Беспечный стрелок

Нынешние американские начальники уж очень смирные и правильные. Ни любовниц у них, ни тебе кортежем старушку задавить, ни казенные деньги растратить. Прямо тоска. Ну разве будет такого бояться бен Ладен или, скажем, президент Ирана Ахмадинеджад? Но вот наконец свершилось: Дик Чейни ждал в засаде птицу, пальнул в белый свет как в копеечку и сразил наповал напарника по охоте.

Страна сразу взбодрилась. Пресс-секретарь Белого дома тотчас повязал оранжевый галстук (не потому, что он украинский революционер, а потому, что охотникам на перепелов полагается носить оранжевое, чтоб не подстрелили ненароком) и говорит журналистам: "Мало ли - вдруг вице-президент где-нибудь поблизости?". Но лучше всех сказал сенатор-демократ Патрик Лехи, у которого два года назад в Конгрессе случился острый обмен репликами с Чейни. "Теперь, - говорит, - я понимаю, что легко отделался".

Перепел передвигается в основном по земле и лишь изредка подымается на крыло, причем летит низко и быстро. Так что немудрено, целясь в эту дичь, попасть в неожиданно подвернувшегося человека. Именно это и произошло. Пострадавший техасский адвокат Гарри Уиттингтон отчасти сам виноват: он отстал от группы, подбирая добычу, и занял в цепи охотников не ту позицию, что прежде.

В США уже был вице-президент, стрелявший в человека не на войне. В первые годы независимости среди американских политиков было много заядлых дуэлянтов. На шпагах и пистолетах дрались судьи, губернаторы, конгрессмены. Нарочно провоцировали дуэли и перед выборами, чтобы доказать избирателям свою смелость, и после выборов - проигравший жаждал сатисфакции. Уклониться от дуэли означало положить конец своей политической карьере. Вот была потеха-то! Ужасные забияки были отцы-основатели (это потом на них историки навели хрестоматийный глянец).

Джеймс Монро однажды сильно обиделся на Джона Адамса, который тогда был президентом, и хотел его вызвать, но Джеймс Мэдисон ему отсоветовал - все-таки глава государства и к тому же пожилой человек. Министр финансов Александр Гамильтон с этим не посчитался и послал вызов Адамсу, но тот бретеру даже не ответил. С вице-президентом Аароном Бэрром у Гамильтона вышло иначе. Эти двое действительно люто ненавидели друг друга. В итоге Бэрр убил Гамильтона. Тем не менее никакой ответственности Бэрр не понес: он тут же уехал в столицу, а штаты Нью-Йорк и Нью-Джерси, издавшие ордера на его арест, не имели с округом Колумбия договоров об экстрадиции.

И вот второй случай за двести лет. Подозревать Чейни в умышленном покушении на жизнь Уиттингтона как будто нет оснований (конспирологи, надо полагать, такие основания найдут). Жертва жива и претензий к вице-президенту, как утверждают, не имеет. Врачи заверяют публику, что дай Бог нам всем такой организм, какой у их пациента. Пациент, правда, перенес сердечный приступ, поскольку засевшая в крепком организме дробина задела сердечную мышцу, но доктора говорят, что адвокат спокойно проживет с этой дробиной без хирургического вмешательства до конца дней смерти (Уиттингтону 78 лет). Предварительное расследование полностью подтвердило версию о несчастном случае. Какие еще вопросы, граждане?

У граждан вопрос такой: почему они узнали о драме на охоте не сразу после того, как она произошла, а спустя почти сутки? Чейни назвал несколько причин такой медлительности. Прежде всего, первым долгом следовало позаботиться о раненом. Во-вторых, дождаться заключения врачей. А в-третьих, в свите вице-президента не оказалось сотрудника пресс-службы, и пришлось действовать наобум. Сам Дик Чейни, который никогда не устраивает пресс-конференций и выступает с публичными речами только в аудитории единомышленников, появился на экране лишь на четвертый день в эфире дружественной телекомпании FOX News и вид имел такой, будто это не он, а в него стреляли.

Как ни старался вице-президент не сболтнуть лишку, из этого интервью все же стало ясно: задержка объясняется тем, что действующие лица трагического эпизода согласовывали версию случившегося между собой и с высокими должностными лицами администрации - шефом аппарата Белого дома Эндрю Кардом, советником президента Карлом Роувом и пресс-секретарем Скоттом Макклелланом. Было решено не упоминать имя третьего участника охоты, и оно стало известно лишь благодаря случайности - это посол США в Швейцарии и Лихтенштейне Памела Уиллфорд.

Обращаться к журналистам президентского пула, отличающимся особой въедливостью, не стали. Хозяйка ранчо вместо этого позвонила своей приятельнице из местной газеты, но той не оказалось в пределах досягаемости - связаться им удалось лишь спустя несколько часов. Местные журналисты, впрочем, не оправдали надежд - они оказались отличными профессионалами и выяснили множество мелких деталей.

Еще интереснее повел себя шериф Рамон Салинас. Он узнал о происшествии почти сразу же, то есть в субботу около 5:30 вечера по местному времени, но отчего-то решил ничего не предпринимать до утра следующего дня. Вице-президент был допрошен в девятом часу утра в воскресенье, а к пострадавшему в больницу полиция приехала лишь в понедельник. Накануне вечером его успел навестить Чейни.

В итоге показания свидетелей совпали, шериф не усмотрел в происшествии состава преступления и дело закрыл. Открыть заново его придется лишь в том случае, если Уиттингтон все же скончается. Тогда вице-президенту, который, как и никакое другое должностное лицо США, не пользуется иммунитетом от уголовного преследования, можно будет предъявить обвинение в неосторожном убийстве; принимая во внимание, что Дик Чейни прежде к суду не привлекался, ему вынесут скорее всего условный приговор.

О вице-президенте уже давно говорят, что из человека, который решает проблемы, он сам превратился в проблему для Джорджа Буша. Но президент заявил вчера, что Чейни в сложившихся обстоятельствах действовал "просто замечательно" и "убедительно объяснил" случившееся. Одним словом, Станиславский наоборот: "А я верю!" Штука в том, что главный режиссер - еще не вся публика.