В поисках претендента

После матча с Крамником Каспарову, возможно, удастся привлечь под свои знамена гроссмейстерское сообщество и организовать наконец стройный цикл претендентского отбора. (Фото: АР)

Возможно, этот поединок положит конец затянувшемуся спору – кому сегодня принадлежит шахматная корона и, главное, какова процедура ее наследования. Но может случиться и так, что он останется в истории просто товарищеским матчем (пусть и с призовым фондом 2 млн. долларов), каковым де-юре и является.

Как бы там ни было, 8 октября в Лондоне за доску сядут гроссмейстеры, которые занимают первые две строки во всех без исключения шахматных классификациях. На пресс-конференции, организованной сразу, как только решение о проведении матча было принято, Гарри Каспарову, чьими стараниями будущая встреча и стала возможной, задали вопрос: "За какой титул будут бороться участники, ведь далеко не весь шахматный мир признает чемпионский статус матча?" – "За титул чемпиона мира по версии "Интеллектуальных игр" (это название английской фирмы, взявшей на себя финансирование матча. – "Итоги")", – последовал ответ. Каспаров заметил, что боролся за множество титулов, включая "Чемпион мира "Таймс" (в 93-м, с Шортом. – "Итоги"). "И даже за звание чемпиона мира ФИДЕ", – пошутил он. "Я придерживаюсь той точки зрения, что это просто изменение имени организатора. Самое главное, эти поединки выявляют сильнейшего шахматиста мира". Каспаров напомнил, что в шахматном мире никогда не относились к этому вопросу чисто формально. Так матч за звание чемпиона мира между Стейницем и Цукертортом состоялся только через два года после смерти Пола Морфи, в 1886 году: "Никто не хотел проводить матч, пока Морфи, величайший шахматный гений XIX века, был жив, так как исход поединка с его участием не вызывал сомнений".

Каспаровский тупик
В мире шахмат спокойствие – скорее исключение, чем правило. Борьба за корону часто сопровождалась скандалами, порой перераставшими в кризисы. В минувшем столетии шахматам довелось пережить: долгую взаимную неприязнь между Алехиным и Капабланкой, вылившуюся во вражду; непримиримую, пусть и скрытую от широкой советской общественности борьбу Ботвинника с гроссмейстером Левенфишем; уход непобежденным из жизни "гения шахмат России и Франции" – так начертано на его надгробии – Александра Алехина; истерику, поднятую в СССР, когда американский шахматный титан Фишер отобрал корону у советских гроссмейстеров; всеобщую мобилизацию, объявленную советской шахматной федерацией, когда на титул покусился 4-кратный чемпион СССР, любимец Ленинграда и "изменник Родины" Виктор Корчной; и, наконец, превзошедшее все другие по продолжительности и скандальности сражение двух "К" – Карпова и Каспарова, в которое были вовлечены азербайджанское ЦК, вступившее в конфликт с ЦК союзным, и члены Политбюро, в частности Гейдар Алиев.

По прошествии нескольких лет Каспаров оценивает свой, устроенный на пару с англичанином Шортом демарш 93-го года против ФИДЕ, совсем по-другому. Решение провести матч за корону не под эгидой международной федерации погрузило мировые шахматы в полный хаос. Более того, как показали дальнейшие события, Каспаров этим шагом поставил себя в довольно двусмысленное положение. С одной стороны, сильнейший шахматист планеты регулярно доказывает свой класс победами на крупнейших турнирах, с другой – он уже пять лет не встречался в полноценном матче с более или менее достойным противником. Чемпион мира вынужден лично искать средства для организации подобных поединков. Поиски эти увенчались успехом лишь однажды – в 95-м удалось провести встречу с Анандом, закончившуюся убедительной победой Каспарова. Но с тех пор новых супердуэлей не было, что, конечно, не укрепляло авторитет чемпиона.

Та попытка Каспарова вернуться "к истокам" (то есть к ситуации начала века, когда шахматный король сам выбирал себе соперника) оказалась не слишком удачной. Поэтому так важен для Гарри Кимовича нынешний матч – победа во встрече со вторым по силе шахматистом планеты будет признана шахматным миром веским аргументом.

Учитывая, что ФИДЕ практически полностью утратила авторитет, Каспарову после матча с Крамником, возможно, удастся привлечь под свои знамена гроссмейстерское сообщество и организовать наконец стройный цикл претендентского отбора.

Позиционирование Крамника
Позиционным, стратегическим – так называют стиль этого 25-летнего гроссмейстера. Крамник считает, что как профессионала его сформировали проштудированные в детстве книги: "Моя система" Нимцовича и "Анатолий Карпов – 100 победных партий". "Хотя не исключено, – добавляет он, – что начни я с изучения шахматных шедевров Каспарова, сегодня стиль мой был бы совсем другим – более рискованным и комбинационным".

В шахматах, как ни в каком другом виде спорта, манера игры зависит от характера и темперамента. Крамник и в жизни такой же, как его партии – серьезный и основательный. Блестящее будущее ему прочили с ранней юности, и хотя на протяжении его недолгой карьеры случались и периоды застоя, результаты он сегодня показывает блестящие – за прошлый год гроссмейстер не проиграл ни одной(!) партии с нормальным контролем времени. Турнирные его показатели (см. стр. 48) также говорят сами за себя.

Крамник не революционер и не оппозиционер, как Каспаров. Он – человек дипломатичный, но при этом честный, прямой и от обсуждения острых проблем не уходит. Об утрате со стороны не только шахматной элиты, но и подавляющего большинства гроссмейстеров доверия к ФИДЕ, которая явно не в состоянии упорядочить шахматную жизнь и организовать нормальный турнирный процесс, говорит с горечью.

Крамник считает столь любимую Илюмжиновым нокаут-систему, когда турнир проводится по кубковой схеме, а решающие партии еще и с укороченным контролем времени, ненормальной, противоречащей духу игры. В первом таком чемпионате, гронингенском, он вообще отказался играть, правда, по другим соображениям – его возмутило, что организаторы приняли решение допустить Карпова сразу в финал. Крамник открыто поддерживает группу гроссмейстеров, вступивших в конфликт с Российской шахматной федерацией, до сих пор не оплатившей им участие (и победу) во Всемирной олимпиаде-98. "Если проблема не будет решена, – говорит Владимир, – я, естественно, откажусь в знак солидарности с коллегами играть на Олимпиаде нынешней осенью".

Хрупкое равенство
Каспаров давно уже говорит, что именно Крамник сменит его на шахматном троне. В 92-м чемпион мира использовал весь свой авторитет, чтобы 17-летний Володя Крамник был включен в сборную страны, отправлявшуюся на Всемирную олимпиаду в Манилу, где новичок показал абсолютно лучший результат.

Когда корреспонденту "Итогов" впервые довелось беседовать с тогда еще Володей Крамником, а было это в Москве на мемориале Алехина в том же 92-м, разговор о пророчестве Каспарова, конечно, возник. Крамник тогда заметил, что прогнозы пока делать рано – реализовать даже большой талант удается далеко не всем.

Крамнику это удалось – он единственный из активных гроссмейстеров, кто имеет в "классике" равный счет с чемпионом мира. И в этом смысле выбор Каспарова более чем логичен. Как понятен он и с материальной точки зрения. Отыскать деньги на матч с кем-то еще было бы очень трудно. Хотя первоначально Каспаров планировал встретиться с Виши Анандом. Но намеченный на прошлую осень матч с ним организовать так и не удалось, а в нынешнем году индийский гроссмейстер сам отказался от поединка. Скорее всего потому, считают многие авторитетные обозреватели, что шансы на победу у него призрачные. Слишком велик счет их личных встреч в пользу Каспарова, слишком силен у Ананда "комплекс догоняющего". Возможно, он решил подождать, когда чемпион в силу естественных причин начнет терять спортивную форму. Хотя ожидание это может и затянуться. Каспарову – 37, в этом возрасте Ботвинник впервые стал чемпионом мира.

И все-таки до недавнего времени многие шахматные авторитеты считали, что именно Ананд более достоин поединка с чемпионом. Нынешний год должен был заставить их изменить свою точку зрения. Супертурнир в Линаресе, где Крамник с Каспаровым поделили первое место, и недавнее состязание в Дортмунде, где Владимир выиграл у Ананда в очной встрече, показали, что Крамник – претендент номер один.

В предстоящем матче заметного преимущества ни у одного участника даже близко нет. Каспаров говорит об этом открыто и предвидит тяжелую борьбу. Крамник прогнозов не делает, но обещает биться до последнего. Ему давно пора было сыграть матч такого уровня, и не вина гроссмейстера, что годы его шахматного и человеческого взросления пришлись на период безвременья в шахматном мире.

При участии Якова Дамского