«Китобой»: подросток с Чукотки решает переплыть Берингов пролив, чтобы увидеть свою любовь в Детройте

Фильм дебютанта Филиппа Юрьева наградили в Венеции

«Китобой» — дебютный фильм режиссера Филиппа Юрьева о чукотском подростке, который влюбляется в девушку из порночата и решает отправиться к ней в США через Берингов пролив. На недавнем кинофестивале в Венеции картина, напоминающая с первых кадров независимое кино «Сандэнса» или даже «Твин Пикс», получила приз в программе «Дни авторов» от молодежного жюри. Теперь ее покажут на «Кинотавре». Кинокритик Антон Долин рассказывает, чем хорош этот дебют.

Название фильма «Kitoboy» — подобие каламбура, нарочито неловкого. Главный герой действительно участвует в китобойном промысле, главном источнике заработка в поселке на берегу Берингова пролива, где он родился и живет, но сам он еще мальчик — потому и «boy». Такой ломаный английский весьма уместен, ведь этот самый Лешка (замечательно органичный дебютант Владимир Онохов) влюблен в девушку из интернета и специально взял в библиотеке самоучитель английского, чтобы разговаривать с красавицей в красном белье. Зовут ее Hollysweet_999, обитает она в платном порночате, составляющем отраду чукотских китобоев. То есть на самом деле в Детройте, но для Лешки Америка — еще большая абстракция, чем виртуальное пространство. Поэтому он и решает однажды отправиться туда в одинокую экспедицию. Не так это и невозможно для местного — переплыть Берингов пролив и нелегалом добраться до Детройта. А там и до смутного объекта желания рукой подать.

Для Лешки, худощавого застенчивого подростка, давно ведущего суровую жизнь кормильца семьи (он сам да старый дед), этот побег становится делом всей жизни. Таким же делом жизни для Филиппа Юрьева стал «Китобой» — дебют, на который у ученика и протеже Алексея Учителя ушло десять лет. Как Лешка стремился в США, так Юрьев осваивал далекую и почти невиданную в российском кино Чукотку, землю уникальной, ни на что не похожей красоты.

В этой американо-чукотской дуальности есть какой-то таинственный фокус. Молодые режиссеры берут за модель американское независимое кино — начало фильма Юрьева легко принять за кадр из какой-нибудь сандэнсовской инди-драмы, — но ради приближения к ней должны уехать на край земли, предельно далеко от дома. Парадоксальным образом там-то и проходит граница между Америкой и Россией, которые разделяют всего несколько километров.

За кадром в первых же кадрах «Китобоя» неожиданно звучит песенка Джули Круз из главного для россиян американского сериала, «Твин Пикса», и сразу вспоминаешь о пограничности выдуманного Дэвидом Линчем мира, о его одновременной опасности и чарующей трогательности. Похож на Твин Пикс и чукотский поселок, в котором разворачивается действие фильма. Невидимая и желанная, безмолвная и недоступная Hollysweet_999 — здешняя Лора Палмер (ее сыграла Кристина Асмус, звезда недавнего «Текста»), у которой, прямо как у Линча, есть «земной» двойник — решительная и статная блондинка (выразительная работа Марии Чупринской), на которую заглядываются все парни поселка. Есть, конечно же, и соперничество с закадычным другом Коляном (Владимир Любимцев), и танцующий под рок-н-ролл чукотский старик, и кровавые подробности китобойного дела — всего понемногу, все вперемешку, как бывает в дебютном кино.

Нет ничего удивительного в том, что молодежное жюри одарило Юрьева главным призом параллельной престижной программы Венецианского фестиваля «Дни авторов». «Китобой» обладает обаянием первого фильма, которому за искренность и страсть прощаешь и многочисленные неуклюжести, и периодическое впадение в туристическое любование экзотикой, и вторичность — декларативную или, вероятно, случайную: например, это третий фильм за год, герой которого влюбляется в женщину-фантом из эротического видеочата.

Тем не менее в необычном киноромане взросления, сочетающем трепетную нежность с грубостью северных реалий, много трогательного и живого. Юрьев умеет видеть и ценить красоту, у него есть чувство пространства и способность деликатно работать с актерами-непрофессионалами. В конечном же счете его картина вполне универсальна — она о том, как первая любовь влияет на судьбу человека, внезапно меняя ее траекторию и сбивая привычный ритм жизни.

А еще это напоминание о том, что Россия не состоит из Москвы, Петербурга и их окрестностей, что в ней говорят не только по-русски, что страна огромна, наполнена самыми разными культурами, религиями, языками. И все они терпеливо ждут, когда кинематограф найдет возможность подарить им экранную жизнь.

Чукча для большинства жителей СССР был исключительно героем анекдотов и мультфильмов про Умку — экзотической, а иногда оскорбительной карикатурой. «Китобой» сражается с застарелым стереотипом, а в финальных сценах позволяет зрителю даже на берегах Чукотского моря почувствовать себя дома.

Антон Долин