«Боинг-777»: эксцесс исполнителя

Довоевались. Сбит мирный пассажирский самолет. Погибли сотни людей, которые никакого отношения к этой войне не имели. Вообще никакого. Возможно, они и не знали, что на Украине идет война, что есть на свете Луганск и Донецк. И точно не подозревали о существовании Тореза, Снежного и Грабова. Вчера о войне узнали все. Вчера война пришла в Австралию, Малайзию, Нидерланды, …

Погибли дети.

Хочется высказаться резко, эмоционально, заорать, покрыть... Хочется дать волю чувствам: злости, горю... но попробую рационально.

Версии

Возможность сбить малайзийский самолет была и у боевиков/ополченцев Гиркина-Стрелкова, и у россиян, и у украинцев. Все оправдания из серии «мы не могли, так как у нас нет такого оружия» опровергаются самими же оправдывающимися. Стоит только «отмотать» их же заявления на несколько дней назад. И тогда на вооружении боевиков «внезапно» окажутся вполне пригодные для применения на высоте более 10 километров установки.

При этом широко известно, что самолеты активно сбивали только боевики. И сами хвастались, и российская пропаганда рассказывала.

Украинской стороне применять средства ПВО смысла особого не было. Они, наоборот, применяли авиацию. И потому вероятность вины украинской стороны исчезающе мала.

О том, что это сделали российские военные, даже думать не хочется.

В любом случае факты будут установлены. Скрыть не получится. Все технические возможности есть. Не сегодня, так завтра будет проведено расследование. И проведено объективно. Более того, если у любой стороны будут неопровержимые доказательства, обеляющие ее и обвиняющие другую сторону, то они мгновенно будут обнародованы.

Доказательств вины украинской стороны не появилось. Никаких. При этом уже есть первая информация. Сделаны первые заявления. Собраны первые факты. И одновременно есть слухи и домыслы, есть пропаганда, есть абсолютно нелепые вбросы об «охоте» за российским «бортом № 1». Видно и стремление оправдаться, подготовить для этого оправдания почву. И пока все это косвенно свидетельствует о том, что наиболее вероятными виновниками случившегося все же окажутся боевики Гиркина-Стрелкова, Беса-Безлера или кого-то еще из полевых командиров. Местных или засланных. Обученных или нет. Идейных или наемников.

В итоге, повторю, обвинение будет доказательным. И вероятность обвинения боевиков велика. Соответственно вина будет возложена и на тех, кто их поддерживал. Более того, вина не просто будет возложена, вина объективно лежит на этих поддерживающих. И этими поддерживающими, фактически соучастниками, являются российские власти.

Следствия

Символически после трагедии в любом случае для Запада Россия оказывается вне цивилизации, но еще и еще ближе к Каддафи и аль-Меграхи. И с этим ничего не сделать. Даже если предположить, что ничего никто не докажет, в массовом сознании вина будет на В. Путине и российских властях. А разве в реальности не так? Разве российской стороной и идеологически, и фактически не поощрялись боевики/ополченцы? Разве не лежит на российских властях пусть не всегда прямая, но вина за погибших и вчера, и ранее?

В практической реальности сбитый пассажирский самолет — закономерные обвинения в терроризме. Соответственно и в поддержке террористов со всеми вытекающими последствиями.

Вероятность вины украинской стороны исчезающе мала.

Во-первых, в любом случае, кто бы ни был виноват, возможности для российского военного вмешательства в украинские дела резко снижаются. Теперь это дело не только Украины и России, теперь это действительно дело всего сообщества, которое не приветствует односторонних действий. Хотя кто знает этих диктаторов? Их решения часто спонтанны и продиктованы не только разумом и уж точно не нравственностью.

Во-вторых, вероятность европейских санкций по отношению к России резко возрастает. Если вина боевиков будет доказана, то европейские санкции в отношении России становятся неизбежными. Американские станут жестче. Вероятно, что и другие страны не отмолчатся.

В-третьих, уже сегодня из-за санкций российской экономике очень дурно. Станет совсем плохо.

В-четвертых, прямое принуждение к миру через ООН? Сухопутная операция сил НАТО? Не сильно вероятно, хотя этим российского обывателя и пугают. Но объем иной помощи Украине, в том числе военной, будет расти.

В-пятых, едва ли российские власти признают вину и покаются. И потому курс на изоляционизм и конфронтацию продолжится. При этом элитные расколы станут глубже, конфликты непримиримее.

Таким образом, нужно быть готовым к тому, что будет только хуже. И экономически, и политически, и с культурой, и в пропаганде.

Выгода

В качестве попытки оправдания «любители» черно-белой картины мира задают традиционный для конспирологии вопрос: а кому было выгодно? И дают при этом любые произвольные ответы опять-таки в черно-белой гамме. Упала ракета-носитель… а кому было выгодно? Заговор. Снизился курс рубля… а кому выгодно? Заговор. Пошел дождь… а кому выгодно? Вновь заговор.

К поиску выгодополучателей с помощью СМИ подключали и вновь подключили массы. Задав им, естественно, направление. В итоге имеем традиционное и ставшее привычным: все плохое, что случается в мире, нам не выгодно, а выгодно им. И наоборот. Этими «ими» оказываются американцы, «бендеровцы», фашисты, масоны, геи, пятая колонна, морганы/рокфеллеры и прочие олигархи… Виноватых «выгодополучателей» можно найти и ищут где угодно. Произвольно сконструировать можно все, что заблагорассудится. Были бы желание и стимул.

Попрыгать в шортах на частях обшивки упавшего самолета. Пофотографировать трупы «на память».

Поиск выгоды в таком ключе — путь в никуда. Тупик. В этой связи стоит напомнить о бритве Хэнлона: не нужно объяснять злонамеренностью или заговором то, что можно объяснить глупостью. Добавим: или иными обстоятельствами, случайностью.

Наконец, вдумайтесь в саму постановку вопроса: кому выгодно сбить гражданский самолет? Не страшно ли от самого такого вопрошания мелкотравчатых конспирологов?

Поиск выгоды в трагической ситуации с сотнями погибших часто есть стремление оправдать и/или оправдаться, переложить ответственность. И еще чаще есть свидетельство изъянов нравственности.

Эксцесс

В уголовном праве есть такое понятие, как эксцесс исполнителя. Исполнитель, являясь одним из соучастников, может выйти за рамки общего умысла, совершить более тяжкое деяние или совсем иное, которое даже и не предусматривалось.

Не думаю, что целью тех, кто выпустил ракету, был именно гражданский самолет. Именно этот несчастный «Боинг». Именно эти люди. Похоже, что в данном случае мы имеем дело именно с эксцессом исполнителя.

Но если по уголовному праву исполнитель, вышедший за пределы общего умысла, несет ответственность сам, другие за эксцесс не отвечают, то в данном случае, когда речь идет не о сухой норме уголовного права, а о нравственности и справедливости, ответственность должна быть возложена и возложена будет на всех соучастников преступления. Именно потому соучастники, развязавшие войну и ее поддерживающие, так рьяно оправдывают исполнителя, который неизбежно будет обнаружен, придумывают самые невероятные версии и уничтожают улики.

Смотрите, кто врет, кто оправдывается, кто скрывает правду, кто подменяет реальность пропагандой, и вы увидите всех. И исполнителей, и вдохновителей, и организаторов.

Девальвация

Нас приучили к смертям. Мы привыкли к террору. Мы постоянно на войне. Когда-то суровые обвинения в фашизме, в убийствах, в пытках, в предательстве, которые и произносить было страшно, стали частью повседневности. Аналогично с оценками позитивными. Правозащитников, героев, «наших» не сосчитать. Ранее великое, а потому исключительное, каким бы оно ни было, плохим или хорошим, вошло в быт, девальвировалось. Девальвировались и слова, и поведение.

Пройтись скуки ради по обломкам. Попрыгать в шортах на частях обшивки упавшего самолета. Пофотографировать трупы «на память». Оценить «красоту» падения. А ведь это все есть там. На войне.

Здесь чуть иначе. Своих и чужих, что на войне, уже просто не считают. Чужим убитым радуются. Чуть сомневаются и задумываются, когда речь идет об иностранных гражданах. Но через мгновение… стремление оправдаться. Переложить вину. Мгновенно обвинить в предательстве. Предложить застрелиться. Без капли сомнений. Без мысли о покаянии.

Больно, стыдно и страшно.