Экологическая катастрофа в Нижегородской области: история одной аферы

«Черная Дыра» в Нижегородской области с высоты птичьего полета, Дмитрий Беляков для «Репортера»

С 2011 года в Нижегородской области рекультивируют три полигона отходов: они токсичные, отравляют природу более тридцати лет. Работы должны были закончить в мае 2020 года, но этого не случилось: местные власти говорят, что нашли новые загрязнения, которые вскрылись в процессе работы.

Однако местные экологи им не верят: по их словам, подрядчик выкачивает не загрязнения, а 7 млрд бюджета в офшоры. И это не обычный «распил», а хлестаковщина: глава компании выдает себя за «человека от Патрушева» — брата бывшего главы ФСБ, а справиться с государственной бюрократией ему помогает замминистр Минприроды.

Историю о том, как, возможно, в современной России человек придумал себе «могущественного покровителя», получил огромный контракт от государства с помощью партнера-бюрократа и четыре года имитировал ликвидацию экокатастрофы, рассказывает издание «Репортер». Мы выбрали главное для вас из этой истории. Полную версию вы можете прочитать здесь и здесь.

В Нижегородской области к концу мая должны были ликвидировать три полигона промышленных отходов за 7 млрд рублей. Этого не случилось.

«Черная дыра» — химические отходы от заводов, около 72 тысяч кубометров жидких и пастообразных, полимерных и хлорорганических отходов, сваленных в Карстовое озерцо с 1960 по 1980 годы. «Белое море» — действовавший с 1973 года шламонакопитель щелочных отходов площадью 55 гектаров. Полигон твердых бытовых отходов «Игумново» наполнялся 30 лет.

Рекультивация этих мест была заявлена в 2011 году после того, как Дмитрий Медведев (на тот момент — президент России) увидел свалки.

Работы начинались сложно: в 2014 году судили директора Департамента стратегического развития Дзержинска за злоупотребления в ходе работы над ликвидацией свалок. А в 2015-м посадили подрядчика, управлявшего местной «оошечкой», с которой ранее администрация Дзержинска заключила контракт. Компания «Экорос», вместо проектирования работ по ликвидации трех объектов, всю работу вела лишь на бумаге. В марте 2016 года Медведев поручил создать единого подрядчика на все три объекта. Им стало ООО «Газэнергострой — Экологические технологии». Тогда и появился контракт в 7,4 млрд рублей.

Сумма контракта вызывает вопросы. Как говорит Олег Митволь, председатель общественного движения «Зеленая альтернатива», бывший заместитель руководителя Росприроднадзора, подобные работы могут стоить 1–1,5 млрд рублей.

Сейчас местные власти говорят, что проблема связана с тем, что на месте обнаружили дополнительно 5,562 куба пастообразных отходов. Сразу исследователи не заметили, что под «дном» озера — еще слой загрязнений.

Местные экологи считают версию властей несостоятельной: современные технологии позволяют оценить размер загрязнений заранее и с высокой точностью. Они предполагают, что цифры выдумываются, а на самом деле там просто ничего не происходит. Экологи также сравнили съемки полигонов: за два года (если работы велись) водоемы должны были уменьшиться гораздо сильнее, чем есть сейчас.

Еще одна проблема — оборудование. Как рассказывает Максим Шингаркин, депутат Госдумы VI созыва, учредитель общественного регионального экологического фонда «Гражданин», «фальшивые термолизные реакторы» были смонтированы в цехе обращения с ТКО на космодроме «Восточный». Позже их признали негодными и вернули. Но глава «Газэнергостроя» Сергей Чернин придумал, как их использовать: он вывез негодное оборудование в Прибалтику, где реакторы перекрасили и поставили в Нижегородскую область. Это стоило 1,6 млрд рублей.

Компания-подрядчик

Компанию «Газэнергострой» для работ в Нижегородской области рекомендовала (в числе прочих) Общественная палата, в которой комиссию по экологии и охране окружающей среды возглавлял Сергей Чернин — президент «Газэнергостроя».

До этого у ООО «Газэнергострой — Экологические технологии» не было ни госконтрактов, ни опыта по ликвидации особо опасных химикатов. На момент принятия решения правительством фирма не имела лицензии на обращение с такого рода ядовитыми отходами, которые содержались в «Черной дыре». Лицензию на утилизацию вредных отходов компания получила только в 2019 году — через три года после заключения госконтракта.

Структура компании тоже туманна: ее учредитель — фирма «Союзэнерго». А ее учредитель — единственный московский акционер — ООО «Континент», представленный двумя учредителями: «Альянс Проджект Инк» и «Интерэнерго Энтерпрайс корп». Обе фирмы зарегистрированы на Сейшельских островах, то есть в офшорной юрисдикции.

Президента компании Сергея Чернина называют Хлестаковым: например, он представляется профессором и доктором наук. «Репортер» выяснил, что у него нет соответствующих степеней — в Минобрнауки нет таких данных.

Еще одна любопытная деталь: по словам свидетелей, Чернин ссылается на «могущественных покровителей» — Виктора Платоновича Патрушева, старшего брата Николая Патрушева, секретаря Совета безопасности, экс-главы ФСБ. Он носит табличку с его именем, которую ставит перед собой на всех заседаниях и совещаниях. Это считают блефом и «хлестаковщиной».

Настоящими «руками» Чернина называют Константина Николаевича Румянцева — нынешнего замминистра Минприроды РФ. Ему 38 лет, в 2005 году он закончил Санкт-Петербургский политехнический университет, работал в представительстве Сахалинской области в Москве, потом — советником Департамента экспертного управления Администрации президента, а после — референтом секретариата зампредседателя Правительства России.

Эту версию выдвигает Максим Шингаркин: по словам его источников, «Газэнергострой» стал подрядчиком по очистке другого места — на Байкале, благодаря экспертному решению. Никто, кроме Румянцева, не мог бы всё так оформить «по бумагам», считает Шингаркин, который знаком с логикой бюрократического принятия решений.

Основные выводы:

— Нижегородская область вряд ли в ближайшее время избавится от трех токсичных полигонов, отравляющих природу и людей: губернатор Никитин считает, что «Газэнергострой» достался ему «в наследство», и делать с этим он ничего не может.

— Экологи считают, что можно доказать: подрядчик сэкономил на всём — на оборудовании, на самих работах, а деньги вывел в офшоры. Правоохранительные органы этой историей не интересуются.

— Чтобы получить многомиллиардный госконтракт, достаточно иметь «влиятельного покровителя» и партнера, который сможет «чисто» оформить бумаги для государства.

— Принятие решений на государственном уровне основывается не на квалификации, а на «иконостасе» — сколько подписей и одобрения других чиновников у подрядчика есть.

— Почему биография «Хлестакова» никого не смутила? Смутила — например, его конкурентов, «ВЭБ-Инжиниринг». Но люди, принимающие решения, часто не обладают «чистой» репутацией: например, бывшим первым замом главы Росгеологии некогда был Руслан Магомедович Ганижев, выходец из ингушского тейпа. После увлекательных приключений в ЮАР он пошел работать к своему другу — главе Росгеологии Роману Панову, с которым они были знакомы по работе в Главном управлении Генерального штаба ВС России (ГРУ). Но сперва он сменил имя и стал Русланом Израиловичем Горрингом. Эта удивительная метаморфоза не мешала ему работать — его характеризуют как ответственного и решительного человека, эффективного управленца. Правда, сняли его с должности из-за неприличного хвастовства на стриме в онлайн-игре, которое попало в Интернет.

— Можно ли всё исправить? Да, вероятно, есть люди, которые имеют должную квалификацию и компании, которые обладают всеми ресурсами, чтобы дешевле и быстрее ликвидировать полигоны. Но это также будет стоить больших денег и времени — того, чего и так достаточно потеряли.

Смотрите также: Марина Ахмедова «То, что хочет сделать со мной Мизулина, — абсолютно чудовищно» Рассвет своими руками: новейшая история Томска и страны глазами ТВ2 Андрей Прокофьев Борьба с COVID-19 или «зеленая» экономика?