: Граждане, меньше сидите!

Медведев опять смягчает уголовное законодательство. Клевета стала административным преступлением, наркоманов-преступников будут лечить и так далее. Однако складывается впечатление, что гуманизация уголовного законодательства призвана заменить неудачную судебную реформу.

Президент Дмитрий Медведев внес на рассмотрение в Госдуму поправки к Уголовному кодексу. Об этом Медведев сообщил на встрече с министром юстиции Александром Коноваловым.

По словам Медведева, законопроект «делает уголовный закон более современным, устраняет устаревшие нормы, которые переходили из одного кодекса в другой и часто не выполнялись». В частности, документ переводит оскорбление и клевету из разряда уголовных преступлений в административные.

Иллюстрация: Сергей Елкин

Коновалов предложил создать в России специализированную службу по исполнению наказаний, не связанных с лишением свободы. Эта служба будет призвана обеспечивать профилактику правонарушений и рецидива, социальные обустройство людей, отбывших наказание за преступления. Медведев согласился рассмотреть такой законопроект.

«К категории преступлений небольшой тяжести предлагается отнести умышленные и неосторожные деяния, за совершение которых максимальное наказание в виде лишения свободы не превышает трёх лет, а не двух лет», говорится в пояснительной записке к законопроекту.

Кроме того, суд сможет исправительные работы для тех, у кого работа есть, по основному месту работы. При совершении преступлений небольшой тяжести будут сажать только при наличии отягчающих обстоятельств. Наркоманам, совершившим преступления небольшой и средней тяжести, будет предоставлена отсрочка на время лечения, а после лечения бывшие наркоманы могут быть и вовсе отпущены. В законопроекте еще целый ряд инициатив, направленных на смягчение уголовного законодательства, например, в части пресечения силового рейдерства.

Общий тренд на смягчение уголовного законодательства — фишка президента Медведева.

В Послании 2010 года он так обосновал необходимость новаций по гуманизации уголовного права: «О том, что это законодательство должно быть жестким, но в то же время современным и гуманным в разумном смысле этого слова, а восстановление справедливости посредством правосудия и защита прав потерпевших не должны приводить к пополнению преступного мира большим количеством новых кадров».

Одним из побочных эффектов смягчения наказания станет снижение тюремного населения. Впрочем, как мы уже писали, снижение численности зэков — волнообразный процесс и вслед за смягчением рано или поздно последует ужесточение. После того, как обнаружится, что имеет место бурный рост преступности (см. Грядущее «холодное лето»).

В остальном гуманность стоит приветствовать более, нежели кровожадность.

Каковую сегодня же продемонстрировал в тексте, опубликованном в «Независимой газете» спикер Госдумы Борис Грызлов, предложивший решить проблему наркомании путем «профилактической меры»: введения уголовной ответственности за употребление наркотиков.

Очевидно, что реакция Грызлова свидетельствует о более чем серьезном недовольстве всяческой либерализацией уголовного законодательства от Дмитрия Медведева в силовой среде (хотя политически Грызлов выбрал крайне неудачный момент для публикации — получился практически спор спикера с президентом). Сам спикер руководил МВД и часто выступает с инициативами, которые предлагают силовики. Так, после терактов в московском метро Грызлов обвинял журналистов в пособничестве террористам. В данном случае в ходе написания текста статьи автор явно пользовался наработками Федеральной службы по контролю за наркотиками.

Гуманизация уголовного законодательства, сколь бы против не выступали силовики, не решает системной проблемы иного характера. Российское правосудие носит карательный характер, работая в связке с прокуратурой. Покуда этот обвинительный уклон сохраняется, будет сохраняться и порочная практика вынесения несправедливых приговоров.

Результатов же судебной реформы пока разглядеть не очень получается.

В принципе и инициативы по гуманизации законодательства можно объяснить в духе косметических мер вместо капитальных реформ судебной системы. Если уж невозможно, чтобы суды перестали сажать невиновных, то надо, по крайней мере, сажать их ненадолго, а если статья позволяет — так и вовсе не сажать.