Космос и балалайка

На постаменте перед монолитным экраном Центра управления полетами стоит пара клавишных гуслей. Над музыкантами с балалайками огромных размеров — басом и контрабасом — висит макет орбитальной станции «Мир». Левее расположилась внушительная струнно-щипковая группа, состоящая из домр и балалаек всевозможных диапазонов. Вместе с дирижером ансамбль пробирается сквозь новейшие партитуры молодых российских композиторов.

Такой концерт вполне мог бы сойти за игру воображения, если бы и вправду не случился: Государственный академический русский народный ансамбль «Россия» имени Л.Г. Зыкиной исполнил в Музее космонавтики сочинения финалистов композиторской лаборатории «Открытый космос». Девять композиторов — почти все живут в Москве, в меньшинстве резиденты Петербурга и Базеля — за лето придумали, как с помощью музыки установить контакт между космосом и фольклорным коллективом. Перед концертом руководитель лаборатории композитор Дмитрий Курляндский признался, что до последнего не верил в сочетаемость космической тематики, народных инструментов и новой музыки. Впрочем, непреодолимая пропасть между ними скорее мнимая: идеи космизма увлекали многих художников русского авангарда, а космос для нас — такой же национальный символ, как и условная балалайка.

Звуки русского народного космоса вышли разными, но удивительно органичными. В «Бесконечности» Анастасии Кадыши актер Вячеслав Корниченко декламировал мысли Циолковского, на которые накатывали тревожные звуковые волны. Михаил Пучков нашел музыкальность в принципах работы прибора для дешифрования аэроснимков — интерпретоскопа: его способность многократно увеличивать (изменять длительность) и переворачивать (пускать в ракоходе) фотографии композитор отобразил в постепенно расширяющейся фразе баянов, которые в конце выдувают минутную стену звука. Повисшие в баянном тумане статичные звуки «Солнечного ветра» Дмитрия Тимофеева прервали энергичные движения перенастроенных щипковых в «Particle» Натальи Прокопенко. Звонкие металлизированные крещендо «Fe_Ni» Анны Поспеловой — музыканты использовали монеты в качестве медиаторов — создали звуковой образ раскаленного метеорита из никеля и железа и завершили первое отделение.

И без современной музыки звучание народного ансамбля инопланетное. Звуки он издает отрывистые, быстро затухающие и довольно тихие, преобладают щипковые инструменты, а единственная альтернатива объемному и глубокому звучанию струнных и духовых групп классических оркестров — три баяна и жалейка. Это ограничение многие композиторы трактовали довольно прямолинейно: баян становился подложкой для пиццикатного саунда балалаек, домр и гуслей. Со специфическим инструментарием «России» лучше всех справился Владимир Горлинский. Его балалаечно-домровый «Хорал» гипнотизировал потоком тремоло, в котором будто бы случайно появлялись и исчезали солисты — музыканты передавали друг другу пульсации, какие-то из них ненадолго выходили на передний план, но вскоре терялись в общем звучании.

В финале концерта Кирилл Широков, Даниил Пильчен и Дарья Звездина предложили еще один вариант космоса: произведения этих композиторов исполнялись одновременно. Эта будто бы хулиганская выдумка в стиле Джона Кейджа прозвучала как цельное произведение большой формы. Задавали тон громкие и одинокие фразы подзвученной домры («In the space there is nothing but Loneliness» Звездиной) и бесконечные снижения расстраиваемых струнно-щипковых («Thirty Pages» Широкова). Еще два произведения — для аккордеонов (Широков) и для альтовых домр и клавишных гуслей (Пильчен) — служили тембровыми рамками общей конструкции.

Возможно, главным открытием концерта стало минимальное сопротивление между музыкантами народного ансамбля и новой музыкой; наверняка здесь есть большая заслуга внимательного и спокойного дирижера Дмитрия Дмитриенко. «Открытый космос» показал, что молодым композиторам и народному ансамблю интересно друг с другом. Контакты должны продолжаться — композиторы смогут исследовать terra incognita уникального народного инструментария, а у коллектива появятся новый репертуар и публика. Впрочем, и первая встреча не останется вещью в себе: к ноябрю выйдет 3plet-альбом со студийными записями всех прозвучавших произведений (следите за новостями на сайте ансамбля), а у «России» есть планы играть новые партитуры на ближайших концертах.