Оригинал материала
Пересадка госорганов
Так и не понятно, что кроется за идеей создания Госсовета: желание президента сконцентрировать всю власть в своих руках или попытка возместить моральный ущерб губернаторам
(Фото: EPA)
В ходе кампании по изгнанию нынешних сенаторов из верхней палаты парламента президент Путин заверил разобиженных губернаторов, что, отнимая у них мандаты членов Совета Федерации, он вовсе не намерен таким образом закрывать им доступ к своей особе. Для того чтобы связь главы государства с регионами не прервалась, решено было даже создать новый орган - Госсовет. На сегодняшний день гамлетовский вопрос - быть или не быть, - похоже, уже не стоит: во всяком случае у кремлевской администрации никаких сомнений необходимость Госсовета уже не вызывает. Правда, до сих пор не ясно, как Госсовет будет формироваться, сколько в нем будет членов, кто именно войдет в его состав и, главное, какой статус ему будет придан, какими, соответственно, полномочиями он будет наделен, каковы будут его функции в системе государственной власти.
Кажется, меньше всего сомнений у президентских советников в отношении комплектования "личным составом". Кремлевские чиновники тут категорически против идеи "клонирования" Совета Федерации, а потому, по их мнению, нет никакой необходимости включать в состав Госсовета всех действующих губернаторов: достаточно, мол, будет человек двадцати - преимущественно глав регионов-доноров, кандидатуры которых должен утверждать своими указами президент. А вот относительно компетенции Госсовета в Кремле нет никакого единодушия. Задумывался этот орган как факультативный и совещательный, но уже сейчас идут разговоры о возможности "придания ему конституционного статуса", то есть закреплении положения о Госсовете в Основном законе. В перспективе, считает начальник Главного территориального управления администрации президента Сергей Самойлов, к нему перейдет часть полномочий верхней палаты парламента, в частности ключевые кадровые назначения, объявление войны и мира, введение чрезвычайного положения.
Однако даже то, что считают очевидным обитатели Кремля, вовсе не является таковым для губернаторов, которых все это непосредственно касается. Скажем, президент Татарстана Минтимер Шаймиев поддерживает и саму идею создания Госсовета, и мысль о том, что сей орган должен быть наделен реальными полномочиями. Но он настаивает, что в совете должны присутствовать представители - читай: "руководители" - всех 89 регионов. В противном случае, поддержал Шаймиева глава Волгоградской области Николай Максюта, "все сведется к губернаторскому клубу, без конкретной ответственности и обязанностей". Вообще послушать многочисленные выступления региональных лидеров, так больше всего их волнует именно вопрос о том, все ли они окажутся в Госсовете или же членство в нем станет уделом избранных.
С особым мнением по этому поводу выступил Анатолий Лукьянов, председатель думского Комитета по государственному строительству, в котором, судя по всему, будет готовиться проект закона. Он как никто другой знает, что полномочия любого органа в первую очередь зависят от "веса" персон, входящих в его состав. Анатолий Иванович убежден, что Госсовет должен стать своеобразным "расширенным Советом безопасности". Кроме министров-силовиков, в него, по мнению товарища Лукьянова, должны войти главы Верховного, Конституционного и Арбитражного судов, председатели обеих палат Федерального собрания, лидеры думских фракций и т. д.; местная же власть должна быть представлена лишь семью президентскими наместниками в федеральных округах и руководителями крупных межрегиональных социально-экономических ассоциаций.
Возглавить Госсовет должен лично глава государства, таково общее мнение. Против выступил лишь президент Ингушетии Руслан Аушев, предложивший восстановить для этих целей пост вице-президента. Но будущий председатель не торопится объяснить, каким он видит Госсовет, поэтому пока наблюдателям остается лишь строить предположения. В том числе и о том, какую же цель преследует Владимир Путин, активно поддерживая идею создания подобной структуры.
Возможно, президент действительно предполагает придать Госсовету конституционный статус - глава государства уже заявил о "полезности" такого шага. При этом условии странно было бы ожидать, что Владимир Владимирович поддастся на уговоры включить в его состав всех 89 губернаторов: потеряет смысл вся затея с реформированием сената - стоило городить такой огород, когда можно было ограничиться переименованием Совета Федерации в Госсовет. Особенно если учесть, что передача новоявленной структуре фактически всех функции верхней палаты парламента, кроме обязанности "визировать" принятые Думой законы, потребует внесения серьезных изменений в действующий Основной закон. Конечно, в Государственной думе подавляющее большинство депутатов настроены на "конструктивное сотрудничество с властью", но этого явно не достаточно для того, чтобы "подправить" Конституцию - процедура эта долгая и многоступенчатая. Даже зная, сколь изощренными бывают идеи президентских советников, трудно предположить, что они могли выбрать столь сложный путь для преобразования парламента в однопалатный.
Если же вся затея с Госсоветом сводится к созданию клуба губернаторов - президентских любимчиков, и в Госсовет войдет лишь небольшая группка наиболее лояльных президенту региональных лидеров, которых он к тому же сможет менять по своему усмотрению, то, во-первых, Владимир Путин рискует окончательно испортить и без того натянутые отношения с главами субъектов Федерации, а во-вторых, навлечет на себя вполне обоснованные обвинения в попытке сконцентрировать всю власть в своих руках. Потому как, если Госсовет получит-таки хотя бы малую часть реальных полномочий верхней палаты парламента, это будет означать только одно - Владимир Путин ступил на скользкий путь белорусского батьки Лукашенко. Ведь фактически речь пойдет о том, что власть исполнительная (в лице президента) станет формировать законодательную, а это не что иное, как отказ от одного из основополагающих демократических принципов - принципа разделения властей.
Не исключен, правда, и третий вариант - изначально предполагается создание органа чисто декоративного и абсолютно безобидного. Совет Федерации всегда служил губернаторам своеобразной площадкой для "решения вопросов" в Москве. Потеряв ее, они рискуют оказаться в унизительной роли обычных ходоков-просителей из провинции. А потому версия о том, что создание Госсовета - попытка эту площадку сохранить для тех, кто заслужит право разместиться на ней прилежной поддержкой президентских инициатив, - выглядит вполне правдоподобно.
Складывается впечатление, что больше всего региональных лидеров волнует вопрос о том, все ли они окажутся в госсовете или же членство в нем станет уделом избранных (Фото: Руслан Ямалов)
На эту мысль наводит и появившийся на прошлой неделе проект президентского указа об упразднении Политического консультативного совета (ПКС). Если кто забыл, напоминаем: в 1996 году, когда в результате парламентских выборов в Госдуме оказались представлены лишь 4 партии из 43, Борис Ельцин преобразовал Общественную палату в вышеозначенный ПКС, куда и пригласил войти всех тех, кто в декабре 1995-го не преодолел пятипроцентный барьер и таким образом выпал из активной политической жизни. Возглавил тогда совет оставшийся без депутатского мандата экс-спикер Государственной думы Иван Рыбкин. Четыре года о ПКС не было ни слуху ни духу, и лишь теперь, когда встал вопрос о его упразднении, стало известно, что все это время 12 его палат бились над разрешением проблем в самых разных областях: права человека, внешняя политика, экономика, "социалка", право и федеративное устройство, местное самоуправление и региональная политика, национальные отношения, оборона и безопасность, наука, образование и культура, информационная политика, общественные объединения и конфессии - ничто не укрылось от внимания членов ПКС. Возможно, новый президент просто решил, что 4 года - вполне достаточный реабилитационный период для проигравших на выборах в 1995-м и настало время провести сеанс психоанализа со свежеобиженными губернаторами, дав им почувствовать свою нужность.