Последний путь с двумя пересадками

Джесика Сантийян страдала тяжелым заболеванием сердца, которое затрудняло поступление кислорода из легких в кровеносную систему. 7 февраля ей была сделана операция пересадки сердца и легких, однако вследствие мгновенной реакции отторжения пациентка оказалась в критическом состоянии и продолжала жить только благодаря аппаратам искусственного кровообращения и дыхания. Менее чем через две недели поступили новые донорские органы. В четверг на прошлой неделе врачи провели повторную операцию. Шансы на выживание девушки они оценили как 50 на 50. Операция прошла удачно, пересаженные органы функционировали нормально, однако мозг Джесики отказался работать. В субботу в 1.25 пополудни доктора констатировали смерть мозга и спустя три с половиной часа остановили аппараты жизнеобеспечения.

Смерть Джесики Сантийян стала общенациональным событием не только потому, что американцы по своей природной отзывчивости всей душой сопереживают чужое горе (обе операции оплачены из средств специально созданного благотворительного фонда), но и потому, что в этой печальной истории есть целый ряд трудноразрешимых проблем. В Америке вследствие большого числа операций трансплантации имеется подробно разработанное законодательство в этой области, весь процесс подбора и предоставления донорских органов отличается полной прозрачностью. Тем не менее случай с Джесикой не поддается однозначной оценке.

Комментаторы обращают внимание на тот факт, что своей первой операции Джесика ждала три года. Для второй операции органы нашлись поразительно быстро. Между тем в очереди на пересадку точно таких же органов – множество других пациентов. 80 процентов нуждающихся в трансплантации умирают, не дождавшись донора. Некоторые эксперты считают оценку шансов на выживание Джесики чересчур оптимистической. Специалисты по медицинской этике говорят, что докторов можно понять – они исправляли роковую ошибку и сделали все возможное для спасения пациентки. Однако тем самым они лишили шансов другого пациента, которому операция могла действительно помочь. Согласно статистике, повторные операции, доля которых в США составляет примерно 10 процентов от общего числа пересадок, бывают удачными редко. Даже если бы Джесика выжила, она, всего вероятнее, осталась бы инвалидом. Оппоненты такой точки зрения говорят, что вторая операции Джесики была, по существу, первой. Точных сведений о наличии других пациентов в очереди на трансплантацию сердца и легких (такая пересадка сама по себе – редкий случай) не существует: эти данные не подлежат огласке, как и любая медицинская информация, считающаяся конфиденциальной.

На территории США Джесика оказалась нелегально. Ее родители живут в мексиканском городе Гвадалахара. Они признались, что девушка была переправлена через границу за деньги. Сам по себе ее иммиграционный статус не играл никакой роли – она была включена в лист ожидания на общих основаниях наравне с американскими гражданами. Однако вследствие дефицита донорских органов число иностранцев, которым может быть сделана операция трансплантации, не может превышать пять процентов. Это ограничение не имеет силы закона: оно принято Американским обществом хирургом-трансплантологов. В прошлом году в США была пересажено 22709 органов, из них только 936 – иностранцам. Своей очереди на трансплантацию дожидаются в настоящее время около 80 тысяч американцев; ожидание длится годами. Ежедневно в этой очереди умирает в среднем 17 человек.

У семьи Сантийян свои претензии к медицинскому центру. Ее адвокат утверждает, что семья не давала своего согласия на остановку аппаратов жизнеобеспечения организма и намеревалась получить консультацию медиков, работающих в каком-либо другом авторитетном медицинском учреждении. Карен Фраш, директор детского отделения центра, в котором оперировалась Джесика, заявила, что точная причина остановки мозга пока неизвестна. Однако Мак Мэхони, друг семьи Сантийян, оказавший основное содействие и исполняющий функции официального представителя, утверждает, что врачи объяснили ему фатальное повреждение мозга длительностью ожидания второй операции. "Система искусственного жизнеобеспечения разрушила почки, почки разрушили мозг", -заявил он. Врачи, однако, настаивают на своем праве констатировать смерть, наступление которой, по американским законам, определяется смертью мозга.

На просьбу предоставить жизнеспособные органы Джесики в донорский банк семья ответила решительным отказом.

Old.Grani.Ru: Трансплантация и торговля органами