В течение суток в воинской части на Урале погибли два солдата-срочника

Утром 28 сентября в Свердловской области в розыск был объявлен солдат-срочник Иван Катлинских. В распространенной в СМИ ориентировке было написано, что военнослужащий самовольно покинул часть, прихватив с собой автомат без боеприпасов и штык-нож. 20-летнего Ивана нашли вечером этого же дня. Он был мертв. И пока военные вместе с полицией искали сбежавшего срочника, а потом оформляли страшную находку, у другого солдата в этой части зрел свой план.

До призыва

— Мы учились вместе в колледже, — рассказал «Новой» Сергей Б., одногруппник Ивана Катлинских. — Он и мухи не мог обидеть, совершенно не конфликтный. Девушки у него перед армией не было, так что бросить его никто не мог.

Иван, житель города Бердюжье Тюменской области, весной окончил Агропедагогический колледж в поселке Голышманово. Был призван в армию. По словам его близкой родственницы Марии П., 30 июня Ваню проводили на службу. Уходил спокойно, никто его не заставлял. Позже, созваниваясь с Иваном, Мария не заметила какой-то резкой перемены в его настроении. Он даже как-то обмолвился, что, может быть, останется служить по контракту.

Что случилось в Свободном?

Информация о событиях в закрытом уральском поселке Свободный, где расположена 42-я Тагильская ракетная дивизия, менялась в течение дня несколько раз. Сначала Ивана Катлинских искали как дезертира, потом излагали версию о заблудившемся солдате. Что произошло на самом деле, до сих пор сказать сложно.

— Насколько нам известно, во время учений Иван отпросился у старшего по званию отойти от палаток, — рассказала Ксения Феткуллина, представитель Комитета солдатских матерей России. — Тот его отпустил. Позже солдаты собрались обратно в часть, не заметив, что Иван не вернулся. Никто о нем не вспомнил и не пытался найти. В 20.00 было построение, только тогда увидели, что рядового нет.

Ночью искать его никто не пошел, к поискам приступили утром 28 сентября. Одновременно объявили, что он самовольно покинул часть. Потом нашли оружие, и легенда изменилась.

По словам Ксении, поисковая группа обнаружила, что солдат хотел развести костер, чтобы согреться (на Урале в эту ночь температура воздуха была минусовой), собирал хворост. Далее, по официальной информации, Иван залез на столб линии электропередачи, чтобы осмотреться и понять, куда идти. Его ударило током, он упал, загорелась одежда. Срывая с себя горящую форму, отбросив ремень, боец прошел еще 150 метров, потом упал. Непонятно, почему он залез на электроопору, хотя любой школьник знает, что она под напряжением? Почему не полез на дерево?

— Автомат, кстати, висел рядышком, — продолжает Ксения Феткуллина. — Видимо, он его повесил, чтобы было удобнее залезть на столб. Примерно в 23.30 был зафиксирован скачок напряжения на электростанции. Предположительно, это был тот момент, когда Ивана ударило током.

Весь день 28 сентября военные прочесывали лес, но для многих новобранцев служба шла своим чередом. В том числе и для 19-летнего Михаила Пашчука, призванного в июле из городка в Пензенской области. Он служил поваром части. В пять утра 29 сентября заступил в наряд, получил оружие, зашел за палатку и покончил с собой.

— Если о погибшем Иване руководством части более-менее внятная информация озвучивается, то в случае с Михаилом слишком много непонятного, — говорит Ксения Феткуллина. — Мы связались с его родителями, они в сильнейшем стрессе, еще не понимают, что делать. Мы сами в замешательстве. И совершенно непонятно, связаны ли две эти трагедии между собой. Насколько мне известно, следствие по этим эпизодам ведется отдельно. Но двое погибших в течение суток в одной части — это слишком.

Общественницу смущает и странное поведение сотрудников в/ч. Михаилу зачем-то приписали несуществующую девушку. Якобы он из-за нее покончил с собой.

— У нас всегда виноваты девушки, проблемы в семье и тому подобное, — подчеркнула Ксения. — Начнешь разбираться, там этого и близко нет.

Собеседница надеется на объективное расследование, но совершенно не рассчитывает на справедливое правосудие. Она уверена, что беспристрастность Фемиды серьезно зависит от количества звездочек на погонах обвиняемого.

Образцово-показательная часть?

— У меня нет обращений из этой воинской части, даже простых, типа несвоевременной госпитализации, — рассказала Марина Лебедева, председатель Комитета солдатских матерей Свердловской области. — По сравнению с другими воинская часть в Свободном была на хорошем счету. Мы не имеем права вмешиваться в ситуацию без обращения родителей, а к нам никто не обращался. Сейчас в деле разбираются военная прокуратура и военно-следственное управление.

Марина Лебедева отметила, что количество обращений в возглавляемый ею комитет ежегодно падает. «Пандемия, безусловно, повлияла, ослабив чрезмерную родительскую опеку», — уверена она.

С ней не согласна Ксения Феткуллина. По ее словам, количество жалоб увеличилось вдвое за период пандемии. Беспредел в армии процветает.

— Буквально за последние год-два мы оказались завалены жалобами, — рассказала Феткуллина. — За день у нас в среднем бывает пять консультативных вопросов от мам и примерно 15–20 сообщений из разряда «спасите-помогите» (имеются в виду воровство, избиения, унижения). И жалобы, в основном, не на сослуживцев или контрактников, а на офицеров. И те же контрактники — среди них встречаются глубоко аморальные люди. Как их пропускает комиссия? С ними должны работать психологи, им самим помогать нужно.

Представитель общественной организации напомнила историю в поселке Горный, где два года назад срочник Шамсутдинов расстрелял офицеров и сослуживцев. Подведомственную РВСН часть расформировали. Куда отправились служить забайкальские офицеры? Может быть, на Урал?

Родители обоих погибших солдат говорят, что они ни на что не жаловались. В последний раз Михаил Пашчук разговаривал с родными две недели назад. Родители еще поинтересовались, не обижает ли его кто? Тот рассмеялся и ответил, что нет. Примерно то же самое рассказывает и родственница Ивана Катлинских.

Мама одного из срочников, проходящего службу в Свободном, на условиях анонимности рассказала порталу Е1.ru, что ее сын постоянно просит прислать деньги, причем для перевода дает данные чужих карт, а не своей. Рассказывает, что давно не чистил зубы, так как у него нет зубной пасты. Хотя родители отправляли ему и новое белье, и туалетные принадлежности.

На вопрос «Куда все девается?» не отвечает. При этом просит никуда не жаловаться.

Юрист общественной организации «Комитет солдатских матерей России» Александр Латынин считает, что причиной гибели двух срочников стали дедовщина и неуставные отношения. Он уверен, что солдаты покончили с собой. Как объяснил юрист, все спишут на морально-психологическое состояние военнослужащих.

«Неуставные отношения определить после их смерти практически невозможно — говорю как бывший сотрудник органов военной юстиции, который расследовал подобные ситуации. Сейчас перед тем, как приедет проверка, личный состав запугают настолько сильно, что ребята будут молчать, даже анонимное анкетирование не поможет. Они понимают, что проверка уедет, а им еще служить. Эту воинскую часть надо к чертям собачьим расформировывать, ребят раскидывать по другим частям, а потом уже выяснять, что и как произошло. По данной воинской части поступали и раньше сообщения», — рассказал Латынин интернет-изданию Znak.com.

В пресс-службе Центрального военного округа подтвердили гибель срочников. «Командование Екатеринбургского гарнизона совместно с правоохранительными органами проводит проверку по факту смерти военнослужащего одной из воинских частей, дислоцированных в Свердловской области. По предварительным данным, перед заступлением в наряд военнослужащий выстрелил в себя из табельного оружия. Устанавливаются все причины и обстоятельства случившегося», — ответили «Новой газете» в пресс-службе.

Оперативный комментарий удалось получить только по одному эпизоду. Редакция отправила запрос в Министерство обороны. Мы надеемся получить ответы и на остальные вопросы этой запутанной истории.