Памяти Л.И. Пономарёва (1937 — 2019)

Год, едва начавшись, обернулся печальной потерей. 3 января 2019 года внезапно скончался Леонид Иванович Пономарёв. Отец мю-катализа, автор книги «Под знаком кванта», бесстрашный порядочный человек, академик РАН.

Леонид Иванович родился 12 февраля 1937 года в Донецкой области. Учился сначала в Московском химико-технологическом, затем перевелся на физфак МГУ. По окончании университета в 1963 году был принят на работу в лабораторию теоретической физики в ОИЯИ в Дубне. Его учителем стал Семён Соломонович Герштейн, и не только учителем – соратником и другом на всю жизнь.

Главным делом Леонида Ивановича стал мюонный катализ. Его идея восходит к Ч. Франку, А. Д. Сахарову и Я. Б. Зельдовичу, но одно дело выдвинуть идею, другое — проработать ее в деталях, вплоть до «технического задания». Мюонный катализ по сути – холодный термоядерный синтез: единственный его реалистичный вариант.

Обычный термоядерный синтез требует огромных температур из-за кулоновского барьера: чтобы ядра дейтерия и трития слились, две одноименно заряженных частицы должны преодолеть кулоновский барьер, для чего нужна большая кинетическая энергия. Мюон с отрицательным зарядом, будучи на два порядка тяжелей электрона, «сев» на ядро дейтерия или трития, образует атом, а потом и мюонный молекулярный ион, где и происходит реакция синтеза. Таким образом он экранирует кулоновский заряд ядра, и синтез протекает легко и быстро. Мюон живет всего лишь две микросекунды, но по оценкам, которые впервые сделал Леонид Иванович, за это время успевает катализировать больше сотни слияний ядер, выделив энергию порядка 2000 МэВ — в 20 раз больше энергии его массы покоя.

Дальше начинается сложная кухня: сколько надо затратить энергии, чтобы родить, направить в нужное место и затормозить мюон – целое направление, лидером которого стал Леонид Иванович. Современное состояние проблемы: сам по себе мюонный катализ немного не дотягивает до положительного энергетического выхода, но в комбинации с обкладкой из урана-238, которого очень много и который бесполезен в обычных реакторах, оказывается вполне эффективным. Возможно, это дело будущего, а пока достаточно более простых источников энергии. Жареный петух еще не клюнул.

Конечно, это не единственный вклад Леонида Ивановича в науку и технологии. Кроме чисто теоретических работ он занимался такой областью, как «жидкие ТВЭЛы» – реакторы на основе растворов солей урана.

Второе, чем Леонид Иванович запомнится следующим поколениям, – великолепная научно-популярная книга «Под знаком кванта» (название первого варианта этой книги – «По ту сторону кванта»). Это не просто хорошая и ясная книга про квантовую механику, она написана прекрасным литературным языком, к ней вполне подходит эпитет «художественная». Книга выдержала много изданий на русском, переведена на 16 языков, в некоторых странах используется как учебник квантовой механики, в 2009 году Леонид Иванович получил за нее премию «Просветитель».

Он не очень интересовался политикой, имея свои убеждения, не был «борцом», просто был честным порядочным человеком. Но бывает и так, что жизнь бросает на амбразуру тех, кто далек от воинственности. Тут и выясняется, чего человек стоит. Многие в таких случаях, как говорится, портят себе некролог. Леонид Иванович не испортил. Однажды на Отделении общей физики и астрономии РАН проходили перевыборы директоров институтов. На продление должности директора института претендовал человек, не слишком квалифицированный как ученый, но приближенный к власти и отличающийся огромным аппетитом. Для него этот директорский пост был лишь одним из множества высоких постов. Не будем омрачать эту прощальную заметку его фамилией.

Когда дошло до обсуждения кандидата, Леонид Иванович, работавший под его началом, мог бы промолчать, но не промолчал, а открыто дал кандидату ряд оценочных суждений, подкрепленных фактами. Отделение проголосовало против переназначения. Леонид Иванович знал, на что шел, – ему пришлось сменить место работы, расправа над его лабораторией не заставила себя долго ждать; забаллотированный кандидат, получив пощечину, сохранил основные посты и влияние… Стоило ли выступать? Безусловно! Это немного очистило атмосферу, немного подняло настроение и веру в то, что все эти «приближенные к телу» с непомерным аппетитом – явление сугубо временное. Хорошо бы, чтобы пример Леонида Ивановича оказался заразительным.

Редакция «Троицкого варианта» выражает соболезнования родным и близким Леонида Ивановича, его коллегам, друзьям и ученикам.

Борис Штерн

\

\

\

\