«Ну уехал и уехал». Активист из Питера Дмитрий Черныш в проекте «Очевидцы»

Дмитрию Чернышу — 33 года. Родился в Невинномысске. С 10 лет жил в Питере — до тех пор, пока не эмигрировал летом этого года. О том, почему он — колорист автоэмалей — вынужден просить политическое убежище в странах Европы и как этот процесс проходит, Дмитрий рассказывает в своем тг-канале «Ну уехал и уехал». Поделился он своей историей и с проектом «Очевидцы».

«Всем привет. Меня зовут Дмитрий Черныш. Хочу рассказать вам немного про себя, про события, после которых я уехал и про то, куда я уехал. В 2008 году мне было 19 лет и к этому моменту я успел получить профессию электрогазосварщика и слесаря, отучившись в лицее. Устроился монтажником кабельных сетей в компанию провайдер домашнего интернета за зарплату в 22500₽ на руки, что равнялось 850$ или 600€ по курсу того времени. К 2011 году, когда мне было 22 года, я уже сменил несколько тяжелых низкооплачиваемых работ. А летом получил приглашение пройти короткое обучение и устроиться подмастерьем колориста автоэмалей. В 2013, когда мне было 24 года, я зарабатывал уже до 60000₽ на руки в месяц, что тогда по курсу равнялось 2000$ или 1500€. Сделал себе загранпаспорт и слетал заграницу в отпуск...» (из тг-канала «Ну уехал и ехал»)

— До войны я жил в городе Санкт-Петербург (23 года). Работал там колористом автоэмалей (12 последних лет почти без перерыва). Снимал двухкомнатную квартиру (более 3 лет). Жил хорошо и спокойно. Ходил на выборы, голосовал против Путина и Единой России, иногда переводил деньги ФБК. С прошлого года я стал ходить на митинги, но в поле зрения силовиков не попадал, ни разу не был за это арестован или задержан.

«31.01.21. В России снова повторились антиправительственные протесты, начавшиеся после ареста Алексея Навального. До этого я лишь только выполнял свой гражданский долг - ходил на выборы, на которых голосовал против Путина и Единой России, а в этом году, когда арестовали Навального, мне стало понятно, что я делаю очень мало и что надо выходить на протест. До этого я если и бывал на митингах, то скорее как случайный зевака. Десятки тысяч людей одновременно скандировали «Путин – вор!». Протест, начавшийся за свободу Навального объединил всех, кто протестовал против Путина. В тот день было задержано 5021 человек, из них 1122 в Санкт-Петербурге» (из тг-канала «Ну уехал и ехал»)

А с этого года, с началом войны, на клеймо оппозиционера, которое могло бы испортить жизнь, мне стало плевать, как и вообще на многие вещи. Стал вставать в одиночные пикеты против войны и за освобождение политических активистов, за что получил три административных задержания и один административный арест на 12 суток.

«04.03.22. Решился выйти на антивоенный протест. После работы приехал на станцию метро «Гостиный двор», около 20:00, поднялся в город, но никакого митинга там уже не было, на площади были только полицейские, журналисты и немногочисленные прохожие. Я решил встать в одиночный пикет. Присел на корточки, чтобы достать из рюкзака чистый лист а4 и ручку, но привлек этим слишком много внимания, полиция зашевелилась, журналисты приготовили камеры, я понял, что не успею ничего написать, вытащил чистый лист, закрыл рюкзак, перекинул его за спину и поднял чистый лист над головой, через мгновение я был задержан. Как опаснейшего преступника несколько силовиков вели меня в автозак, крепко держа мне руки за спиной. Я спросил у них запрещена ли у нас в стране белая бумага, а в ответ мне сказали, что если я скажу ещё хоть слово, то мне сломают рёбра» (из тг-канала «Ну уехал и ехал»)

С работы уволился, еще когда отбывал арест, так как ожидал прекращения поставок материалов из Германии. Да и спорить с клиентами на тему политики уже не было сил. В конце июня уехал через Беларусь в Литву и запросил там политическое убежище, но в сентябре по Дублинскому регламенту был отправлен самолетом в Испанию (из-за того, что въехал в Литву по испанской визе), где пришлось ночевать на улице, так как в Испании не приняли мое прошение об убежище.

«07.09.22. Я достал смартфон, открыл Гугл-переводчик, написал, что я прибыл по Дублинскому регламенту, что это бумага из полиции и что я прошу политическое убежище. Она зашла на компьютере в Гугл-переводчик, повернула экран так, чтобы мне тоже было видно и написала, что я должен встать в электронную очередь на подачу заявления, что я не могу просто так прийти и подать прошение об убежище. Я ответил, что этого не может быть, ведь я прибыл по Дублинскому регламенту, и полицейский уверил меня, что в течении трех суток бумага, которую я ей передал, дает мне право на срочную подачу прошения об убежище. Она распечатала на принтере мне инструкцию в виде скриншота с сайта, где я должен встать в очередь на подачу прошения об убежище. Сказала, что это все, чем она может мне помочь и попрощалась со мной. Решил дальше не продолжать спорить, тем более, что тяжело спорить, когда ты не знаешь испанский язык и вынужден печатать все на смартфоне через Гугл-переводчик» (из тг-канала «Ну уехал и ехал»)

На последние деньги купил билет и улетел в Берлин, запросил убежище тут и теперь живу в общежитии для мигрантов. Делю комнату с просителем убежища из Афганистана, жду интервью на убежище в BAMF. Работать мне нельзя. Через две недели у меня начинаются языковые курсы.

«Когда мое оформление было закончено, мы вышли в коридор и социальный работник показал мне стенды с информацией, которая может быть для меня полезной... Потом он показал мне, где находится прачечная. Объяснил, что если я хочу постирать свои вещи, то сначала я должен прийти и взять термин, а потом уже в назначенное время сдать свои вещи сотруднику прачечной и забрать, когда он скажет, уже постиранные и высушенные вещи. Последнее помещение, куда мы зашли, это был небольшой склад, где социальный работник попросил меня взять с собой большую синюю сумку ИКЕА, где лежали всякие вещи, которые полагались каждому новому жильцу при заселении (одеяло, подушка, постельное белье, сковорода и т. д.)» (из тг-канала «Ну уехал и ехал»)