Оригинал материала
царь людей
За три десятка лет, что он правит Сирией, президент Хафез Асад проиграл Израилю все войны. Теперь он намерен любой ценой выиграть мир
Президент Асад на переговорах в Женеве (март 2000-го). (Фото: АР)
Переговоры Асада и Клинтона в Женеве мировая пресса задолго до их провала назвала "встречей последнего шанса". Тяжелобольной сирийский лидер, которому в нынешнем году исполняется 70, под оптимистические прогнозы прибыл в отель "Интерконтиненталь", откуда по случаю саммита пришлось срочно выселять постояльцев. Асаду отступать некуда, рассуждали дипломаты, это его последний шанс на мир с Израилем. Да и Клинтону, который до ухода из Белого дома изо всех сил стремится к прорыву на Ближнем Востоке, другой возможности уговорить упрямого сирийца может и не представиться.
Но Асад не уступил. Пять часов утомительных переговоров 26 марта не увенчались ни совместной пресс-конференцией, ни даже совместным коммюнике. Президент Сирии через своего пресс-секретаря обвинил Израиль в срыве переговоров (Асад готов возобновить их только при условии полного и безоговорочного ухода "оккупантов" с Голанских высот). Пресс-секретарь американского президента Джо Локхарт, тяжело вздохнув, признал, что "с точки зрения США, вести речь о продолжении переговоров с Сирией в ближайшем будущем смысла нет". Логика геополитики, сложные дипломатические конструкции, миллиарды обещанной помощи - все разбилось об ультимативную жесткость престарелого лидера нищей страны. Миру осталось только гадать, на что же рассчитывает немощный сирийский "лев" (именно так переводится с арабского фамилия Асад), отказываясь от посредничества супердержавы в переговорах с Израилем.
Поразительно, но президента, который "не смог поступиться принципами", в Дамаске встречали как победителя - не в силах одерживать победы, Асад давно научился выдавать за них поражения. Он потерял Голаны дважды - сначала в ходе "шестидневной войны" в июне 1967 года, когда занимал пост министра обороны. Затем - в октябре 1973-го, уже президентом, когда, пытаясь вернуть их Сирии, внезапно напал на Израиль во время праздника Йом Кипур (Судного дня), но потерпел сокрушительное поражение: израильские войска едва не вошли в Дамаск. Все это, однако, не мешает придворным подхалимам сравнивать своего правителя с великим полководцем Средневековья Саладином - тем самым, который в XII веке возглавил победоносную борьбу мусульман против крестоносцев, а впоследствии основал династию Айюбидов.
Сейчас самый давний враг Израиля в регионе рискует потерять Голаны в третий раз - уже навсегда. И хотя Тель-Авив по-прежнему надеется договориться о мире, возмущенные непримиримостью Асада израильтяне называют его не иначе, как "старым деспотом", "маразматиком" и "упрямым мулом".
Первым делом - самолеты
В полном соответствии с восточной традицией клан Асада - это гигантский организм, включающий в себя десятки семей и сотни близких и дальних родственников. Сам Хафез - девятый из 11 детей небогатого крестьянина Али Сулеймана - родился 6 октября 1930 года в местечке Кардаха, вблизи портового города Латакия. У брата отца было семь детей. Три тетки Асада также произвели на свет множество двоюродных братьев и сестер будущего президента.
Из многочисленной родни в люди выбился один Асад, остальных он подтянул к власти позже. Уловив веяние времени - только что избавившиеся от колониальной зависимости арабские государства старательно ковали собственную элиту, прежде всего военную, - Асад, как только крестьянским детям открыли двери в военные школы, сразу поступил в летное училище. Тем же путем шли наверх и другие - египетские президенты Гамаль Абдель Насер, Анвар Садат, Хосни Мубарак, ливийский лидер Муаммар Каддафи, президент Туниса Бен Али.
Уже в начале 50-х стало ясно, что схожая карьера и происхождение определяют мировоззрение. Служение независимости понемногу трансформировалось в панарабский национализм (Асад до сих пор выступает за создание "Великой Сирии" - с Палестиной, Ливаном - вплоть до Евфрата). А мечта крестьян-феллахов о справедливости - в причудливую смесь "социализма с исламским лицом". Соответствующая идеология к тому времени уже была оформлена в политическую платформу Партией арабского социалистического возрождения (БААС).
Асад вступил в нее еще старшеклассником. Позже, когда революция 1952 года привела к власти полковника египетской армии Насера, будущий сирийский президент стал его рьяным поклонником. Став у руля государства в 1971-м, Асад потребовал, чтобы приветствовавшие его толпы кричали сначала "Насер!", а потом - "Асад!". Еще раньше, в 1968-м, партия БААС пришла к власти в Ираке - одним из ее лидеров был небезызвестный Саддам Хусейн.
Региональная геополитика - войны с Израилем, а также противостояние Востока и Запада - накладывала на арабских "социалистов" свой отпечаток. На пути к власти будущие лидеры выбирали себе в союзники сверхдержаву. В пилоте ВВС Сирии Хафезе Асаде, проходившем в 60-е годы стажировку в СССР на базе Луговая, Москва углядела еще одного прогрессивно настроенного военного, способного в перспективе отстроить очередной форпост социализма на Ближнем Востоке. Эта иллюзия обошлась в 11 млрд. долларов, которые Сирия должна сегодня России только по военным поставкам.
Сирия в Асаде
Путь Асада во власть вымощен государственными переворотами. Первый, совершенный офицерами-"баасистами" 23 февраля 1963 года, сделал его командующим ВВС, а потом и министром обороны. Второй делал уже сам Асад: опираясь на так называемое "движение исправления" внутри партии, в ноябре 1970-го он отдал приказ об аресте "старших товарищей" - президента Нуреддина Атаси и лидера БААС (и своего учителя) Салаха Джедида. Важная деталь: за 24-летнюю историю независимой Сирии (последний французский солдат покинул ее территорию в 1946 году) это были соответственно перевороты # 21 и # 22.
С тех пор Асад у власти почти 30 лет, перевороты прекратились, но "работа над ошибками" идет постоянно. В "трудной" стране, где удержать власть гораздо сложнее, чем ее захватить, делать ставку исключительно на преданность армии, "социализм с исламским лицом" или дружбу с Москвой рискованно. Новый президент Сирии (Асад стал им после референдума 12 марта 1971 года) пошел иным путем: меняя программные установки, региональных и геополитических союзников, он расставлял на все посты "своих". "Ближний круг" составили родственники самого Асада (прежде всего братья Рифаат и Джамиль, поставленные соответственно во главе спецназа и спецслужб) и его жены Анис Махлюф. "Дальний" - члены алавитской общины, составляющей не более 10 процентов мусульманского населения Сирии. Первое не было новостью для Востока, второе можно считать "ноу-хау".
Дело в том, что Асад - первый представитель алавитской общины, сумевший подняться так высоко. Алавиты (то есть "почитающие имама Али") - изгои в глазах мусульман-суннитов (они составляют 70 процентов населения Сирии) и шиитов (вторая по численности группа). Больше того, поскольку алавиты не признают основных мусульманских заповедей (молитвы, паломничества, поста, обрезания, пищевых запретов), поклоняются солнцу, луне и звездам, отправляют культ на кладбищах, причащаются хлебом с вином и вдобавок читают Евангелие, исламские авторитеты раньше не признавали их мусульманами. Лишь после того как Асад стал президентом, имам Муса Садр издал "фетву" (религиозный декрет), признавшую алавитов шиитской подсектой и, стало быть, мусульманами.
Неудивительно, что установление военной диктатуры презираемой и гонимой общины, вызвало глубокий протест в исламской стране: по мере того как алавиты занимали ключевые посты в правительстве, армии и спецслужбах, негодование росло. При этом любые выступления против засилья "необрезанных иноверцев" подавлялись огнем и мечом. Самым драматическим эпизодом стали события в Хаме, третьем городе Сирии, в 1982 году. Вооруженное выступление суннитов из фундаменталистской организации "Братья-мусульмане" с призывом к "джихаду" против президента Рифаат Асад, в ту пору командующий спецназом, подавил артиллерийским огнем. По подсчетам западной прессы, тогда погибло около 20 тысяч жителей.
Президентский культ становился неотъемлемой частью жизни сирийцев: его портретами увешали улицы и базары, ими пестрят газетные полосы, его именем названы театры, аэропорты и университеты. Любопытно, что хозяин и вождь предстает перед согражданами исключительно в штатском: едва став президентом, Асад военную форму снял. Еще на заре своего президентства он выбрал образ - нечто среднее между сельским учителем и законопослушным буржуа. Чтобы придать мягкость его угловатой фигуре, Асаду специально шили длинные, чуть мешковатые пиджаки и великоватые брюки. Специалисты поработали над президентской походкой (вождь должен ступать твердо, но не как на плацу) и речью (в командном голосе стали слышны доверительные интонации).
Выбор имиджа не был случайным. Своим подчиненным Асад объяснил его так: "Неважно, как и какие решения я принимаю. Но сирийский народ и Запад должны привыкнуть к тому Асаду, который всем нравится и всех устраивает".
Своя игра
Форма, казалось, отлично подошла к содержанию. Заняв президентское кресло в исключительно сложный момент (поражения в двух войнах с Израилем поставили Сирию на грань истощения), новый президент не мог только карать. Чтобы выправить положение и удержаться у власти, ему нужно было сплотить население и получить мирную передышку.
Параллельно со строительством клановой вертикали исполнительной власти в публичной политике Асад сделал упор на консолидацию населения вокруг партии БААС. Был создан Национальный прогрессивный фронт (от коммунистов до националистов), принята Конституция, по которой Сирия объявлялась "народно-демократическим государством с социалистической плановой экономикой". Правда, социализм по-сирийски ограничился, главным образом, укрупнением госсектора. Капитализму, впрочем, тоже не дали хода: ему отдали на откуп сельское хозяйство, торговлю и мелкую переработку. По сути национальная экономика, как и госаппарат, были поставлены на службу семьи. В СССР на все это закрывали глаза: куда больше, чем строительство социализма, Москву интересовала военно-морская база в средиземноморском порту Тартус.
Основные бои тем временем разворачивались на внешнеполитическом фронте: лидер обделенной природными ресурсами Сирии быстро понял, что главным богатством страны является геополитическое положение - без согласия Дамаска мир на Ближнем Востоке недостижим. После двух поражений в войнах с Израилем Асад начал было проявлять прагматизм. Провозгласив своей целью "всеобъемлющее урегулирование ближневосточного конфликта", он даже сел за стол переговоров с израильтянами в Шарм аш-Шейхе (Египет) и, как ни странно, вовсе не настаивал на возврате Голанских высот. Эту "свою игру" сирийского президента немедленно оценили даже те, кто его не жаловал. Так, президент США Никсон назвал Асада "гением", а госсекретарь Киссинджер - "самой интересной личностью на Ближнем Востоке". Позже, рассчитывая на подключение Дамаска к мирным переговорам, комплименты сирийскому лидеру отпускал архитектор Кэмп-Дэвида президент Картер.
Попробовав себя в качестве миротворца, Асад к концу 70-х отчетливо ощутил, что примирившаяся с "сионистским врагом" Сирия и он сам мало интересны арабскому миру. А потерявший лидерство Асад автоматически не интересен и Западу. Президент снова поставил на конфронтацию и приступил к целенаправленному воспитанию граждан в ненависти к еврейскому государству.
В начале 90-х выяснилось, что законсервировать конфронтацию на Ближнем Востоке не удалось. "Предательство" палестинца # 1 Ясира Арафата, договорившегося в Осло с израильтянами, и давление со стороны США снова усадили Асада за стол переговоров с Израилем. Понимая, что переход от противостояния с Тель-Авивом к миру (с открытием посольств и границ) неизбежно превратит его из "вождя нации" в "изменника родины", Асад вот уже десятилетие играет на грани фола. "Сирийскому льву" просто стало некуда прыгать: с одной стороны, он не может захлопнуть дверь для переговоров, с другой - не имеет маневра, чтобы их продолжать. Ультимативное требование "вернуть Голаны - потом мириться" есть, по сути, не что иное, как попытка загнать мирный процесс в тот же тупик.
К тому же роман Дамаска с Москвой кончился: развал СССР лишил надежд на щедрость "старшего брата", пришлось круто разворачиваться в сторону Запада. Забыв свои заявления об "арабской солидарности", Асад в 1991 году вступил в коалицию против "товарища по партии" БААС Саддама Хусейна и даже послал войска в Саудовскую Аравию. Особых дивидендов это не принесло: поскольку Дамаск при этом продолжал поддерживать террористические группировки типа "Хезболлах" и "Исламского джихада", блокируя мирное урегулирование в Ливане, Сирия оказалась в "черном списке" госдепартамента США. По мнению западных экспертов, сегодняшняя Сирия - это страна, у которой в действительности нет ни настоящих союзников, ни партнеров.
На что же рассчитывает президент Асад, превративший свою страну в изгоя мирового сообщества? Многие утверждают, что на американскую помощь. Асад понимает, что с его смертью алавитам может грозить полное уничтожение. Сохранить статус-кво могут лишь США: выступив гарантом израильско-сирийского мира, они будут вынуждены защищать авторитарный режим алавитского меньшинства.
Семейное фото. Стоят: сыновья Махер, Башар, Басель, Маджид и дочь Бушра. Сидят: Хафез Асад и его жена Анис. (Фото:Еast News/Gamma)
Семья и наследники
Сегодня ни для кого не секрет, что дни вождя сочтены: он перенес несколько инфарктов, болен сахарным диабетом в тяжелейшей форме. Как утверждают западные медики, у "сирийского льва" также обнаружена лейкемия - рак крови. Врачи обращают внимание на то, что во время редких публичных выступлений Асад все чаще надевает на голову любимую кепку, чтобы скрыть последствия химиотерапии.
Он с трудом передвигается и с еще большим трудом говорит. Доходит до того, что Асад, ранее способный произносить многочасовые речи под палящим солнцем, часто теряет нить разговора. Его постоянному переводчику Бутену Шаабану нередко приходится "переводить" фразы, которые президент не произносил, и наоборот.
В докладе ЦРУ, переданном недавно Израилю, утверждается, что сирийский президент страдает "прогрессирующим слабоумием", что означает "состояние угасающего рассудка, часто с эмоциональной апатией". Израильская разведка считает, что смерть Асада "вполне вероятна уже в этом году". Такие оценки делают вопрос о преемнике центральным в сирийской политике.
Строго говоря, выбирать Асаду не из кого. Старший сын Басель, которому он хотел передать власть и которого любили в армии и народе, погиб еще в январе 1994 года в автокатастрофе. Ее обстоятельства не выяснены до сих пор, но молва упорно связывает его гибель с кампанией по борьбе с коррупцией и наркоторговлей, развернутой наследником Асада перед смертью. Особый драматизм ситуации придает то, что главными наркобаронами в Сирии западные спецслужбы считают младших братьев президента - Рифаата и Джамиля.
Отвергнув кандидатуры двух других сыновей - 21-летний Маджид тоже замешан в наркоторговле, а 31-летний Махер известен скандальными похождениями и неуемной страстью к прекрасному полу, - Асад остановил свой выбор на 35-летнем Башаре, враче-офтальмологе. Тот, правда, никогда не интересовался политикой и не служил в армии (что является серьезным недостатком для потенциального "престолонаследника"), но после долгих уговоров отца согласился. Вот уже шестой год все оставшиеся силы, энергию и изобретательность "сирийский лев" использует для того, чтобы сломить сопротивление военно-бюрократической элиты.
Сначала он назначил Башара своим политическим советником. Затем заставил надеть военную форму и в звании капитана прикомандировал к президентской охране - Дивизии республиканской гвардии. Одновременно Асад приставил к сыну опытных генералов, которые занимаются его военным образованием по индивидуальной программе.
Расчищая Башару дорогу на "трон", Асад удаляет с ключевых постов тех, кто недоволен деятельностью преемника, в том числе и "старую алавитскую гвардию" - никакая относительно крупная фигура не должна мешать "престолонаследнику". Чтобы завоевать любовь масс, отец поручил ему довести до конца кампанию по борьбе с коррупцией, начатую Баселем, а заодно наделил правом миловать арестованных.
Удастся ли Асаду усадить сына в президентское кресло? Башар слишком молод - ему 35, а сирийская конституция позволяет баллотироваться на пост главы государства с 40-летнего возраста. Продержится ли Асад еще пять лет? Вряд ли. Скорее уж, шутят в Дамаске (разумеется, вполголоса), президент либо изменит конституцию, либо подделает свидетельство о рождении сына.
Хозяин Дамаска не спускает глаз со своих подданных, которые, впрочем, его не замечают. (Фото: АР)