—2007 годах. У Индии, Бразилии, Китая очень большой публичный долг (у Индии он и вовсе более 60% ВВП), и на их фоне Россия смотрится образцом финансовой дисциплины (благодаря, кстати, отставленному Алексею Кудрину). Кроме того, трещит по швам политическая модель пресловутого «китайского пути» — государственное и общественное устройство не может долго отставать от идущей вперед рыночной экономики. И, кажется, Китай вступает в эпоху пусть и управляемой, но турбулентности в области политики, которая будет сопровождаться либо закручиванием гаек, либо либерализацией. Про Россию в этом смысле и говорить нечего…

Есть, конечно, и позитивный опыт (материалы Дмитрия Косырева и Эмиля Дабагяна), и настораживающий (материал Василия Головнина). Развитие стран BRICS трудно предсказуемо. И в очень высокой степени зависит уже не от чисто экономических факторов, а от общественно-политических.

Джим О’Нил назвал свой доклад 2001 года «Миру нужны экономические кирпичи получше». Игра слов была основана на созвучии слова brick («кирпич») и акронима BRIC. Но за качество «кирпичей», из которых строится будущее экономическое лидерство стран BRICS, еще предстоит побороться. А то как бы потом не оказаться под обломками иллюзий и не подавать слабый голос из-под глыб… то есть из-под кирпичей бедности, структурных перекосов экономики и самоуверенного политического управления.