А голос остался

Ушел из жизни сотрудник «Эха Москвы» Рамил Ибрагимов

Не стало нашего коллеги, голоса «Эха Москвы» Рамила Ибрагимова, озвучивавшего анонсы программ, рекламные ролики, заставки и радиоспектакли. Скорбим вместе с коллегами.

Рамил был потрясающим Доном Руматой в эховской радиопостановке «Трудно быть богом». Кстати, поставил спектакль он же.

Сергей Бунтман о Рамиле:

— Внешний его театр растворился в эховском эфире, в заставках, отбивках и роликах. Только один раз он по-настоящему сгустился в «Трудно быть богом». Как хорошо, что это радио, и голос хоть никуда не девается. А трудно ведь быть талантливым, но не особо заметным в звуковой тени пространно вещающих солистов. Но Рамилова работа — расставлять знаки, точки. Как на картине: написал колею, и сани поехали, все стало живым.

Владимир Варфоломеев о Рамиле:

— …Тот, кого с полным основанием можно было называть Голосом «Эха».

Марина Королева о Рамиле:

— Голос Рамила окутывал и хранил наш эфир, оставаясь по большей части анонимным. Голос глубокий и понимающий, как взгляд его черных глаз. И еще — абсолютно мужской, без обмана. Мужской голос, мужское поведение, мужской облик — такая редчайшая редкость в эфемерном мире телевидения, радио, кино, театра… На его да и нет можно было опереться и положиться как на стену. Потому что остальное от лукавого, а этого он не признавал.

А еще — недавно я смотрела фильм «Диссиденты» Г. Илугдина. И вдруг там, в 1990 году (снималось это все, понятно, еще раньше), отчаянно молодой, безумно красивый Милек с распахнутыми миру объятиями в кимовской песне «Стаканчики граненые» из спектакля «Московские кухни». Непередаваемо сардоническая улыбка и «Джан-джан-джан… Дорогой Леонид…». Щемящий «Последний троллейбус» и тонкая рука на его плече. Вся сюжетная канва фильма перемежается фрагментами спектакля, и почти каждый раз на экране Рамил Ибрагимов. Неделю назад, встретив Рамила на «Эхе», сказала: «Слушай, а ты ведь был абсолютно гениален в этом спектакле!» —«Я? Ну конечно», — улыбнулся он. Там была органика и какая-то удивительная настоящесть, в этих «Московских кухнях» от Рамила…

Ох как жаль. Ох как возвращающейся болью будет не хватать…

Нателла Болтянская