Что понимать под «новыми знаниями»?

Чтение книг для современных детей — это получение информации. Впрочем, почему для современных? Слишком уж часто мне приходится слышать о том, что сегодня дети подходят к чтению книг чересчур прагматично. Отвечая на вопрос о пользе книги, чаще всего говорят, что читать нужно, чтобы много знать, хорошо учиться, развивать свою речь. Нас, взрослых, очень задевает такой подход.

В свою очередь, организаторы опросов о чтении говорят, что родители предпочитают купить ребенку энциклопедию — только ею можно по-настоящему увлечь ребенка. А сборник стихов, сказки — это все не котируется.

Не буду спорить. Мои дети, дети моих знакомых, мои ученики тоже читают, чтобы узнать что-то новое. И это совершенно естественно. У них сейчас такая задача по жизни — узнать как можно больше нового. Просто под «новыми знаниями» можно понимать не только энциклопедию о динозаврах. Но и повести о детях, в которых можно узнать о том, что переживает человек, когда он впервые что-то чувствует. А еще поэзию, потому что именно она позволяет «узнать» о возможностях языка. А еще сказки, сказочные повести. И фантастику. Потому что это идеальные формы для того, чтобы занимательно рассказать ребенку, как устроен мир. Все это ребенок «узнает». Встречает впервые.

И все-таки вопрос о познавательной литературе для детей хотелось бы прояснить. У нас ее слишком много или катастрофически мало? Ее много переводной — и это хорошо? Или это плохо и нужно развивать свою, российскую? Или у нас достаточно отечественных книг в этой области, но про них мало кто знает?

В свойственной себе манере стала задавать вопросы тем, кому доверяю.

Евгения Кац, человек, по-моему, очень правильно относящийся к детской познавательной активности.

Илья Колмановский, журналист, редактор, ученый, экскурсовод, школьный учитель, популяризатор науки во всех ее проявлениях, автор проекта «Карманный ученый» — научно-познавательного подкаста, в котором понятным детям языком Илья объясняет самые непонятные вещи.

— Детям очень важно, чтобы чтение было не только интересным, но и полезным, информативным, однако взрослые частенько к такому чтению относятся довольно странно: противопоставляют его чтению художественных книг. Как вы думаете, почему?

Евгения Кац: Мне кажется, зачастую познавательные книги у взрослых ассоциируются с чем-то скучным, написанным более сухим и формальным языком. Художественные книги родители читают с детьми, обсуждают, разделяя эмоции, приводя потом примеры — из книг и из жизни. К научным книжкам отношение зачастую как к учебникам. Хотя книжки познавательные могут быть весьма насыщенными эмоционально и достаточно увлекательными.

Из удивительно занимательной, полной приключений книжки про Карика и Валю (Ян Ларри, «Необыкновенные приключения Карика и Вали») можно узнать много реальных научных фактов из жизни насекомых и растений. В книжке Ольги Кувыкиной «Письма насекомых» масса интересной информации, но книжка совсем не скучная.

Илья Колмановский: По-моему, все наоборот. Дети читают то, что интересно, увлекательно, а взрослые пекутся о пользе. Другое дело, что детям могут быть неинтересны переживания марсианина, то есть дворянина 40 лет, жившего в другой стране 200 лет назад (разумеется, мы должны уметь сделать их интересными — а как, это отдельный вопрос; см., например, мнение Пеннака об этом. А, наоборот, сведения о том, каково сейчас человеку на борту МКС, они могут считать более интересными; но ведь МКС, в свою очередь, не может сравниться с «Гарри Поттером». Так что это не вопрос «фикшн vs. нон-фикшн», а вопрос «занудно vs. увлекательно».

— Сейчас издается довольно много интересных познавательных и научно-популярных книг. Но они чаще бывают переводными. Как вам кажется, что мешает или чего недостает российским потенциальным авторам таких книг?

Женя: В российской традиции принято и научные статьи писать сухим языком, который сложно читать. А в западной традиции даже сложные научные достижения объясняют на пальцах, чтобы пятиклассник мог разобраться, и если ученый может объяснить детям на пальцах, чем он занят, это считается верхом профессионализма.

А у нас, наоборот, достаточно мало популяризаторов науки: это направление считается ненужным или непрестижным. Несерьезным.

А те, кто умеет рассказывать о своем предмете интересно, понятно, очень заняты: читают лекции, учат студентов, поэтому они не пишут книг.

Илья: Для создания хорошей познавательной книги нужно следующее. 1. Выбрать тему для конкретной аудитории (например — дети 12 лет). Интересную, незатоптанную. 2. Делать ее качественно: говорить лично с учеными и другими источниками, сидеть в архивах и библиотеках; все проверять, на все смотреть свежим и восхищенным глазом, будто впервые. Читать на языках, не замыкаться в русскоязычном пространстве — это провинциально. 3. Делать ее интересно, заботясь о том, чтобы читатель дожил до конца главы. Рассказывать истории, которые можно пересказать друзьям.

— Женя, вы автор нескольких книг для детей и родителей — и они все, как мне кажется, ориентированы на познавательную активность детей. Как продвигаются эти книги (кто их читатель)?

Женя: Мои книги очень разные: «Необычная математика», книжка-картинка про игры с детьми «Сашка, Сашка, что в кармашке?» — для самых маленьких, книги для мам и их детей-дошкольников, и ориентированы они на развитие игровой и учебной деятельности.

«Математика в твоих руках» — для школьников и родителей, она рассчитана на поиск нестандартных решений и на умение получать удовольствие от мыслительного процесса.

Детям могут быть неинтересны переживания марсианина, то есть дворянина 40 лет, жившего в другой стране 200 лет назад.

Книги для мам — «Игры для начинающих мам», «Пирог с математикой» — это копилка интересных идей для общих занятий, которые бы радовали и детей, и родителей. Это могут быть как познавательные игры, так и совместное творчество, общие игры или же просто игры ради процесса. Продаются книги очень хорошо: каждая уже вышла третьим тиражом.

Вышли книги совсем недавно, а поэтому сложно судить о том, как они продвигаются. Но издать их было непросто. Даже у самых активных наших издателей не было веры в то, что эти книжки будут хорошо продаваться. Сказывается отсутствие традиции издания и чтения такой литературы для детей и родителей.

— Илья, вы редактор нескольких познавательных книг. И вы занимаетесь их продвижением. В чем оно заключается? Можно ли говорить о какой-то специфике продвижения именно таких книг?

Илья: Надо сказать, что все научпоп-книги, которые вышли в «РЖ», продавали себя совершенно сами (Хокинг, «Тайны анатомии», Томек). Но мы все равно не просто их продаем — потому что мы не просто издательство, а культурный проект. Выход книги — это повод для начала разговора, который мы продолжаем в блогах, в подкасте, во встречах офлайн. Мы очень любим привлекать авторов (см. интервью, которое российские дети взяли у Хокинга) — опять же потому, что в XXI веке книга — это не такая вещь, вырубленная в скрижалях, а некий флажок: его автор ставит напротив важной для него темы и начинает разговор о ней в разных форматах.

— Какие книги кажутся вам образцом этого жанра — познавательная литература? И о каких книжках мечтается?

Женя: Мне очень нравятся исторические — и в то же время сказочные — книги Андрея Жвалевского и Евгении Пастернак «Правдивая история Деда Мороза», «Москвест» и подобные им.

Моя дочь обожала «Занимательную ботанику» издательства «Белый город» (у которого есть много других хороших научно-популярных книг для детей), «Письма насекомых» О. Кувыкиной.

Ник. Горькавый, «Астровитянка»: и приключений много, и физики, и главное — основная идея в том, что много знать, много читать и думать головой, уметь быстро принимать разные неожиданные решения важнее и во многих случаях полезнее, чем просто обладать большой силой.

Илья: Повторю за Машей Гессен: «Охотники за микробами». Это про людей — а про людей всегда интереснее всего. Эта книга явно повлияла на одну из самых замечательных попыток в СССР: проект Чуковской и Маршака в Детгизе (незадолго до разгона) — проект, в рамках которого они научили настоящего физика писать интересно. Итак: Бронштейн, «Солнечное вещество». Тоже про людей и через них — про физику. Бронштейн в 1937 году пошел на эшафот за отказ переписать эту книгу по тем цензурным лекалам, которые через 10 лет захватили весь научпоп в рамках ждановщины.

Лично для меня еще книги Хэрриота (именно его, не Даррелла) — это сильнее, чем «House, M.D.». Еще ТинТин, конечно, и его брат-близнец Томек — две чудесные географические серии, ТинТин талантливее, на мой взгляд. Последнее: Игорь Акимушкин. Это вроде бы такие дайджесты, очень вторичные, но есть поразительное умение схватить самое занятное.

Редакция благодарит Всероссийский конкурс на лучшее литературное произведение для детей и юношества «Книгуру» за поддержку при работе над этим материалом.