"Вечерний Новосибирск" публикует программную статью Валерия Демидова, кандидата в ректоры СибАГС

Академия госслужбы: кризис углубляется

Один из крупнейших вузов Новосибирска в его нынешнем виде не соответствует своему статусу

Многочисленные и острые конфликты, будоражащие Сибирскую академию государственной службы как минимум на протяжении трех-четырех лет, до сих пор не приобрели широкую огласку. Участие в них принимали лишь разного рода контрольно-надзорные органы и вышестоящая организация — Российская академия государственной службы при Президенте РФ. Однако действительной подоплекой происходящих в академии событий является, по мнению ряда их участников и наблюдателей, очевидная неспособность руководства справиться со все углубляющимся системным кризисом, который делает совершенно невозможным выполнение тех задач, во имя которых академия была создана.

Задача состоит в подготовке высококвалифицированных специалистов для органов государственного и муниципального управления Сибирского федерального округа, а также в оказании методической, исследовательской и консультационной поддержки органам власти и местного самоуправления. Как соотносится данная задача со структурой образовательной и всех иных видов деятельности СибАГС, с внутренней организацией, моделями управления (самоуправления), реализуемыми в академии? Ответ на этот вопрос следовало бы искать в некотором основополагающем документе — в стратегии или концепции развития, где внятно обозначаются ближайшие перспективные цели академии, а также пути и механизмы их достижения. Увы, такового документа попросту нет, хотя на необходимость его разработки неоднократно указывалось ученым советом на протяжении десятка последних лет.

Отсутствие сколько-нибудь продуманной и прописанной программы развития оборачивается печальными результатами. И начинать приходится с того, что СибАГС в ее нынешнем виде просто не соответствует статусу академии.

В частности, для академии требуется наличие докторантуры и диссертационных советов, реализация образовательных программ профессиональной переподготовки и (или) повышения квалификации руководящих работников и специалистов для определенной области научно-педагогической деятельности. В СибАГС докторантуры нет, имеется только аспирантура, и то лишь по одной специальности, нет ни одного диссертационного совета, не реализуются обозначенные выше образовательные программы. Для сравнения: в значительно меньшей по объему образовательной деятельности Орловской академии имеется три диссертационных совета. В Уральской академии — докторский совет, 20 научных специальностей в аспирантуре, около 200 аспирантов и соискателей. Не меньшими являются и показатели в других родственных СибАГС региональных академиях.

Кроме того, трудно объяснить, почему преподаватели академии являются единственной категорией сотрудников, которая не получает надбавки к зарплате за счет внебюджетных средств, львиная доля которых, кстати, зарабатывается именно преподавателями. И чего стоят преподавательские надбавки за ученую степень и звание (не очень большие и единственные, санкционированные государством) по сравнению с надбавкой, например, начальника планового отдела, превышающей официальный оклад в восемь раз. (Для сравнения: в Советском Союзе профессор, доктор наук получал 520 рублей, доцент, кандидат наук — 320 рублей, начальник планового отдела — 140 рублей).

Вообще, установление этих самых надбавок, формируемых за счет всего коллектива, а также за счет сдачи в аренду федеральной собственности, происходит в академии в полном соответствии с процедурами монархического правления. На вопросы о каких-либо критериях и основаниях ректор невозмутимо отвечает: основания — усмотрение ректора. При этом он прекрасно знает, что расходование внебюджетных средств в академии, включая выплаты надбавок, в соответствии с Уставом, а также пунктом 99 Постановления Правительства РФ от 05.04.01 за N 264, осуществляется по положениям, утвержденным ученым советом. Таких положений не было и нет. Ученый совет в его прежнем составе адекватно реагировал на ситуацию, обязав ректора еще два с половиной года назад привести существующую практику в соответствие с законами и правилами. На это же указывал и президент — ректор Российской академии госслужбы по результатам проверки, проведенной два года назад.

Враждебно-пренебрежительное отношение руководства к научно-педагогическим кадрам не декларируется публично, но оно проявляется в конкретных делах. Традиционный «подарок» преподавателям к 1 сентября — снижение нормативов оплаты труда, что фактически сводит на нет все повышения зарплаты, инициируемые федеральным правительством. Следствием такого же отношения может считаться и состояние науки в академии, которое приходится характеризовать как плачевное. И речь идет даже не о фундаментальных исследованиях, а о прикладных, которые, по идее, сама академия должна выполнять по заказу органов государственного и муниципального управления Сибирского региона. На 2006 год в академии не заключен ни один соответствующий договор.

В соответствии с упомянутым выше приказом Федеральной службы по надзору в сфере образования и науки от 30.09.05 среднегодовой объем финансирования научных исследований в вузе должен быть не менее пяти миллионов рублей. В СибАГС соответствующие суммы выглядят смешными. Да и о какой научно-исследовательской работе можно говорить, если даже план НИР принимается в середине, а иногда и в конце текущего года. В итоге советов по защите диссертаций в академии как не было, так и нет. Аспирантура продолжает влачить жалкое существование. Не издаются сколько-нибудь серьезные монографии. Если в большинстве родственных академий имеются свои научные журналы, то в СибАГС даже выпуск тематических сборников, посвященных проблемам государственной службы, осуществляется фактически в обстановке противодействия со стороны руководства, а ныне такой выпуск и вовсе прекращен.

Все это особенно печально, учитывая, что в современном мире статус и реальный престиж вуза в решающей степени определяется его научным потенциалом, объемом и качеством научных разработок, наличием авторитетных научных школ и традиций. Если таковых нет, то трудно рассчитывать на отношение к себе как к серьезному партнеру. В случае СибАГС речь идет, прежде всего, о не слишком продуктивном партнерстве с органами власти Сибирского федерального округа. Наблюдательный совет академии, в работе которого, по замыслу, должны были участвовать руководители кадровых служб регионов СФО, благополучно прекратил свое существование. Роль СибАГС в работе Координационного совета СФО по кадровой политике оказалась малоконструктивной. В частности, касающиеся СибАГС решения совместного заседания Совета Сибирского федерального округа и Совета Межрегиональной ассоциации «Сибирское соглашение» (Омск, 20 ноября 2004 г.) выполнены либо частично, либо формально. Конечно, академия — это молодой вуз, возникший на руинах бывшей Высшей партийной школы. Но в данной ситуации имелся и очевидный плюс. Новый ректор имел почти неограниченный карт-бланш как в подборе кадров, так и в выборе стратегии развития. На первых порах, казалось, был сделан совершенно правильный выбор — использование очевидных преимуществ Новосибирска, то есть использование ресурсов мощных научных школ, имевшихся как в городе, так и, прежде всего, в Академгородке. Однако затем подобное сотрудничество, выглядевшее столь многообещающим, практически было сведено к нулю.

Почему это происходит? Потому что руководство академии, призванной, по идее, готовить управленцев высокой и высшей квалификации, само парадоксальным образом демонстрирует полное отсутствие управленческой культуры, предполагающей способность к конструктивному диалогу и компромиссам.

Едва ли можно считать случайным, что гонения на профсоюз совпали по времени с фактами грубейшего нарушения трудового законодательства. В частности, росчерком пера ректор перевел методистов академии в категорию администраторов, что повлекло за собой снижение их разряда по сетке ЕТС и уменьшение в два раза длительности оплачиваемого отпуска, на который они имели право. Юридический аспект ситуации состоит в существенном ухудшении условий труда без согласия трудящихся, что категорически запрещено Трудовым кодексом РФ. Есть в той ситуации и определенный нравственный аспект. Достигнутая «экономия» явилась экономией не собственных внебюджетных средств академии, а экономией федерального финансирования, достигнутой путем нарушения федерального же законодательства. Не может в этой связи не возникнуть риторический вопрос: «Существуют ли пределы любви нынешнего ректора СибАГС к своим сотрудникам?»

Впрочем, дело не в сантиметрах и не каких-то отдельных деталях. О какой вообще управленческой культуре может идти речь, если многочисленные решения, принимаемые в том числе по инициативе самого руководства, попросту не выполняются — либо ввиду организационной немощи, либо вследствие нежелания их исполнять. Иллюстрацией может служить документ со симптоматичным названием «План мероприятий по устранению недостатков и совершенствованию деятельности СибАГС», утвержденный ученым советом 28.04.2004 г. Появлению этого документа предшествовало обращение ряда членов ученого совета президенту — ректору Российской академии госслужбы о ненормальной ситуации, сложившейся в академии. «План мероприятий», принятый, видимо, дабы успокоить учредителя, был рассчитан на 8 месяцев и включал в себя 29 пунктов. К настоящему времени из них не выполнено большинство пунктов, касающихся наиболее принципиальных позиций и моментов.

Нынешний ректор Евгений Бойко находится у власти уже 15 лет. И это уже само по себе заставляет задуматься. Вся история, включая отечественный исторический опыт, говорит за то, что чаще всего слишком длительное пребывание одного человека у кормила правления, оборачивается окостенением управленческой практики и общей стагнацией.

Есть еще одна сторона этого вопроса. За минувшие 15 лет Е.А. Бойко не вырос ни как ученый, ни как преподаватель. Он пришел к руководству СибАГС (тогда — Сибирский кадровый центр, образовавшийся на «развалинах» Новосибирской высшей партийной школы) в ходе революции 90–91-х гг. Но даже с учетом революционности момента, фигура нового руководителя вызвала недоумение у очень многих. Человек, не имеющий ни ученой степени, ни ученого звания, закончивший аспирантуру, но не сумевший защитить диссертацию, вполне заурядный научный сотрудник без серьезных научных публикаций и без «имени« в научном сообществе, — в любом нормальном вузе он мог претендовать, в лучшем случае, на должность старшего преподавателя. Лишь спустя пять лет, буквально «из-под палки», он был вынужден защитить кандидатскую диссертацию. Степень самостоятельности и авторства которой породило в то время много слухов. За последующие десять лет он не удосужился ни получить звание доцента, ни написать сколько-нибудь серьезную научную работу. Не практикуется им и чтение какого-либо нормативного курса лекций. И не из-за лени, а просто потому, что это, как говорится, не его. Повторяю, академическая и вузовская среда так и остались для него чуждой. О нем говорят, что он неплохой хозяйственник. И этого качества, возможно, было бы достаточно, если бы он претендовал на должность руководителя строительного холдинга. А не ректора вуза.

Е.А. Бойко пришел к власти почти одновременно с Б.Н. Ельциным. Отличие заключается, на мой взгляд, в том, что ректор СибАГС не нашел в себе сил и мужества своевременно оставить свой пост, сделав это, по крайней мере, столь же элегантно, как это сделал первый президент России.

Валерий ДЕМИДОВ, доктор исторических наук, профессор, заведующий кафедрой гуманитарных основ государственной службы СибАГС
"Вечерний Новосибирск", 18 мая 2006