Вторжение возвратителей душ

При правильно настроенной оптике "Знаки" Найта М. Шьямалана выглядят образцовым американским фильмом про простого человека, соль земли и перец небес. Бывший священник (Мел Гибсон) с братом (Хоакин Феникс) и двумя детьми живет возле своего поля. Сначала на поле появляются знаки, потом ощущение вторжения становится все сильнее. В конце концов вторжение начинается – по всей Земле. Но мы не видим даже телевизионных репортажей, просто слышим сообщения. Герой баррикадируется в доме, дает последний бой и побеждает. Люди находят способ отбить атаку, и жизнь возвращается на круги своя. Учитывая жанр фильма, прошу не считать это спойлером – тем более что самого главного я и не рассказал.

Разумеется, никто не ждет от создателя "Шестого чувства" такого простого фильма – и он не его и снимает. Но если смотреть на "Знаки" именно как на простой фильм, то вне всякого сомнения этот фильм сделан виртуозно. С самого начала ясно, что мы смотрим то, что будет называться классикой через десять лет – точно так же, как стали классикой "Близкие контакты третьей степени" Спилберга. Нам в самом деле страшно, и мы в самом деле не знаем, сходят герои с ума или действительно дело идет к вторжению.

Кажется, что до Шьямалана никто не знал, что набившую оскомину историю про инопланетное вторжение можно снимать как хичкоковский триллер – без летающих тарелок, без стрельбы, без появления самих пришельцев почти до самого конца. Это, разумеется, только кажется: любой киноман наберет с дюжину примеров того, что именно так и надо снимать, - начиная от "Вторжения похитителей тел" Дона Сигела. От большинства приходящих мне в голову примеров "Знаки" отличаются тем, что инопланетяне тут не метафора (инопланетянин-как-СПИД у Цукермана и так далее), а самые настоящие инопланетяне: пришельцы из открытого космоса. Точно так же, как живые мертвецы у Ромеро были всего-навсего живыми мертвецами – а все интерпретации на них понавесили задним числом.

Продолжая разговор о простом фильме, которого Шьямалан не снимал, скажу, что мне не слишком нравится сам пришелец – но, пожалуй, только потому, что на меня нагнали слишком большого страху. Да и метод борьбы немного попахивает фильмом "Марс атакует!" - своей абсурдностью и простотой. Ну и ладно, потому что если смотреть фильм просто как эмоциональный аттракцион, то все это неважно, потому что в самом деле страшно и хочется спросить этих ребят из НАСА и Звездного городка, насколько они хорошо готовы к этому звездному десанту.

Но на самом деле Шьямалан снимает кино не столько про инопланетян или, скажем, про иррациональный страх, а про отношения человека и Бога. Про знаки, которые надо расшифровывать. Про то, что все в мире не случайно. Про обретение веры, в конце концов. И этот фильм мне нравится куда меньше, чем простой фильм про вторжение пришельцев, – возможно, потому что с пришельцами у меня нет никаких личных отношений, а с Богом есть.

Бог у Шьямалана действует каким-то слишком хитрым образом. Он не то что играет в кости – он загадывает шарады. Если у вашего сына астма, ваша дочь повсюду расставляет стаканы с водой, ваш брат прекрасно играет в бейсбол, а ваша жена бредила перед смертью, то все вместе это дает, что Я существую. Эта логика пошла бы герою Сэмюэла Л. Джексона в "Неуязвимом", но уж никак не Господу Нашему, Как Бы Его Ни Звали На Самом Деле.

Как известно, в предыдущих своих двух фильмах Шьямалан приберег под конец маленький трюк, который переворачивал все с ног на голову. То, что в "Знаках" такого трюка нет, конечно, хорошо: потому что нельзя же всю жизнь повторяться. Но чем больше я думаю про этот фильм, тем яснее становится, что настоящий шьямалановский конец просто отрезан.

Описанной методикой загадывания шарад, как правило, действует не Бог, а некое вполне мирское существо, играющее в Бога. Фаулзовский Волхв. Ученый-экспериментатор. Диктатор-параноик. Кинорежиссер. Инопланетный пришелец, в конце концов.

Все было в самом деле рассчитано заранее. Для каждого из землян, попавших в сферу внимания пришельцев, была придумана своя загадка. Масштабность вторжения объясняется необходимостью статистически достоверной выборки. Каждый должен были собрать разрозненные факты своей жизни, чтобы обрести спасение. Мы знаем, что герой Мела Гибсона справился. В качестве награды он обрел веру в Бога.

Крыса, находящая выход из экспериментального лабиринта, тоже думает, что к кормушке ее вела божественная воля.

Жаль, что эта настоящая шьямалановская версия не вошла в картину и мне пришлось придумать ее самому – как шутку или пожелание к возможной director’s cut.

Впрочем, все сказанное не в упрек Шьямалану. Он, повторюсь, снял технически безукоризненный фильм. Страшный и трогательный. Возможно, читатель верит именно в того Бога, который действует в этом фильме. Тогда для него "Знаки" могут стать настоящим шедевром.

Мне же для того чтобы признать их таковыми, не хватает экуменизма.

Официальный сайт фильма - SIGNS