За широкими спинами отцов-основателей

Дело о неожиданном банкротстве энергетической корпорации Enron, за расследование которого энергично взялись законодатели, вторую неделю не может сдвинуться с мертвой точки. Во вторник перед сенатским комитетом по торговле предстал бывший глава Enron Кеннет Лей, покинувший свой пост по требованию комитета кредиторов. Он стал пятым членом руководства компании, отказавшимся давать показания на основании Пятой поправки к Конституции США. Однако члены Конгресса утверждают, что у них есть другой способ "ободрать кошку".

На прошлой неделе в четверг сразу четверо топ-менеджеров Enron, явившись в Конгресс, прибегли к своему конституционному праву не свидетельствовать против самих себя. При этом был полностью соблюден ритуал. Члены комитета произнесли убедительные и талантливые вступительные речи, а затем привели к присяге первого и самого важного из вызванных свидетелей - Эндрю Фэстоу, архитектора оффшорной пирамиды, разорившей Enron и его акционеров. Поклявшись говорить исключительно чистую правду, на первый же вопрос по существу дела Фэстоу ответил, что по совету своего адвоката он апеллирует к Пятой поправке. Надо было видеть глумливую усмешку, какой свидетель сопроводил свое заявление. "Намерены ли вы таким образом ответить на все наши вопросы?" - осведомился председательствующий конгрессмен Джим Гринвуд. И получив утвердительный ответ, был вынужден отпустить Фэстоу с миром. Диалог с незначительными текстуальными нюансами повторился еще трижды: Пятую поправку, после присяги, взяли управляющие компании Майкл Коппер, Ричард Бай и Ричард Кейси.

Однако во второй половине того же дня конгрессменов ждала удача: бывший глава Enron Джеффри Скиллинг согласился дать показания. Вместе с ним свидетельские места заняли юрист компании Джордан Минц и бухгалтер Мики Рэт. Скиллинг, однако, проявил удивительную забывчивость и неведение - на все вопросы законодателей он отвечал, что ничего плохого не помнит или не знает, хотя согласно бюрократическим правилам самой компании ряд документов просто не мог миновать его. Точно не он, а его костюм сидел в кабинете и подписывал приказы, подобно костюму председателя зрелищной комиссии Прохора Петровича! Зашла речь о ключевом соглашении, с которого началась криминальная деятельность менеджеров Enron. Минц заявил, что направил документ Скиллингу на подпись, причем в сопроводительной записке выразил свое беспокойство по поводу сомнительной сделки (не прошло и двух недель как он вовсе уволился из компании, опасаясь последствий). Скиллинг же утверждал, что в глаза не видел бумагу. Сверились с бумагой - и впрямь: шесть человек расписались, в том числе воспользовавшиеся Пятой поправкой, а против фамилии Скиллинга - пустое место.

Тем не менее конгрессмены в феноменальную забывчивость Скиллинга не верят. Некоторые из них говорят, что изучают возможность привлечения бывшего президента Enron к ответственности за лжесвидетельство.

Наконец, подошел черед Кеннета Лея. В отличие от своих бывших сослуживцев, он отказался добровольно явиться на Капитолийский холм и был вызван повесткой, причем повестку эту поначалу некому было вручить - адвокат Лея утверждал, что понятия не имеет о местонахождении своего клиента. Получив повестку, Лей не стал морочить публике голову: уже в воскресенье его пресс-секретарь сообщила прессе, что ее шеф намерен воспользоваться Пятой поправкой. Тем не менее и в этом случае процедура была соблюдена. Она любопытна комментарием, который сделал Лей, отказываясь от дачи показаний. Он сказал, что его глубоко беспокоит ситуация, при которой некоторые могут подумать, что он что-то скрывает, однако он не может поступить вопреки инструкциям своего адвоката. На решение Лея не повлияла публикация в Wall Street Journal как раз в день слушаний - газета утверждает, что в распоряжении властей имеется компрометирующий документ за подписью Лея. Поэтому теперь законодатели заявляют, что найдут способ "ободрать кошку" иначе, а Лею за это не поздоровится.

Дело Enron все больше напоминает следствие о скандальном сеансе в московском Варьете. Про резаную бумагу, в которую превратились акции компании, и говорить нечего. Но акции хотя бы никуда не делись. Хватились бухгалтерских документов: "Афиши-то были? Были. Но за ночь их заклеили новыми, и теперь ни одной нет, хоть убей". Оказывается, хьюстонское отделение аудиторской фирмы Arthur Andersen пустило в ход бумагорезные машины и кучу документов уничтожило. Избавлялись от бумаг и в штаб-квартире Enron, но кто это делал и по чьему наущению - неведомо. Якобы пришли в контору ночью некие сотрудники, увидели, что урны заполнены бумажной трухой, и тотчас поставили в известность начальство; начальство же вызвало агентов ФБР, а бумагорезки и урны велело опечатать. Головка администрации пока никуда не пропала, но и толку от нее никакого.

Афера руководства Enron заставляет вспомнить другое произведение изящной словесности. Она в точности повторяет махинации Александра Ивановича Корейко - различия состоят лишь в том, что "Трудовой кедр" и "Интенсивник" доили казенную контору, а партнеры Enron - частную, а кроме того, подпольный миллионер не вкусил всех благ превращения Черноморска в оффшорную зону. Однако то, что смешно в произведении изящной словесности, в жизни выглядит гораздо гаже. В акции Enron, считавшиеся надежными, вкладывали средства крупнейшие пенсионные фонды Америки. Сгорели пенсии государственных служащих, учителей, полицейских и пожарных - тех самых, кто погибал под руинами Всемирного торгового центра, в то время как топ-менеджеры Enron купались в роскоши.

Помимо Конгресса, свое расследование проводит и Министерство юстиции - по слухам, оно готовится предъявить топ-менеджерам Enron обвинение в препятствовании правосудию. Для начала.

Справки Граней.Ру:

Алчущие и жаждущие правды не могут насытиться

Банкротство по-американски

Enron: предсмертная записка - Грани.Ру, 28.01.2002

Enron Corp